Чтение онлайн

Как мне кажется, эти стихи являются определённым эмоциональным подтверждением того, что задаваемая в данной книге система ценностей и мировоззренческих координат даёт человеку надёжную опору и способствует благополучному прохождению через экзистенциальные кризисы.

Расхожее представление о ненужности и никчемности философствования немедленно обнаруживает свою несостоятельность, как только мы отходим от периодов спокойного течения жизни и обращаемся к экзистенциальным кризисам. Вот тут-то и обнаруживается вся важность наличия мировоззренческой опоры, наличия субъективно переживаемого смысла собственного существования. Если же человеку не удаётся во время такого кризиса обрести новый смысл жизни взамен утраченного, обрести новую внутреннюю опору — тогда исход трагичен. Самыми опасными с точки зрения суицидального риска являются (и это полностью подтверждает статистика самоубийств) именно периоды экзистенциальных кризисов. Если человек, находящийся в таком кризисе, не сумел произвести переоценку ценностей, не сумел переосмыслить свою жизнь и обрести для неё новый смысл — тогда, оказывается, он не способен дальше жить! В такое время нет ничего важнее гармоничного философствования. Если же человек претерпел неудачу в этом «философствовании», то он просто гибнет, не будучи способным продолжать далее жизнь, лишённую, с его точки зрения, какого-либо смысла и достойного содержания. Вот вам и никчемность «философствования»!

Как видим, философствование не нужно лишь тогда, когда оно не нужно, точно так же, как нет великой заинтересованности в пище у того, кто только что наелся до отвала. Когда мировоззрение сформировано, далее им пользуются, но не замечают и не уделяют ему специального внимания. Оно существует как незримый познавательный контекст практического бытия человека.

Однако справедливо и то, что философствование может носить и нездоровый характер. Потребность постоянно и бесконечно философствовать является разновидностью психопатологии (философическая интоксикация). Нормальным и здоровым следует считать философствование в периоды кризисов развития, когда старая мировоззренческая схема оказывается несостоятельной. Это уже упоминавшиеся подростковый период, возраст около пятидесяти лет и период подготовки к смерти.

Кроме этих, общих для всех людей, кризисных этапов жизни могут быть и особые кризисы, такие, например, как неожиданная инвалидность (человек ослеп или потерял ноги и уже прежняя жизнь невозможна) или несчастная любовь и т. д. и т. п. Особое место занимают периоды, когда человек приступил к занятиям энергомедитативной практикой. Такие этапы можно определить как время мировоззренческого кризиса неофита. В ходе этой практики ученик неизбежно сталкивается с такими феноменами, переживаниями и прозрениями, которые просто не укладываются в рамки привычных взглядов, привычной картины мира. Всё это столь велико и столь необычно, что возникает настоятельная, но при этом вполне нормальная и здоровая потребность переосмысления себя, окружающего мира, смысла жизни и т. п., чтобы привести картину мира в соответствие с тем новым, что привнесла в его жизнь энергомедитативная практика. Раздел «Философские основы духовного развития» и предназначен, прежде всего, для людей, приступивших к энергомедитативной практике и переживающих мировоззренческий кризис неофита. Людям вне такого кризиса эта информация может показаться заумной и весьма далёкой от реальной жизни. Итак, главной задачей этого раздела является создание мировоззренческого контекста, необходимого для успешной энергомедитативной практики. Совершенно справедливо, что для духовного развития главным является не теория, а практика работы над собой. Однако практика не может осуществляться в некоем «безвоздушном пространстве». Хотим мы того или нет, но практика всегда — явно или неявно, но всегда, — осуществляется на определённом мировоззренческом фоне, в определённом мировоззренческом контексте. И этот контекст может либо благоприятствовать успешной практике, либо же, в случае его неадекватности — напротив, препятствовать ей, вплоть до искажения и извращения самой практики.

Существуют три качественно отличающихся сферы бытия, которые, тем не менее, образуют единый континуум. Это: сфера грубоматериального, сфера тонкоматериального (промежуточная), она же, если посмотреть с другой стороны — сфера «грубодуховного» и, наконец, сфера духовного (см. рис. 1).

Рис.1. Три сферы бытия.

