Чтение онлайн

— А это еще что за чудеса? — спросил Диэгр, когда граф Бленше, поддерживая баронессу под руку, помог ей войти внутрь.

— Пока вы тут прохлаждались, вашу предводительницу чуть не растерзала обезумевшая толпа, — холодно сказал граф.

— Вот так новости! И что же там происходит? Уж не связано ли это с…

— Связано, — перебила его Авеиль, — кто-то "завел" людей, распустив слух, что коннетабля отравили мадариане.

— Возмутительно! Как они могут нести такую напраслину?! — вскипел Тапроди, невысокий, но очень вспыльчивый и смелый человек.

— Сейчас в городе творится настоящее безумие, как однажды уже было на острове Кэльд.

— Откуда вам известно про Кэльд? — спросил будущий коннетабль.

— Мне рассказывали. Надо успокоить толпу.

— Едем туда немедленно, — сказал Тапроди.

— Не думаю, что это удачная идея. Вы попадете в свару. Лучше вам оставаться здесь. Мы сами разгоним людей.

— Вот так чудеса — неберийцы волнуется о нашей безопасности! Мы не будем сидеть сложа руки, — возразил Тапроди.

— Он прав, — ответила Авеиль, — нам сейчас лучше не появляться в столице. Неберийцы быстрее справятся с ситуацией.

— Нет, вы только подумайте, — усмехнулся Диэгр, — мы будем прятаться за спинами неберийцев. Мне это не по нутру. Скоро мы с ними ужинать вместе будем.

— А в этом что-то есть, — холодно ответил Бленше, — не вижу ничего хорошего в том, что лучшие люди Ларотума враждуют друг с другом, тогда как им следовало бы подумать о других врагах.

Граф, отвесив поклон, вышел из храма и сев на коня поспешил в город.

Беспорядки продолжались. На дома мадариан, живущих в Синем Городе, устроили нападения. Городская Стража уже начала подавлять волнения. Многие были убиты и ранены, многих смутьянов арестовали. Но у Золотых ворот все еще толпился народ, словно выжидая чего-то. Теперь уже на самого графа и его друзей ополчилась толпа. Кто-то выкрикнул, что он — предатель, спас бонтилийку от расправы — и люди, озверев, бросились на всадников. Королевские стражники усмиряли людей: одни размахивали алебардами, другие напирали на толпу с копьями. Бленше кричал людям, что неберийцы не желают кровопролития. Графа кто-то в давке ударил, прорубив чешуйчатую кольчугу клинком, и нанес вслед за этим еще несколько жестоких ударов.

— Предатель, — это были последние слова услышанные им. И долго потом, в бреду, он спорил с кем-то, говоря, что он не предавал движение неберийцев, что он всего лишь защитил женщину…кто-то черный и липкий душил его в этом холодном бреду, уводя в мир теней.

Город успокоился и затих лишь к утру.

— Снова мы пустили им кровь, — прошептал, злорадно поблескивая глазами, Асетий. Он смотрел, как могильщики собирают в повозки тела убитых и растерзанных людей, чтобы вывезти их за город на кладбище. Многие жители ходят по улицам, разыскивая близких.

И никто не мог подумать, что это городское восстание было спровоцировано ради одной единственной цели — завладеть артефактом с шеи баронессы Сав. Второй раз Кафирия Джоку потерпела поражение — камень бонтилийки упорно не давался ей в руки.

Неберийцы едва не подняли под свои знамена половину города. и едва утихли эти волнения….

Требовался новый коннетабль. Король уже подумывал, кого назначить на этот пост, склоняясь в своих предпочтениях к графу Бленше, про которого были лестные отзывы — он хорошо проявил себя в последней войне в Синегории, и многие люди утверждали, что он толковый и талантливый командир, который пользуется уважением у подчиненных. Но едва утихла новая буря, как королю доложили, что граф Бленше не сможет возглавить армию. Кто-то нанес ему тяжелые раны в той свалке.

Аберин Бленше был человеком с твердыми принципами. Если он служил королю — значит, он служил королю. Но выше этого была его вера в неберийцев. Его учитель и друг Турмон много раз пострадал на посту коннетабля за свои убеждения. Бленше не считал, что нужно действовать открыто, он решил, что надо быть гибче и использовать удобный момент. Когда в его руках окажется армия, придет его час — он кое-что сможет. У их партии много сторонников. И рано или поздно они свергнут ненавистную власть дарбоистских жрецов, заставят короля пойти на уступки.

Строя далеко идущие планы, этот решительный и умный воин-стратег не учел одного — фактора случайности. Точнее он не ждал удара оттуда, откуда он пришел.

Может, это лукавая Тьюна подмешала ему в вино колдовского зелья. Или ветер принес дым от шабаша ведьм, но вот однажды встретив бонтилийку, о которой ходило много противоречивых слухов, бонтилийку — в недавнем прошлом — любовницу Аров-Мина, женщину с непонятным прошлым, он, не раздумывая, записал ее в стан врагов. Ведь она служила мадарианам.

Бонтилийка для всех оставалась загадкой: приехала одна, купила красивый и большой дом в Синем Городе. Стала появляться с завидной регулярностью во дворце. Ее представил ко двору посол Касим, она всем понравилась, подружилась с Мироладом Валенсием, Советником Локманом, графом Нев-Начимо. И вскоре, как-то само собой, она так слилась с остальными придворными, что никому и в голову не приходило, что она тут чужая.

Ночью, возле Болтливой стены что-то пробежало между ними. Запах? Магия? Судьба? Авеиль Сав смутила разум графа Бленше своим нежным взглядом, в котором была невысказанная просьба о помощи.

Попав под странную и необъяснимую власть Авеиль, он пробовал сопротивляться, но она оказалась сильнее. Второй раз он невольно встал на пути у ее убийц.

Но эта же любовь спасла его от войны с Гэродо. Защитив бонтилийку у ворот, он вызвал на себя гнев обезумевшей толпы, был ранен, почти при смерти — …все его планы как бастион пали под натиском взгляда красавицы.

После событий на Королевской площади почти все неберийцы, за исключением тех, что были арестованы, покинули Мэриэг.

— Как назло, граф Бленше не может заменить Турмона, он лежит теперь в тяжелейшем состоянии у себя в доме, — ворчал король, — мне снова приходится ломать голову — кого назначить коннетаблем.

— Я знаю, кто грезит об этой должности, — сказал Локман, — адаг Фантенго готов душу продать, лишь бы вы выбрали его.

— Невзирая на роль, которую сыграл Фантенго, я никогда не назначу его на этот пост — он недостаточно родовит. Должность коннетабля достанется герцогу Моньену!

Локман пожал плечами, — как бы его не раздражал самоуверенный Фантенго, тот был бы на своем месте, а вот нерешительный и тщеславный Моньен вызывал большие сомнения. Но Локман решил оставить свое мнение при себе. У него были заботы важнее этой нелепой войны.

Обстановка к этому моменту стала накаляться. Сенбакидо повел себя возмутительно! Он потребовал от Тамелия вернуть герцогине Брэд все ее земли, — в противном случае он выступит на стороне Гэродо.

Король был в ярости! Кто-то посмел воспользоваться своим положением и диктовать ему условия.

Но если бы Тамелий отказал, то он рисковал бы потерять значительный кусок ларотумского королевства. Если бы эти две провинции отделились, то к ним могли бы присоединиться и другие недовольные.