Чтение онлайн

– Я могу назвать тебе пару имен, – охотно отозвался тот. И вздохнул. – Мне жаль тебя терять. Ты, конечно, говнюк и брешешь о своих успехах куда усердней, чем даже наши пиарщики, но с тобой можно работать. Я теперь и не знаю, кого еще приставлять к нашим умникам, чтобы они там не спровоцировали дипломатический скандал своими требованиями. Ну да ладно. Кое с кем я говорил, у них там вроде вакансия есть.

Иными словами, требование отчитаться за каждую якобы нецелевую позицию и скорее всего еще и выплачивать перерасход казалось не таким угрожающим, можно было даже перевести дыхание и немного подумать о насущном. Встретиться с адвокатами – своим и Альбы, просмотреть рынок недвижимости, потому что одному ему огромная квартира была ненужна совершенно, да и плата за нее была слишком большая. И даже встреча с Альбой не казалась Берту чем-то страшным и ужасным; хотя когда он связался с ней, Альба молчала и хмурилась. И первым ее вопросом было: «Зачем?».

– Ты обещала поговорить с приятелями, – напомнил Берт. – И не поверишь, я скучал по тебе.

– Не поверю, – холодно ответила Альба.

– Я не удивлен, – засмеялся Берт. – Но ты все-таки должна мне. Тебе не кажется? Так что предлагаю встретиться в «Вернере». В восемь тебя устроит?

Альба кивнула и отключилась.

– Мне тоже было приятно с тобой поговорить, милая. И я с нетерпением жду нашего совместного ужина. Просто предвкушаю. Весь в нетерпении, – ласково говорил Берт, глядя на сизоватый экран, в котором отражалась его физиономия. Берт злобно оскалился на свое отражение, затем хмыкнул, одернул себя и встал. – И после этого вечера я наконец узнаю, что я буду делать дальше. И где, черт подери.

Он подошел к окну и постучал головой о стекло, прижался к нему лбом, замер.

Помнится, Альба не сочла нужным поинтересоваться мнением Берта насчет квартиры. Но она любезно осведомилась о его месячных доходах, чтобы с учетом ее средств они могли въехать в квартиру в престижном районе и доме поэлитней. Что-то подсказывало Берту, что и с его будущей карьерой она обойдется похожим образом.

Нет, Берт Франк все-таки был рад, что его жена ушла от него. Сам бы он никогда не решился.

И да, Берт скучал по ней. Неожиданно: именно когда он почти лишился прав на Альбу, он начал по ней скучать.

Неясно было, следовало ли ему приходить сильно раньше, можно ли прийти вовремя, или будет ли он прощен, если задержится? Альба наверняка будет пунктуальной. Вопрос в другом: будет ли у Берта мало-мальская возможность повлиять на стратегию, которой Альба собиралась придерживаться этим вечером? Приди он заранее – расценит ли она это как нетерпеливость, и алчность, и жажду наживы, и желание поиметь с нее, пока есть такая возможность, и не припишет ли этому триста тридцать восемь разных вредных и нехороших характеристик? Если сделать вид, что задержался из-за чрезвычайных обстоятельств на работе – наверняка это будет расценено как неуважение, и хорошо если Альба подождет хотя бы пять минут, а то ведь с нее станется встать и уйти. А насчет пунктуальности ее было трудно переплюнуть.

Так что выпендриваться не следовало. Альба пришла вовремя; Берт как раз допивал кофе. Он встал, отодвинул стул; Альба села. Берт нагнулся, чтобы привычно поцеловать ее. Она не возражала, не отодвинулась, не поморщилась.

– Хорошо выглядишь, милая, – ласково произнес он.

Альба внимательно посмотрела на него, словно оценивала соответствие слов мыслям Берта.

– Ты тоже неплохо выглядишь. Время в центре Африки явно пошло тебе на пользу. По крайней мере, твой загар выглядит естественным, – равнодушно ответила она.

– Я взял на себя смелость заказать тебе кофе. Как ты обычно пьешь, – сквозь стиснутые зубы процедил Берт и заставил себя улыбнуться.

– Спасибо, – безразлично произнесла Альба. Даже не улыбнулась снисходительно–торжествующе–злорадно.

Он интересовался, чем она занимается, она отвечала; затем она задавала ему схожие вопросы, он рассказывал. Официанты принесли заказ, замерли, преданно глядя на Альбу. Они-то всегда способны были определить, кто главный за столом, мимоходом подумал Берт; на него взглянули мельком, поинтересовались, все ли устраивает, и не более.

