Чтение онлайн

Мантическое мышление основано на символах и индетерминизме 10 , а рациональное мышление на расчете и причинно-следственной связи и стремится к стандартизации. «Найтo пришел к выводу, что гексаграммы первоначально состояли не из 6 черт каждая, а из меньшего (и не обязательно одинакового) количества черт; лишь впоследствии они могли пополняться для достижения некоего единообразия текста. Мантические термины "начало", "проницание", "определение", "стойкость" существуют только примерно в половине гексаграмм. А в материалах, приведенных Найтo, намечается тенденция текста скорей не к шестичастной форме главки, а к пятичастной. Вспоминается гипотеза, что гексаграммы были развиты из более старых пентаграмм путем прибавления к каждой из них альтернативно одной черты: световой или теневой. Таких пентаграмм могло быть только 32. А создание пятичастных гадательных афоризмов, при общей тенденции к пятеричности в Китае, вполне естественно.

Итак, Найтo приходит к выводу, что … ныне известная, редакция текста произведена незадолго до установления династии Цинь, т.е. до 221 г. до н.э.» 11 .

Другими словами, к началу нашей эры, рациональное мышление установилось вслед за победой монотеизма: все готово для начала нашей эры.

Процесс рационализации мантических практик неизбежно сопровождался и переписыванием истории и авторства их происхождения уже по политическим соображениям. Наиболее явно этот процесс пошел с эпохи Возрождения, когда история явлений и событий стала интерпретироваться через призму истории богоизбранного народа, основного проводника и бенефициара идеи Homo sapiens. Не обошел этот процесс ни карты Таро, ни книгу «И-цзин». Форке пишет: «Нас поучают, что как "И-цзин", так и все языческие религиозные книги и священные писания происходят от времени разделения сыновей Ноя – Сима, Хама и Иафета или, по меньшей мере, они происходят из сообщений о тех временах. Предки всех языков, как говорит Моисей, должны были быть собраны в одном месте, где они запечатлели испорченные религиозные формы и взяли их с собой при расселении. "И-цзин" был спасен от потопа "Великим отцом" современного рода человеческого. Он ["И-цзин"] дает нам материализм древнего Вавилона и восемь божеств: Отца, сына и шесть детей – Diimajorumgentium (MacClatchie T.TheSymbolsoftheYih-King. – ChinaReview. Vol.1, 1872/73, с. 152 и сл.). По "И-цзину", первая и вторая гексаграммы – Цянь и Кунь – это Шан-ди (= бог), фаллос, бог язычников, гермафродит, или великая монада единства в языческом мире. "Цянь" – мужской, а "Кунь" – женский половой орган. Они оба соединены в одном кольце или в фаллосе, в Тай-и, из которого происходит все бытие» 12 217. Легг сопровождает эти слова восклицанием: «О, стыд! Шан-ди отождествляется с Ваалом халдеев. Дракон – это membrumvirile и вместе с тем символ Шан-ди. "Библия" и "И-цзин", Вавилон и Китай, мифология и сравнительная история религий, древность и современность образуют у Макклатчи дикую мешанину» 13 .

Стремление поставить на службу метафизические «процессы» привело к использованию «И-цзин», в частности, в психологии. Согласно К.Юнгу, гуа фиксируют общечеловеческий набор архетипов (врожденных психических структур). Тригаммы, гексаграммы и их компоненты во всех комбинаторно возможных сочетаниях образуют универсальную иерархию классификационных схем, в наглядных символах (сян) охватывающую любые аспекты действительности – части пространства, отрезки времени, природные стихии, числа, цвета, органы тела, социальные и семейные положения и т.д.

Мы постоянно пишем, что «И-цзин» используется для гадания. А вот вопрос о том, что пытаются знать, остается всегда за границей обсуждения. Итак, на что гадают или для каких гаданий созданы все мантические системы Древности.

Символы И-Цзин помогаю нам вступить в контакт с силами нашего истинного бытия, понять их действия и направление. Если наши действия гармонизируют с движением естественных сил, то мы как бы получаем благословение на действия и необходимые силы. Символы связывают нас с миром Духов, которые либо помогаю нам, предоставляя энергию, либо лишают нас энергии. Итак, можно сказать, что мантика позволяет нам понять направление естественных сил и согласовать наши действия с этими силами, обеспечив эффект синергии, и достичь поставленной цели. Потому во все времена, того, кто достигает желанных результатов, того, кому везет, называли баловнем судьбы, рождённым под счастливой звездой, счастливчиком и т.п. Все его везенье только в том, что его желания совпадают с волей Бога, что дает ему Божье покровительство и необходимые силы и ресурсы.

