Пурпурный занавес
Шрифт:
– Стоп, стоп, Николай Григорьевич, – хитровато приостановила она его. – Мы не договорили.
Он не стал изображать глупую страсть, отсел, деловито свёл пальцы рук в замок.
– Слушаю.
– Я вот что хотела спросить, Коленька… Скажи, пожалуйста, а ты не догадывался, почему это именно с тобой произошло? В широком смысле – почему?
– В смысле взора судьбы?
– Примерно так.
Николай пригнул голову, подумал. Кивнул:
– Постараюсь объяснить. Не знаю, правда, как получится…
– Получится, получится. Говоришь ты как по писанному.
Он усмехнулся:
– Спасибо. Думал, конечно… Думал. Да.
Сказав так, он умолк опять. Марина сочла было, что это пауза… но он ничего не говорил, а сидел, сцепив руки, и смотрел куда-то ей в колени. Тогда она негромко позвала:
– Ну и что надумал?..
– А вот что, – откликнулся он враз, словно и не молчал. – Каждому из нас в жизни начертана та или иная линия судьбы. Причём хорошая такая, нормальная линия. Плохой судьбы ни у кого нет. Но! Другое дело, что нам предлагается игра во что-то типа лабиринта. Одна твоя дорога среди тысяч путаных дорог. И ты должен её найти. Найти себя – по сути, так. Нашёл – и судьба станет твоим другом. Побежит перед тобой, по твоей дороге, как нить Ариадны, – Николай улыбнулся, чуть смущённый этим выбросом эрудиции. – И с ним пойдёшь по лабиринту с ветерком, минуя всякие там тупики и ловушки. А не нашёл – ну, значит, так и будешь горе мыкать, ныть да обижаться на весь белый свет… Вот, в общем так.
– Ясно, – поняла Марина. – Получается, что каждому дан свой золотой ключик, да?
– В самую точку! – Николай осклабился. – И этот ключик…
– Талант, – снова всё поняла она.
– Ты у меня умница.
Марина скромно потупилась, щёки зарумянились.
– Я знаю… – тоненьким голоском протянула она… и так мило это у неё вышло, что Николай рассмеялся, схватил обе её руки и звучно, с чувством расцеловал.
– Ну хорошо, хорошо, – сказала Марина после того, как обоюдное умиление поутихло. – И если я правильно сообразила, ты свой талант нашёл?
– В поиске.
– Вот как? А как же…
– А как раз так, как есть сейчас. Вот здесь, сегодня.
– Прости?.. – Марина вопросительно подняла брови.
– Поясню. У меня, видимо, в самом деле, талант. Талант… – тут Николай слегка поморщился, – не люблю слова «экстрасенс»! Оно мне кажется слишком избитым. Талант к необычным восприятиям, так лучше. Я, в общем, его не очень искал… хотя, если теперь взглянуть на своё прошлое… да что там, задним умом все умные. Не искал. И судьба решила мне помочь. Привела меня сюда, в дядину квартиру, ткнула носом в эту переделку с маньяком – чтобы я разрешил её.
– Ты?
– Да, Мариша! Я – и никто другой. Я должен это сделать. Вычислить эту тварь! Я знаю. Сделаю – и тогда ясно увижу свой путь.
– Нить Ариадны?
– Наверное, – он тряхнул головой, улыбнулся. – Впрочем, Ариадну свою я уже, похоже, нашёл…
Докторша приняла это сообщение с достоинством принцессы.
– Значит, я – тоже знак судьбы?..
– Свет её, – на полном серьёзе ответил Гордеев. – Таких случайностей не бывает.
– Да и вообще никаких не бывает, – сделала философский вывод Марина. – А вот скажи, пожалуйста. На выходе из лабиринта – что тебя ждёт?
Николай посмотрел девушке прямо в глаза. Та не отвела взор, выдержала, только зрачки расширились, поглотив синеву радужной оболочки.
– Не знаю, – сказал Гордеев так же всерьёз. И добавил: – Пока не знаю.
Что за страна такая, что за мир вокруг?.. Николай огляделся.
Местность самая что ни на есть мрачная и пугающая дикостью. Голые скалы, покрытые лишайниками черные валуны, повсюду зловонные испарения. Ни одного кустика, ни травинки кругом. Куда ни кинь взор – беспросветный вид полного запустения. Небо скрыто свинцово-серыми тучами, в глубине их рыхлых туш посверкивают молнии.
Создал же Господь столь скверное место!.. Уж, не в аду ли оказался я? Чертей с вилами только не хватает.
Молодой человек двинулся вперёд. В какую сторону идти, сам не ведал, побрел наугад. Что-то болталось сбоку. Глянул – интересное дело, на поясе висел меч в ножнах. Воин он, что ли, ратник?.. Доблестный рыцарь, отправившийся на подвиги, в поисках дракона!..
И тут ему стало не по себе. Зря он так ерничает, не стоит надсмехаться над тем, что не подвластно уму. Дракон, он точно живет здесь, в стране Мертвых, хоронится за каким-нибудь уступом. Ждет, когда добыча сама явится, ляжет покорно на змеиный язык.
Почему он так думал, отчего решил, что дракон – реальность?.. Не знамо сие, решил и все. Есть дракон! И он ужасен, потому что не зверь, хотя и обладает клыкастой пастью, покрытым чешуйчатой броней туловом, острыми, как кинжалы когтями и шипастым хвостом. Но и не человек, хоть и есть у него разум. Не зверь, не человек – монстр из Преисподней, кошмарное создание Лукавого, порождение тьмы.
И так же, неизвестно откуда, Гордеев понял, что всех людей здесь истребило это чудище, умертвило все живое. На какое-то мгновение явилось жуткое видение: растерзанные тела, забрызганные кровью камни, мерзкая морда, чавкающая широкой пастью.
Он вздрогнул, мотнул головой – отвратительная картинка пропала. А страх усилился. Николай физически ощущал его плотность, вязкость, черноту. Страх наплывал, поглощал клетки его тела, наполнял сознание, вибрировал в душе, отравляя плоть, кровь и разум.
Внезапно впереди забил гейзер. Гордеев шарахнулся в сторону. Рука сама дернулась к оружию, до боли сжала рукоять меча.
Дьявол! Как последняя гнида – шугаюсь каждой тени!..
Резко запахло серой. Ну и вонь!
Николай поспешил миновать это пагубное место.
Он шел и шел. Казалось, не было конца и края этой безжизненной долине. Лишь фонтанчики гейзеров как-то жили здесь, пусть и мёртвой жизнью, наполняя атмосферу ядовитыми выбросами.
Зачем он здесь, за какой такой надобностью?! Не иначе направили его сюда высшие силы. Но кто? Кто послал в этот мир Николая – Бог или Сатана? Испытание свыше, или дьявольский искус, проделки князя тьмы?..
Ему мнилось, если поймет, зачем он здесь, отыщет ответ, то все разом изменится к лучшему. И обретут спасение: он сам, его любимая, люди – да ВСЕ! Но как ни ломал голову, разгадка не приходила.
Между тем местность окрест стала еще более глухой и безобразной – хотя, казалось, куда уж гаже?! Вся эта безотрадная картина земли, застывшей в мировой скорби, угнетающе действовала на сознание, расхолаживала, забирала жизненные силы. Скорей бы уж все закончилось…
Только успел так подумать – и на тебе, накликал беду. Вот оно, страшилище, ужас всех поверий. ДРАКОН!
Всё, как описывают: адская морда, чешуя, хвост, шипы, клыки, когти, жало. И бешеные красные глаза, полыхающие нечеловеческой яростью.
Воин с трепетом смотрел на чудовище. Множество чувств сменялись одно за другим – изумление, страх, отчаяние, отвращение, злость, ненависть…
Гнев вызвал ожесточение, придал силы. Или он – или я… Урод должен сдохнуть, раз и навсегда!
Гордеев с решимостью двинулся прямо на монстра. Выхватил из ножен меч. Отточенный клинок блеснул в полумраке. Дракон не двигался, пристально следя за каждым движением противника. Николай прыгнул, взмахнул клинком и… встретился взглядом с глазами чудища. Из алых они превратились в серые, совсем как у него.
