Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Пусть мертвецы подождут
Шрифт:

– Ладно, – ответил Ватсон.

– Я слишком много болтаю. Наверное, теряю хватку. Я лишь хочу сказать, майор, будьте осторожны.

– Почему?

Гибсон отпустил запястье доктора.

– Койл не обратил внимание на то ландо на Кингс-роуд. По правде говоря, я тоже.

– Вы сказали, это была ложная тревога.

Теперь Гибсон ухмыльнулся, и Ватсон увидел в его чертах проблески прежнего лукавства.

– Ну что, пойдём и проверим, есть ли кто дома?

Он открыл металлическую калитку, и они вышли в коридор, декорированный в кремово-золотых тонах, с толстым красным ковром на полу и приглушёнными электрическими лампами на стенах. В коридоре было три двери. Гибсон постучался в номер 11 и замер перед дверным глазком.

– Вы тут уже были? – спросил Ватсон.

– Один или два раза.

По другую сторону звякнула цепочка, и дверь открылась. На них повеяло дымом, к которому примешивался запах бренди.

– Сэр, майор Ватсон, как было приказано, – сказал Гибсон человеку перед собой. – Я буду внизу, когда вы закончите, чтобы повезти его дальше.

Если обитатель квартиры и узнал Гибсона, Ватсон этого не заметил. Уинстон Черчилль просто схватил его за запястье и почти что затащил в квартиру, после чего захлопнул дверь у майора за спиной.

Девять

Мисс Пиллбоди увидела американца в тот же день, позже, когда сидела за своим мольбертом в вечерней тени. Он был одет уже не так броско, отдав предпочтение тёмному спортивному пиджаку и серым широким брюкам. Он насвистывал мелодию; на голове у него была бледно-жёлтая фетровая шляпа, под мышкой – книга.

– Мисс Пиллбоди, – сказал он, останавливаясь у её калитки и приподнимая шляпу. – Как прошла ваша встреча с тем солдатом? Уж не понадобился ли ему ваш коттедж?

– Нет. Просто кое-какие бюрократические вопросы.

– Держу пари, все парни так говорят.

Она бросила на него резкий взгляд.

– Простите. Это было грубо.

– Нет, ничего подобного. Просто осталось не так уж много парней, чтобы говорить подобное.

– Да, видимо, так. Теперь здесь только дети, старики и мы, иностранцы. Вы позволите? – Он указал на её рисунок.

– Просто коротаю время, – скромно проговорила мисс Пиллбоди.

Он вошёл в калитку и встал у неё за плечом.

– Не говорите чепухи. У вас хорошее чувство перспективы.

– Что вы читаете? – спросила она, надеясь отвлечь его внимание от своего румянца.

– А-а. Это. – Он вытащил том из-под мышки. – Таркингтон. Роман под названием «Семнадцать» [39] .

– О чём?

– Он легкомысленный. О первой любви одного юноши.

– Американский?

– Очень.

– Подождите здесь, мистер Росс.

Мисс Пиллбоди вошла в дом и окинула торопливым взглядом свой книжный шкаф. Троллоп? Нет. Диккенс? Лучше. Может быть, Бакен. В конце концов она выбрала «Кима». Киплинг ещё никого не подводил.

39

Роман американского писателя Бута Таркингтона «Семнадцать» (Seventeen) публиковался отдельными частями в 1914 году в журнале «Метрополитен Мэгэзин», а в 1916 году вышел отдельной книгой и стал бестселлером в США.

Она вернулась наружу и вручила гостю книгу:

– Если вы собираетесь писать о Великобритании, Киплинг – более подходящее чтиво.

– О, благодарю вас. – Он взял книгу и сложил её вместе с первой. – Я собираюсь отыскать деревенский паб. Возможно, вы могли бы…

Она энергично затрясла головой:

– Нет. Разумеется, нет. Никаких женщин. По крайней мере уважаемых женщин. – Она улыбнулась. – В Тетфорде есть отель, где леди могут выпить шерри, не рискуя порвать все связи с обществом.

– Я это запомню. Есть ещё что-то, что я должен знать? О местных?

– Ну, мужская часть населения немного бесцеремонна. Вы вызовете у них подозрения.

– Потому что я американец?

– Нет. Потому что вы не местный. Нет нужды приезжать из Америки, чтобы сделаться чужаком. Для этого и пяти миль по дороге достаточно.

– Я надеялся узнать об их отношении к войне. Непредвзято и не по-столичному.

– Боюсь, они будут очень сдержанны.

Росс поразмыслил над этим:

– А если я куплю им выпить?

Она приподняла бровь:

– Покупать другим людям выпивку в пабах противозаконно.

– Что? – Об этом правиле он не слыхал.

– Это правда. Хоть все здесь нарушают закон. Но, согласно положениям, действующим в чрезвычайных ситуациях, покупать спиртные напитки другим людям запрещено. Это чтобы предотвратить злоупотребление ими. Если решитесь, соблюдайте осторожность. Поговорите с мистером Саттоном. Фредериком Саттоном. Он землевладелец. Я учу его дочь Лотти. Он неплохой человек.

– Спасибо за совет, мисс Пиллбоди.

– Нора, – сказала она и почувствовала неловкость, когда собственное имя сорвалось с губ.

– Нора. Возможно, я расскажу вам о своих приключениях в «Сохе».

Она кивнула.

– Мне бы этого хотелось, мистер Росс.

– Брэдли. Вообще-то давайте сразу перейдём к Брэду. Можно?

– Думаю, да, – тихонько проговорила она. – Брэд.

– Славненько.

Мисс Пиллбоди проследила, как он уходит прочь по дорожке, насвистывая, и велела своему колотящемуся сердцу не быть таким глупым, а просто взять да и успокоиться. Красавчики-американцы в её планы не входили.

«Но этот может и войти», – подумала она.

Лейтенант Бут сидел в своём кабинете – бывшем домике лесника, чью жилую комнату освободили от мебели, взамен разместив в ней стол, кресло, сейф и граммофон, – и думал про мисс Пиллбоди и мистера Брэдли Росса. Каковы шансы того, что писатель объявится у границы самого деликатного охраняемого объекта в Соединённом Королевстве? А потом отправится беседовать с дамами из посёлка – возможно, в поисках слухов. И какой писатель? Мисс Пиллбоди сказала, он работает над «книгой».

Бут послал запрос по поводу Росса в Лондон и ожидал ответа в течение двадцати четырёх часов. Нынче отслеживать иностранцев было нетрудно. Большинству в какой-то момент приходилось беседовать с Особым подразделением или МИ-5. То, что Росс – американский гражданин, могло и впрямь усложнить для Бута его устранение, если придётся о таком приказывать, но защита королевства превыше всего. Он не хотел, чтобы любопытный янки шнырял по лесу.

Впрочем, там мало что можно было обнаружить. Большую часть работы приостановили после… Инцидента. Так это теперь называли официально: Инцидент. Восемь жертв, семь из них – покойники. Только один выживший. И он не говорит. Может никогда не заговорить, судя по состоянию бедолаги.

Поделиться с друзьями: