Чтение онлайн

– Я не сержусь, – Дайзан наморщил лоб, прогоняя эмоции. – Я обещаю тебе, мы с мамой найдем тебя, как только плохие люди уйдут. Мы найдем тебя и все вместе вернемся домой, хорошо?

Арабела не злилась и не боялась, она верила каждому родительскому слову. И если они давали ей обещание – они непременно исполняли его.

– Материнский Оберег Любви будет с тобой, – тихо прошептала Марлен и поцеловала дочь в лоб. – Я люблю тебя.

Дайзан подсадил девочку, и она забилась в самый дальний угол. Повозка тронулась не спеша, но Арабела знала, что мать и отец будут стоять у кромки леса до тех пор, пока скрип колес не растворится в тишине ночи.

Повозка поехала быстрее, когда лес остался позади, а под колесами появилась ровная дорога.

Несколько раз извозчик давал отдохнуть лошадям и терпеливо ждал, пока девочка справит нужду. Но за весь путь он не проронил ни слова, и Арабела быстро заскучала, а потому проспала почти весь день, просыпаясь, только чтобы перекусить и выпить воды.

На следующий день обоз прибыл в другую деревню и извозчик оставил нескольких свиней какому-то грубому мужчине. Арабела же все время пряталась под шкурами, подглядывая в щель, чтобы осмотреться. Но новая деревня ей не нравилась: вокруг сновали тоскливые люди, а земля была покрыта слоем пепла.

Когда же во второй и в третьей деревне она заметила выжженные кострища, сомнений не осталось: они с извозчиком двигались по тем местам, в которых побывали плохие люди. А значит, они уже ушли и бояться было нечего.

В молчании и угрюмости прошло четыре захода солнца. Девочку подташнивало от качки и сухого хлеба, а свиней в повозке совсем не осталось. Деревни сменились пролеском, дорога – ухабами. И лишь когда сумерки опустились на мир в пятый раз, повозка наконец остановилась.

– Вылезай, мальчик, – прохрипел извозчик, и Арабела послушно покинула неуютный угол.

– Видишь частокол вон за теми соснами? – спросил мужчина, и она кивнула. – Дойдешь туда, обойдешь вокруг и выйдешь прямо к входу. Там точно кто-то да будет на страже, в лесу не останешься. Но если не откроют – не уходи от ворот, дождись утра. На рассвете тебя должны впустить.

Забрав у мужчины небольшой сверток с пожитками, Арабела благодарно кивнула и еще некоторое время смотрела, как хромая лошадь увозит телегу.

Чаща загудела, и девочка поежилась от неприятного чувства в груди, поторопилась к высокой бревенчатой стене. Колья были врыты в землю и оказались забором, огибавшим прилично большую часть леса.

Арабела дошла до места, похожего на вход: прямо в заборе была выпилена дверь на тяжелых петлях, а перед дверью слабо горел факел, и рядом сидел мужчина почтенного возраста.

– Кто там на этот раз? – послышался голос, и девочка подошла ближе.

– Ну дела! – присвистнул мужик. – Обычно мальцов силками не затащишь в стены приюта, а этот сам пришел. Ты что, потерялся, юнец?

– Нет, – она невинно хлопнула ресницами.

– Да ты и не малец вовсе! Вот это новости, – он поднялся со спила, на котором сидел. – Как ты очутилась на границе Родарана, девочка?

– Я нарочно приехала.

Мужчина подозрительно сощурился:

– А кто твои родители?

Она задумалась, прежде чем ответить: – Золото и Пламя.

– Забавно и любопытно. Хотя любопытно, конечно, больше, чем забавно, – он пригладил бороду. – И где же они, твои золото и пламя?

– Они умерли, – Арабела невозмутимо пожала плечами, а мужчина заметно вздрогнул.

– А одета-то как мальчишка, – приметил он. – Откуда у тебя такая одежка?

– От старшего брата.

– Так у тебя есть старший брат?

– Двое, – поправила она.

Мужик недоверчиво осмотрел девочку с головы до пят и хмыкнул:

– И как ты оказалась тут, у порога Приюта для Беспризорников, если за тобой есть кому присмотреть?

– Мне больше некуда идти. А им сложно и без меня.

Мужик вдруг скверно выругался под нос, но Арабела поспешила успокоить его:

– Мои братья поступили очень верно, господин… Кто вы?

– Сторожитель я, – буркнул он. Она кивнула.

– Так вот, после смерти наших родителей злая тетка отобрала наш дом и еду, а мы стали жить на улице. Поэтому братья отправили меня сюда, в… приют? Чтобы я не умерла от голода.

Он тяжело вздохнул, а Арабела замерла в ожидании.

– А какого ты возраста, девочка? И как твое имя?

– Этой весной пройдет десятый цикл от моего рождения. А зовут меня Арабела.

– Что ж, Арабела-неизвестно-чья и не-пойми-откуда. Пойдем-ка со мной, посмотрим, чем тебя можно накормить, да?

Время в стенах приюта замедлялось изо дня в день, но Арабела быстро привыкала к новым устоям. Она почти сразу познакомилась с Патрами – обездоленными взрослыми, которые жили в приюте и следили за детьми; показала себя юркой помощницей, а потому попадала на кухню и в баню – два места, в которых помощь была необходимой.

Добрый сторожитель так и не назвал своего имени, но Арабеле нравилось называть его дядюшкой Кто, потому как всегда, когда в приют привозили детей, он громко кричал: «Кто-о там на этот раз?».

Девочек прибывало меньше, чем мальчиков, а последние чаще всего сбегали, поэтому друзей у Арабелы не прибавилось. Но ей нравилось и так: не всегда тепло и сыто, зато на душе было покойно, а за окнами – темно и тихо.

Зима пришла на смену тмилю – сезону бесконечных дождей, а за ним пришла весна – Арабела ждала дня своего рождения. Ей казалось, что случится что-то непременно значимое, и глубоко в душе она надеялась на скорую встречу с родителями.

Но в знаменательное утро Арабелу разбудили не Патры, а крики: дядюшка Кто скверно ругался на въезде.

Наспех одевшись, Арабела пробралась к входу – туда привезли новых сирот – и спряталась за цветущим кустом мальвы. Все было как всегда: приезжий мальчишка не хотел оставаться в приюте, а дядюшка Кто пытался заглушить его вопли.

Но внимание Арабелы вдруг привлекла девочка, не похожая на остальных оборванцев: белокурая, с острыми чертами лица и большими синими глазами – она напомнила Арабеле принцессу, одетую в старые тряпки. Но даже тряпки казались выстиранными и отглаженными – таких в приюте не встречалось давно.

Незнакомка стояла поодаль от остальных детей и что-то отчаянно пыталась объяснить Патре.

– Невозможно! Понимаете меня? Это просто невозможно! – она топнула ногой. – Если вы немедленно не отпустите меня, я… Я не должна здесь быть! Я просто… это не то, о чем вы могли бы подумать!

Но Патра вдруг потеряла интерес к требованиям девочки, потому что несколько мальчишек накинулись на дядюшку Кто с разных сторон.

Арабела не упустила момент: подбежала к белокурой недовольной сиротке и коснулась ее за локоть: – Здравствуй.