Естественно, что каждый правитель стремиться получить Божественное покровительство, для чего и предназначены мантические практики. Потому в Китае Сына Неба и называли Царем мантики, именно царем, поскольку мантикой должен заниматься каждый мужчина, но именно Сын Неба лучше всех предсказывает волю Богов (будучи Сыном) и потому именно он достоин быть правителем.

Этот гадательный текст, после многовековой обработки его в комментаторских школах, был использован политическими деятелями Китая и Японии. Например, Лакупри приходит к выводу, что перед нами «словарь, в котором под 64 словами изложено нечто вроде государствоведения» 14 .

Известно, что в древности в обязательную программу обучения входили «Ли цзи» («Книга правил») и «Юэ цзин» («Книга музыки») в весенних и в осенних курсах, а «Ши цзин» («Книга песен») и «Шу цзин» («Книга истории») – в летних и в зимних курсах. Согласно Цзин Фану, 60 гексаграмм распределяются по году и каждому дню соответствует одна черта. Оставшиеся же четыре гексаграммы, а именно: Чжэнь, Ли, Дуй, Кань (№51, 30, 58, 29), управляют не временем, а пространством.

Значение «Книги перемен», которое мы находим в тексте Конфуция, и есть искомое ее значение. Оно только впервые рационально выражено в письменном виде Конфуцием. Поэтому в положение Чжу Си, приведенное в начале данной главы, необходимо внести поправку. «Книга перемен» была создана для гадания, но вернее – как философская система, которую Конфуций оформил логически, придав ей именно тот смысл, который был в нее вложен с самого начала Фу-си и Вэнь-ваном.

Лишь благодаря школе Конфуция «И-цзин» стала известна, конфуцианцы впервые рационально, логически оформили в письменном виде её содержание и с этого времени ученые и вельможи начали почитать и признавать эту книгу. Главный контингент читателей комментаторской литературы составляли люди, готовившиеся к государственным экзаменам на должность чиновника, которые лишь в обязательном порядке, а не по своим интересам изучали текст «Книги перемен».

Пи Си-жуй пишет: «О том, что Фу-си создал "И [цзин]" и ниспослал учение, смысл которого в том, чтобы выправить отношения государя и подданного, отца и сына, мужа и жены» 15 . Все политическое значение создания «Книги перемен» сводится к тому, чтобы при ее помощи утвердить дифференциацию общества. Хотя впоследствии эта руководящая мысль и была забыта, тем не менее вся суть поучения, возводимого к Фу-си, состоит в том, чтобы привести в порядок человеческие отношения и выяснить путь царей.

Арлез приходит к выводу, что «Книга перемен» – это памятная книжка какого-то политика, которую другой политик превратил в гадательный текст 16 .

«Чжоу-и» состоит из двух иероглифов: чжоу – это «оборот, круг, цикл, везде, повсюду, полный, исчерпывающий»; и – «перемена, метаморфоза». Соответственно сочетание «Чжоу-и» означает «Исчерпывающий цикл перемен». Поскольку конфуцианцы включили «Чжоу-и» в свой канон, их уважительно стали именовать «Канон перемен» («И-цзин»).

«И-цзин» включает в себя каноническую часть в двух разделах: 1) собственно «И-цзин» и 2) комментирующую часть – «И чжуань» (или «Ши и» – «Десять крыльев», то есть семь комментариев – чжуань, три из которых имеют по два раздела), в которой важнейшее значение имеет «Си цы чжуань» («Великая традиция»).

В основной текст входят следующие двенадцать составных частей:

I. Название гексаграммы, гуа мин. Позднее были приписаны названия составляющих ее тригамм.

II. Гадательная формула, выраженная при помощи четырех терминов («качеств»), так называемая сы дэ: юань (начало), хэн (проницание, развитие), ли (благоприятность, определение) и чжэн, или чжэнь (стойкость, бытие), – либо присутствуют полностью или частично, либо отсутствуют.

III. Афоризмы по поводу гексаграммы в целом, гуа цы. Они иногда включают в себя «четыре качества» или одно из четырех основных мантических предсказаний (счастье, несчастье, раскаяние, сожаление).

IV. Афоризмы при отдельных чертах, сяо цы, или яо цы.

V. Комментарий «Туань чжуань» («Традиция суждений»): гексаграмма рассматривается со стороны составляющих ее тригамм, черт и т.п.

VI. Великий комментарий образов «Да сян чжуань» («Традиция образов»), где гексаграмма рассматривается с точки зрения образов тригамм, ее составляющих, и дается указание этического порядка.