Как так?!
Рука сама собой опустилась, меч выпал из ослабевших рук.
Дракон медленно приблизил к нему свою бугорчатую башку, разинул пасть и человеческим голосом глухо произнес:
– Я – ЭТО ТЫ, А ТЫ – ЭТО Я!
И страшный мучительный вопль потряс заколдованные просторы. Обхватив голову, Николай кричал, выл, посылал проклятия небу… Но он знал, что уже ничего не изменишь. Он и есть монстр! Тот, кто охотится за людьми. Дракон-людоед.
И крик его, надсадный и пронзительный, постепенно перешел в утробный рев. Расправились гигантские перепончатые крылья, и огромная зловещая фигура взмыла ввысь.
Над планетой парил дракон…Часть II «Сердце астрала»
«Ты говоришь о тайном знании. Сказать тебе, в чем его суть? В том, что добро сильнее зла. Ангел все-таки победит дьявола.
Артур Конан Дойл
19
«Когда-то в незапамятные времена здесь плескало свои воды море. Потом море ушло, и на его месте поднялись горы. Постепенно горы разрушались, ровнялись с землей и, в конце концов, превратились в широкую равнину, изрезанную холмами и оврагами. На самом большом холме раскинулось людское поселение. Возвышенность удачно с трех сторон огибали две реки.
Поселились люди, появился и дух-покровитель этого места. Дух незримым воздействием привлекал все новых поселенцев. Так возник город. Набирал мощь Дух, рос и город. Врастал в землю корнями – подвалами, колодцами, котлованами. Простирал в разные стороны ветви – улицы и переулки. Покрывался густой листвой – домами, сооружениями.
Покровителем города был Дракон.
Городу было две тысячи лет, а драконы исчезли с лица Земли задолго до рождения заселения на холме. Иная, нечеловеческая раса – более древняя и могущественная – драконы пришли на планету из глубин космоса. И люди повели с ними борьбу не на жизнь, а на смерть.
Драконы поначалу одержали верх. Веками господствовали они на подлунных просторах над родом людским. Но человек на то и подобие Божье, что предназначен властвовать над любым созданием Вселенной. Постепенно научились люди драконьей премудрости. А потом с помощью хитрости овладели всеми тайнами своих супостатов. И началась новая война с пришельцами. Шла она с попеременным успехом, но понемногу, исподволь драконы стали сдавать позиции, а потом и вовсе перешли в оборону.
Выжили мудрых Змеев беспощадные люди – витязи, маги, а то и простые крестьяне. Изгнали их в глухие, пустынные места, необжитые края. Скрылись уцелевшие в битвах драконы – кто в неприступных скалах, кто в лесах дремучих. Устраивали себе логово в пещерах темных, в ущельях глубоких, в чащобах непролазных. Но и там доставали их умные и смелые враги, чтобы уничтожить до последнего, извести род драконий на нет.
Когда же люди опомнились, сменив гнев на милость, по всему свету осталось едва с десяток-другой разумных рептилий. Как ни странно, уцелели самые старые и мудрые. Их оставили в покое – до поры, до времени. Век драконов долог, множество поколений человеческих сменится, прежде чем дракон уходит во тьму Вечности.
Шли века, вымирали последние из Крылатых Змеев. Отныне Избранные из числа людей в поисках высшего знания обращались за советом к Драконам. И находили мудрость, посвящаемые в тайны мироздания.
Наконец, остановилось сердце последнего представителя драконьего племени. И не стало их на Земле, остались лишь предания, мифы и легенды о врагах и наставниках людей.
Но здесь заключена тайна. Драконы, как и дети человеческие, обладали духовной сущностью, облеченные в плоть при «земной» жизни. Сбросив телесную оболочку, их астральные тела покидали планету, уносясь в запредельные миры и дали – туда, где находилась их настоящая родина. Но не все. Некоторые настолько сроднились с Землей и человечеством, что оставались здесь и с потустороннего плана наблюдали за ходом развития цивилизаций, помогая и покровительствуя отдельным народам и странам.