Хотя мы и различаем два полюса бытия — материальный и духовный, всё же бытие едино и принципиально недвойственно, тогда как мышление всегда шизофренично, в точном смысле этого слова (схизис — расщепление на несовместимые противоположности). На философском уровне это проявляется как противопоставление духа и материи. При этом утверждается, что дух принципиально нематериален и не имеет с материей ничего общего. Однако это противопоставление — всего лишь потребность ума, способного познавать только расщепляя бытие, только раскалывая его надвое. В самом ли деле дух абсолютно нематериален, а материя — бездуховна? Если это так, то это всё равно, что духа вообще не существует, ибо между ним и материей нет никакого сродства и никакой сцепки. Так ли это? Если бы это было так, то тогда дух не смог бы влиять на материю, а материя — на дух. Между тем, святые и мистики всех времён и народов единодушно свидетельствуют о том, что духовный мир оказывает незримое, но постоянное влияние на мир материальный, причём влияние это может проявляться самым необычным и ошеломляющим образом. С другой стороны, мистики (в частности приверженцы классической индийской йоги) рассматривают всё живое, включая человека, как дух, воплотившийся в материю с целью своей эволюции, подобно тому, как семя падает в почву, в которой оно получает необходимое питание и вне которой оно не может развиваться.

Итак, как уже было сказано, грубоматериальное, тонкоматериальное и духовное образуют единый континуум бытия в котором, по мере продвижения от полюса грубоматериальности к полюсу духовности, постепенно нарастают субстанциональная утончённость, энергетическая и информационная насыщенность. Хотя на рис. 1 три сферы бытия расположены на одной линейной оси, это не более чем геометрическая метафора. На самом деле все эти сферы пронизывают друг друга и, в определённом смысле, совпадают друг с другом. Наиболее удачным тому объяснением является тот непреложный факт, что всё сущее осциллирует, всё сущее — это невообразимо огромное единство бесконечного множества волновых и вихревых процессов. Эти процессы происходят с различной частотой и интенсивностью. Таким образом, для каждой сферы бытия характерен свой диапазон частот. При переходе от грубоматериальной к тонкоматериальной и далее к духовной сфере частота вибраций нарастает. Следовательно, мир тонкоматериальный имеет более высокие частотные характеристики, чем мир грубоматериальный, а духовный — более высокие, чем тонкоматериальный.

Основываясь на этих представлениях, известный исследователь Роберт Монро объясняет феномен сосуществования качественно различающихся сфер бытия (сфера тонкоматериального в его терминологии обозначается как «Вторая Зона») следующим образом:

«Волны всех частот электромагнитного спектра могут одновременно занимать одну и ту же точку пространства и практически не взаимодействовать друг с другом. Сходным образом, вполне возможно, что мир (или миры) Второй Зоны рассеян по всей протяжённости физического, материального мира. Не считая редких или необычных случаев, наши «привычные» органы чувств и их продолжение — приборы, совершенно не способны воспринимать эту потенциальную действительность и извещать нас о её существовании. Если принять такую мысль, то можно достаточно точно ответить на вопрос, где находится Вторая Зона, — здесь». [18]

Почему же мы не способны воспринимать эти иные миры, коль скоро они расположены здесь же? Дело в том, что, в полном соответствии с гегелевской диалектикой, в едином, полностью расположенном «здесь», континууме бытия имеют место чётко выраженные переходы количества в качество. При нарастании частоты колебаний по достижении определённого порога происходит качественный скачок, знаменующий переход от сферы грубоматериального к сфере тонкоматериального; и второй переход — от сферы тонкоматериального к сфере духовного.

Эти переходы сопровождаются качественным изменением во всех отношениях: иная субстанциональность, иные свойства пространства и времени, совершенно иной характер детерминированности, совершенно иной характер субьектно-обьектных отношений. Так, переход к сфере тонкоматериального требует совершенно иного — внесенсорного способа восприятия (в отличие от обычного, осуществляющегося посредством органов чувств), а также иного — интуитивного способа познания (в отличие от малопригодного для этой сферы дискурсивного мышления).

Как следствие такого качественного скачка, взаимодействие и взаимовлияние двух сопредельных сфер может осуществляться только в переходной зоне, отделяющей верхнюю границу грубоматериального диапазона от нижней границы тонкоматериального. То же самое можно сказать и относительно переходной зоны между тонкоматериальным и духовным. Таким образом, ни материя не может непосредственно влиять на дух, ни дух на материю — настолько они невообразимо далеки друг от друга. Однако такое влияние может осуществляться через посредника, коим и является промежуточная сфера тонкоматериального (она же — сфера грубодуховного).