Наконец Альба сочла возможным перейти к поводу для встречи.

– Итак, есть трое людей, которые согласны сделать мне одолжение и присмотреться к твоей кандидатуре. Если тебя устраивает такая формулировка, – Альба положила кисти рук на стол и переплела пальцы.

Берт хмыкнул.

– Это точная формулировка, как бы она мне ни нравилась, – признался он, невесело улыбаясь.

– Я ценю твою откровенность, – помягче – на полграна – сказала Альба. – Ты можешь перейти в азиатский сектор. Насколько я помню, ты работал в схожей области некоторое время. Я бы обратила твое внимание, что человек, который обяжет меня в таком случае, несколько нестабилен в… этическом плане, хотя сфера деятельности интересная. Ты можешь перейти в сектор высоких технологий, и я была бы не против взять на себя это обязательство. Мой приятель в этом секторе нуждается, наверное, в твоих способностях, – она посмотрела на Берта оценивающе. После паузы она скептически произнесла: – Будет ли тебе интересно там – не уверена.

Она замолчала. Берт, кажется, предполагал, о ком и о чем она говорит. Все-таки мирок, в который Альба его ввела, был не самым большим.

– Я, наверное, порекомендовала бы тебе третий вариант, – задумчиво проговорила она. – Он несколько неожиданный. Я познакомилась с Горреном Дагом совсем недавно. Он очень любопытный тип. Но для тебя это будет значить переезд в Южную Африку.

По собственной же инициативе Альба предложила попенять Аттиле Сабо за несвойственную ему придирчивость и заняться квартирой.

– Я благодарна тебе за твое миролюбие, – призналась она. – Я отчего-то думала, что ты попытаешься настоять на всех этих терапиях и консультациях или чем-то таком. Не уверена, что не поддалась бы требованиям приличий и не влезла бы в эту бессмыслицу.

– А был бы смысл? – меланхолично спросил Берт.

– Нет.

– Так чего трепыхаться, – пожал он плечами. – И все-таки. Почему?

Альба смотрела на него. Опустила глаза. Открыла было рот, но снова закрыла его.

– Наверное… наверное, мне надоело притворяться. И наверное, я не хочу лишать какую-нибудь милую и непретенциозную женщину возможности выйти за тебя замуж. У нас действительно был неплохой брак.

Берт поинтересовался ее планами на будущее. И Альба улыбнулась.

– Не поверишь, я тоже отправляюсь в Африку.

========== Часть 2 ==========

Насчет переезда в Южную Африку Альба поторопилась. Берт встретился с Горреном Дагом — тот по счастливой случайности как раз отирался в Брюсселе — немного рассказал о себе, с одобрительным удивлением убедился, что Даг, даром говоривший много и гладко, не сообщил практически ничего о себе, а о проекте, которым предстояло, помимо прочего, заниматься и Берту, только немногим больше, и охотно посплетничал о своем непосредственном и опосредованном руководстве. Тут и он сам, и Даг оторвались по полной. Из чистой, незамутненной мстительности Берт сообщал Дагу всевозможные сплетни о вышестоящих, чтобы узнавать снова и снова:, а парень-то был в курсе. Более того: словно развлекаясь, но и подкупая Берта, наверное, этот Даг — «называйте меня Горреном, фамилия у меня — у дворовых псов клички живописней» — делился такими сведениями из судеб тех чинов, что у Берта дух захватывало. Надо же, а кажутся такими приличными. Иными словами, встреча была очень приятной. Она затянулась, Берт выпил чуть больше, чем изначально планировал, но почему-то был уверен, что все то, о чем они болтали тут, и то, как они болтали, останется все-таки между ними.

Горрен Даг спросил, согласен ли Берт расстаться со своим теплым местечком и заняться кое-чем, требующим изобретательности, изобретательности и еще раз изобретательности, а взамен получить значительно меньшую зарплату, необходимость работать в полтора раза больше, отсутствие многих привилегий, которые обеспечивала ему дипмиссия.

— Не уверен, что у меня есть выбор, — честно признался Берт, сдержал зевок, осмотрелся, ухмыльнулся. — Папа Рунер будет старательно портить мне жизнь в нашем секторе. Сам понимаешь, у него возможностей не в пример больше моих. Третье поколение дипломатов, все дела.