Чтение онлайн

– Очень приятно.

– У нас тут гостей отроду не было! – Хюн начал отряхивать тёмные ткани от пыли, – Извини, если чем-то не угодим!

– Я пока даже не зашёл…

– Это исправимо! – он улыбался, растягивая пухлые губы от уха до уха, – У тебя есть предпочтения в еде? А любимый цвет? Цветы в комнату поставить?...

– Для начала я бы со всеми познакомился.

– Ха-ха!... – неловкая пауза и резкий уход в серьёзность: – Ты выбрал самое сложное.

– Тогда, будь любезен, покажи мою комнату.

– Это получше!

Из гундежа Хюна я выцепил несколько фактов: Йошихиро не любит людей и взаимодействие с ними; Аматэра “получает по заслугам” – странное выдалось знакомство. Но, оглядываясь на проклятие, это дело можно если не отложить, то забыть о нём напрочь. Оказывается, здесь возвели целый гостевой дом в отдалении от основного “скопления веяния”. Учтя мои пожелания, Хюн принёс к покоям запасы провизии, пергамент и письменные принадлежности, а на просьбу о свитках отказал: “Знания не для посторонних глаз”.

* * *

Не верится… Во всё не верится – в новую жизнь, в хождении по воде, в тропу из светлячков, в встречу с чудаковатым отпрыском Рёко… Список можно продолжать очень долго.

Я словно во сне.

И поспать успел, и пописать о переживаниях на пергаменте, и порисовать отличный вид с терассы на сад, а всё никак не приму такую резкую смену обстановки – ещё неделю назад был бродягой, а теперь живу как божественный наследник!

Не верится.

И всё!

Часто о Рёко думаю, о его слезах – они последнее, что я ожидал увидеть на том изуродованном лице. А что он сделал с катанами Тамаши и Кена?... Мокрого места не оставил! Жуть. Хотя, можно заметить, что бессмертный не потерял самоконтроль полностью – особого демона его душа не породила, да и используя свой клинок сдержался, либо он и вправду: “Не ломается”.

Страшно представить, а что было бы если не сдержался?...

Сила у Рёко нечеловеческая, а чувства – вполне себе.

Ничего не остается – только терпеливо ждать возвращения бессмертного, надеясь, что по пути он окончательно не сойдёт с ума. Ожидание, как оказалось, крайне муторное занятие когда ты целыми днями прохлаждаешься в четырёх стенах без контакта с другими людьми. Я начал радоваться пролетающим мимо бабочкам, здороваться с птицами, кивать вечерним светлячкам и махать журавлям на небосводе, если кратко – хороню ум.

Совсем забыл о разломанной катане, это не дело.

Некоторое время пытался починить оружие самостоятельно, ссылаясь на опыт у проповедников, но без надлежащих инструментов привести её в порядок невозможно. Хюн сказал: “Все инструменты у Йошихиро, и, поверь мне на слово, он их отдавать не захочет”, – ситуация тупиковая.

Или же…

Можно пойти к Йошихиро лично.

“По правилам осады крепостей такая осада должна производиться лишь тогда, когда это неизбежно”, – в моей ситуации взятие крепости “Йошихиро” вполне неизбежная осада.

Лучше Хюна в этом деле мне советчика не найти.

Так уж сложилось, что кузнец Акогаре отделился со своей мастерской от резиденции, Аматэра, по неизвестным мне причинам, отбывает наказание, а Хранитель Мудрости, на данный момент, присматривает за обителью Небожителей в одиночку.

Мы оба изнываем от скуки.

Всё чаще и чаще подсознание вопит: “Ёкай с проклятием, побереги здравый рассудок!”, – невозможно поспорить. Кажется, останься я ещё на денёк в изоляции и можно с чистой душой хоронить ум. Поэтому, приготовив гостинцев, я собрался в опочивальню Хюндже – библиотеку.

В огромном павильоне тускло горела свеча.

Высились сотни стеллажей со свитками.

А над ними золотые статуи – дракон с черепахой.

– Ох, Со-о-огия-чан! – Хюн, завидев меня, снял очки и протёр усталые, украшенные тёмно-синими мешками, глаза, – Ты, в коим-то веке, сам вышел из комнаты, решив проверить одинокого библиотекаря! Какой лапочка! Хи-хи!

– Обрати внимание – вышел не с пустыми руками! – протянул свёрток.

– Это же рыбные онигири! – он развернул угощения и с аппетитом вгрызся в первое, – Ом..чень мило с твом..ей стороны! – продолжил с набитым ртом.

– Рад стараться, – улыбнулся в ответ, – Как идёт работа?

– Ну как, как… Как и сотни лет до этого! – он уронил кусочек рыбы на почти законченный пергамент, – !...

– …

– …Переписывать теперь! – заключил наивно.

– Из-за меня работа только усложнилась…

– Ха-ха! Да нисколечки! Вот от Аматэры… – юноша притих.

– Что от Аматэры?

– Давай начнём с того, что этот павильон был вдвое больше.

Я удивлённо округлил глаза и присел рядом.

Хюн продолжил:

– В истерике сестрица сожгла полтысячелетия моих записей, за что и была отправлена Рёко на съедение хищными птицами.

– Он привязал её к скале?...

– “Пожалуйста.. пожалуйста не надо!...”, – жалобно скулила Аматэра, но, увы, не помогло! Хи-хи! – словно смакуя чужой болью, рассказывал Хюн, – За мной подобных просчётов не было, между прочим!

– А за Йошихиро?

– Мгм-м-м! Так вот зачем ты здесь! Хочешь разузнать о старшем братце! – он сложил ноги, опёршись рукой на колено, – Не-а, за ним тоже промахов не наблюдалось. Просто наша “Владычица Воронов”, – надавил с пренебрежением, – не обделена трудным характером.

– Интересно, выйдет ли у меня поладить с ним..

– Ха-ха! Куда тебе, Согия-чан!? – погладил меня по голове, растрепав волосы, – Мы тут сотнями лет поладить пытаемся – всё безуспешно!

– А вдруг?

Хранитель Мудрости глянул исподлобья, помрачнел и выдал:

– Пробуй.

* * *

“Йошихиро – кузнец, так почему бы ему не смиловаться над моим Акогаре, починив его?”, – приближаюсь к жилищу “Кующего Души”.

Уловив запах дыма, а следом выразительное: “Цзинь!”, – я понял, что нахожусь совсем рядом. Меж деревьями показалось крайне простое на вид строение – так и не скажешь, что здесь изготавливаются мечи для всех путников на Сейкацу. Сёдзи слегка отодвинуты, за ними – мастерская, где над наковальней сгорбился коренастый мужчина. Седые волосы собраны в небрежный пучок, борода заплетена косой, а на теле до боли простая, но функциональная одежда – лёгкое кимоно и кожаный фартук с перчатками; в одной руке – металл, в другой – молот.