Чтение онлайн

– Готовишься к худшему?

– В нашей нынешней ситуации лучше быть готовыми ко всему, – вздохнула она.

– Это точно. – Согласился я. – Ты сейчас одна?

– Да, а ты что, хочешь составить мне кампанию?

– Нет. Слушай, я тут встретил Барбьери и Нортона. Они беспокоятся за Андерсона. Говорят, в последнее время он, как бы это выразиться… чудит.

– Резонно. Нужно быть идиотом или слепым, чтобы не заметить, что с ним что-то не так. Честно говоря, я тоже беспокоюсь за него.

– Это не всё. Они спрашивали меня о том, что произошло тогда на мостике, когда я вызвал вас.

– Чёрт. И что ты сказал?

– Соврал, конечно же. Но, похоже, не слишком убедительно. Я сказал, что якобы докладывал результаты расчетов траекторий обратного полёта. В общем, непохоже, что они в это особо поверили.

– Плохо.

– Да. Боюсь, теперь и они знают, что мы что-то скрываем. Или подозревают, по крайней мере.

– Теперь слухи поползут среди экипажа с утроенной силой, – вздохнула она. – Хотя, учитывая поведение Андерсона, чего-то подобного стоило ожидать в ближайшее время.

– А что думаешь насчёт Вильямсона?

– Непроницаем и невозмутим, как обычно, ты же сам его каждый день видишь. Этот парень всегда такой замкнутый, трудно понять, что у него в голове.

– У него ведь, кажется, тоже семья, – вспомнил я.

– Да, жена и дочка трёх лет. В любом случае он мне кажется сейчас более уравновешенным, чем Андерсон.

– Ну, так и что будем делать? – спросил я.

– Ждать, смотреть, как будет развиваться ситуация, пытаться подстраиваться. Другого нам пока не дано.

– Возможно, как-то стоит подготовить людей к правде?

– Как ты это себе представляешь? – спросила она. – К тому же связи с домом нет уже несколько месяцев, я думаю, в душе все и так уже готовы к чему угодно. Но всё же чем позже они об этом узнают, тем лучше для всех нас. Пока у людей есть надежда, они будут работать, но забери её, и сколько из них станут как Уилл? Каковы тогда будут наши шансы вернуться?

– Я не спорю с тобой, но вот так сидеть и ждать развития событий… так не пойдёт. Нужно наладить общение с Андерсоном, иначе могут начаться проблемы. Я хочу с ним поговорить.

– Хорошо. Да, это хорошая идея, – согласилась Даша.

В нашем разговоре повисла пауза.

– Хочешь обсудить что-то ещё? – спросила она.

– Нет.

– Ладно, тогда мне надо работать.

– Давай, увидимся позже.

Я отключился.

Одевшись, я вышел в коридор и направился к каюте профессора. С каждым днем он всё глубже и глубже уходил в себя, и это грозило весьма тяжёлыми последствиями для его психики. Нужно было с ним поговорить, поддержать его как-то. Но вот как это сделать? Признаться, я никогда не был силён по части подобных разговоров. Что сказать человеку, находящемуся в депрессии? Разве могут вообще слова в таком случае кому-то помочь? Когда мне было пятнадцать, умерла моя мама. Я очень сильно переживал это, помню, в день похорон ко мне подходили родные и близкие, и каждый считал своим долгом сказать что-то, как-то меня поддержать. Я, конечно, вежливо кивал им, благодарил, хотя на самом деле их слова не вызывали во мне ничего, кроме раздражения. Всё, чего мне хотелось в тот день, это чтобы моя мама была жива, и их соболезнования никак не могли помочь мне в этом. Все эти слова были совершенно бесполезны! С тех пор я старался избегать выражать свое сочувствие кому-либо. Мне всегда казалось, что лучше дать человеку самому пережить свое горе, нежели лезть к нему с глупыми, бесполезными словами.

Однако в случае с Андерсоном я должен был что-то предпринять. Его психическое состояние не могло не вызывать беспокойства, особенно в свете того, что мы находились в полной изоляции в полутора миллиардах километров от дома. Хуже всего было то, что Уилл не являлся рядовым участником нашей экспедиции – от его поведения и его решений зависело слишком многое, и если этот человек потеряет контроль над собой, то кто знает, во что для всех нас это может вылиться?

Подойдя к двери его каюты, я тихонько постучался.

– Уилл, вы у себя? – Ответа не было.

Дёрнув ручку, я убедился, что дверь заперта. Открыть её у меня не было возможности, для этого нужен был особый, командирский ключ, который мне по рангу иметь было не положено.

Я достал планшет и попытался вызвать Андерсона по голосовой связи, однако он не отвечал. Выругавшись, я снова позвонил Даше.

– Да, Федь, – ответила она.

– Слушай, я тут торчу у каюты Уилла, и было бы здорово попасть внутрь. Я звонил ему, но он не берёт трубку, так что я подумал, может быть, ты откроешь для меня дверь?

– Считаешь, он там заперся у себя? – спросила она.

– Не знаю, – честно признался я. – Корабль большой, боюсь, он может быть вообще где угодно.

– Ну… так, может, ты поищешь его, прежде чем ломиться к нему в комнату?

– Для начала я всё-таки хотел бы заглянуть к нему в каюту. Даже если его там нет, возможно, её осмотр позволит нам понять, что именно сейчас происходит у него в голове.

– Хорошо, сейчас буду. – Она отключилась.

Через пару минут я увидел, как из зева радиального перехода показалась парочка знакомых изящных ножек. Спустившись вниз, Даша подошла ко мне, спросила:

– Уверен, что нам стоит это делать?

– Да, открывай.

Девушка сняла с шеи карту и поднесла её к считывателю. Коротко пикнув и подмигнув нам зелёным светодиодом, замок на двери открылся.

– Уилл, вы там? Нам надо поговорить, – постучавшись, спросила она. Как и мне, ей никто не ответил.

Командир осторожно отодвинула дверь в сторону, нашему взгляду открылось маленькое помещение, аналогичное по размеру и убранству апартаментам Даши. Андерсона здесь не было. Мы вошли, и я закрыл дверь.

– Ну и кавардак! – воскликнул я, оглядывая царивший вокруг беспорядок.

Вещи профессора были разбросаны по всей комнате: одежда, книги, нижнее бельё – всё это валялось теперь на полу.

– Это совсем на него не похоже, – разглядывая весь этот бедлам, произнёс я.

– Да, Андерсон всегда был чистюлей, – согласилась со мной Даша. – Всё это больше походит на твою каюту. – Она улыбнулась, бросив на меня мимолётный взгляд.

– Я, конечно, тот ещё неряха, но всё же не н столько… – изучая раскиданные по рабочему столу бумаги, ответил я. – Эй, взгляни-ка! – Я продемонстрировал Даше одну из них.

Она приняла у меня из рук лист формата А4, весь исписанный математическими символами.

– Похоже на какой-то баллистический расчёт, – изучив записи, произнесла девушка. – Да, это расчёт траектории полёта к Сатурну, но не нашего, смотри, – она ткнула пальцем, – характеристики отправной орбиты совсем другие. Я не знаю, что это за миссия, но она должна была стартовать не с Земли. Наклонение, долгота восходящего узла, эксцентриситет… Это больше похоже на орбиту какого-то астероида. Ни чёрта не понимаю! – Она вернула листок мне.