Пустая болтовня
Шрифт:
Пайпер проглатывает свою еду и говорит:
— Слуууушай, а Эйвери тоже может прийти на пиццу?
— Нет, — без колебаний отвечаю я.
— Но, папа, почему? Это было бы очень весело. И она бы тебе понравилась, я знаю, что понравилась бы.
Потому что в конце концов я бы прижал ее к стене, чтобы выманить из ее горла те звуки, которые она издавала раньше. Я знаю, что могу сделать лучше, чем любая секс-игрушка, которую она использует.
— Потому что я так сказал.
Она кладет в рот очередную ложку чили и смотрит на меня, продолжая жевать. Я изо всех сил стараюсь не обращать на нее внимания.
— Тебе не кажется странным, что ты не против отправить меня в торговый центр с кем-то, кого даже не знаешь?
— Я знаю ее, она живет по соседству.
— Ты знаешь, где она живет, но это совсем не то же самое, что быть знакомым с ней.
— Почти что одно и тоже.
— Да неужели? А что, если она убийца с топором, а я слишком юна и наивна, чтобы понять это?
— Эйвери не убийца с топором. — Хотя она немного странная. И на весь интернет трындит о сексе. И мастурбирует, прислонившись к оконной раме.
Может, Пайпер и права. Мне следовало бы получше узнать Эйвери, прежде чем позволить Пайпер отправиться с ней за покупками.
— Вот что я тебе скажу: иди в соседний дом и скажи Эйвери, чтобы она сейчас пришла сюда на десерт.
— Прямо сейчас? — восклицает она, вскакивая со стула.
— Да, сейчас.
— Десерт! Правда?
— Конечно.
— А у нас что-то есть? Мы никогда не едим десерт.
— Я что-нибудь придумаю. Сходи за ней, пока я загружаю посудомоечную машину.
Пайпер выбегает через парадную дверь, а я складываю всю посуду в посудомоечную машину. Я открываю шкаф в поисках какого-нибудь десерта, но там только пакеты с чипсами и шоколадное печенье.
Может быть, осталось мороженое. Я роюсь в морозилке и нахожу баночку ванили, но когда я открываю контейнер, он почти пуст, а то, что осталось, покрыто толстым слоем изморози.
Придется обойтись шоколадным печеньем.
Пока их жду, я открываю еще одно пиво и сажусь на джинсовый диван.
Пайпер уже давно там, и я начинаю сомневаться, придет ли вообще Эйвери. Хотя я знаю, насколько убедительной бывает Пайпер.
Я допиваю свое пиво и встаю, чтобы взять еще, когда Пайпер вприпрыжку вбегает в дом, таща за руку Эйвери.
— Привет, — говорю я, кивая Эйвери. Мне приходится отвести взгляд, чтобы избавиться от образа ее лица, прижатого к окну. Если я не уберу его сейчас, мне придется выйти из комнаты и спрятаться в своей спальне, потому что не смогу с ней спокойно разговаривать.
— А что у нас на десерт? — спрашивает Пайпер, прыгая на кухню.
— Шоколадное печенье.
Ее лицо вытягивается:
— И это все?
— Для тебя, да. — Я поворачиваюсь к Эйвери, она едва сдерживает смех. — Пиво? — спрашиваю я.
— Звучит неплохо, — отвечает она, и ее голос становится почему-то еще сексуальнее, чем раньше.
Пайпер берет всю пачку печенья и говорит:
— За мной, Эйвери. Пошли, присядем.
Я следую за ними в гостиную, стараясь не смотреть на покачивающуюся задницу Эйвери, когда она идет впереди меня.
Пайпер садится на диван, а Эйвери — рядом с ней. Я сажусь в кресло, стоящее возле дивана с той стороны, где сидит Пайпер.
Пайпер сидит на диване на коленях боком, лицом к Эйвери и спиной ко мне. Эйвери сидит в пол-оборота лицом к нам с Пайпер, так что я прекрасно вижу ее, можно сказать, в полный рост.
Она одета в шорты цвета хаки и облегающую розовую майку, которая, кажется, только подчеркивает ее сиськи. Я делаю глоток пива, чтобы заставить себя отвести от нее взгляд. Когда я отрываюсь, чтобы глотнуть воздуха, опускаю банку на колени и смотрю на них обеих.
Они разговаривают друг с другом, а я слушаю, не отрывая глаз от своего пива. Как только я привыкаю к такому обилию голоса Эйвери, мой член успокаивается, и я могу расслышать, о чем конкретно они говорят.
Я не могу поверить в то, как Эйвери подыгрывает всем этим вопросам в стиле Пайпер, и всегда готова задать ответный. Похоже, у них есть какая-то связь.
Чем дольше я сижу здесь и слушаю их, тем больше благодарен Эйвери за то, что она возьмет Пайпер с собой за покупками. Возможно, пришло время признать, что я все-таки не могу заниматься этим девчачьим дерьмом. И видит Бог, это все будет только сложнее и серьезнее, чем покупка лифчиков.
Это была большая удача, что Эйвери переехала в соседний дом. Для Пайпер, разумеется.
— А как насчет тебя, Нокс? Ты ужасно молчалив, — говорит Эйвери.
— Что?
— Ты бы предпочел иметь рентгеновское зрение или уметь читать мысли? — спрашивает Пайпер.
Я поднимаю на них глаза и выдыхаю через рот.
— О, это легче легкого. Рентгеновское зрение, — говорю я. Если бы у меня было рентгеновское зрение, я мог бы видеть все, сто скрывает этот розовый топ, который сейчас на Эйвери.
— Ладно, теперь твоя очередь задавать вопросы, — говорит Пайпер.
— Да? Отлично. Эйвери, у тебя там есть какие-то мощные электроинструменты. Что ты с ними делаешь?
— Я... э-э... я... — говорит она, и лицо у нее краснее, чем «Феррари».
— Если только ты не работаешь над небольшим двигателем. В таком случае я мог бы тебе с этим помочь.
— Да, мой папа очень хорошо чинит двигатели, — говорит Пайпер.
— Даже если он не нуждается в ремонте, двигателям всегда требуется сервисное обслуживание, — говорю я.
— Это дрель, я вешала картины. Ну, знаете, украшала дом.
— Ну, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, чтоб тебе пришли и посверлили, обращайся. Я буду более чем счастлив тебе помочь. Хотя обычно я не использую электроинструменты, чтобы повесить картину. По моему мнению, взять гвозди и вдолбить их в стену старым добрым молотком было бы наиболее удовлетворительным, — говорю я, делая акцент на последнем слове.
Глава 10
ЭЙВЕРИ
Я хочу умереть. Можно ли выбежать из их дома, сесть в мою машину и никогда больше не появляться в этом городе?
Не может же быть, чтобы он сейчас намекал на шум от Xtreme Buzz, ведь правда? Пожалуйста, скажите, что он меня не видел. Он не мог, угол был слишком низким, по крайней мере до тех пор, пока мое тело не начало непроизвольно извиваться и биться в конвульсиях.
Мне нужна нора, чтобы заползти в нее прямо сейчас. Или пусть земля разверзнется и поглотит меня целиком.