Чтение онлайн

С этой целью в 1788 году, покорив Аравию, салафиты вторглись в Кувейт и захватили его. Затем «воины Ваххаба» пошли на север и блокировали Багдад. Они хотели также захватить священный для шиитов город Кербелу [40] , чтобы разрушить там могилу имама Хусейна и запретить паломничество к ней, но это им не удалось. Получив отпор, армия салафитов вернулась в Аравию. В 1802 году отряды ваххабитского Дирийского эмирата захватили Джидду («ворота в Мекку») и удерживали ее 11 лет, пока город не был отбит оттоманским экспедиционным корпусом, присланным из Египта. Через год они захватили Мекку, утвердив там ваххабитский мазхаб, а весной 1804 года вошли в Медину, где разрушили огромный купол, который якобы заслонял от солнца могилу Пророка, и выбросили из его гробницы все драгоценные украшения. Овладев территорией Хиджаза, войска ваххабитов двинулись в центр Аравии и дальше на север. В 1810 году они осадили Наджаф и Дамаск.

Это была подожженная англичанами религиозная война, имевшая целью вызвать битву мазхабов внутри Османской империи и тем ослабить или погубить ее. Отчасти им это удалось. Возможно, под ударами вооружаемых Лондоном ваххабитов империя османов рухнула бы еще в начале XIX века, но англичанам пришлось переключиться на борьбу с Наполеоном, они ослабили помощь салафитам, и Османская империя уцелела. Но на Аравийском полуострове ваххабизм прижился. К началу ХХ века местные шейхи-ваххабиты контролировали провинцию Неджд (Внутренняя Аравия), подчинили себе Хиджаз с городами Медина и Мекка, а затем подняли восстание против владычества османов. В 1916 году, пользуясь тяжелым положением Османской империи на фронтах, ваххабитские шейхи провозгласили в Джидде независимость Хиджаза, положив начало развалу Османской империи. Направлял их действия присланный из Лондона суперагент английской разведки Лоуренс Аравийский. Новое государство просуществовало до 1925 года, когда было завоевано Недждом. А когда через семь лет потомки Мухаммада ибн Сауда при участии англичан создали королевство Саудовская Аравия [41] , ваххабизм стал его официальной религией. Он также распространился в примыкающих к Саудовскому королевству странах (Омане, Катаре, Объединенных Арабских Эмиратах, Иордании).

Споры о ваххабизме в исламском мире не утихают и поныне. Одни проповедники и богословы считают его экстремистским еретическим движением по причине отрицания его приверженцами традиционных суфийских учений и толкований. А вот египетский писатель и историк Таха Хусейн определил ваххабизм как «мощный призыв к истинному исламу, очищенному от многобожия и идолопоклонничества». В европейской и арабской литературе ваххабитов называют «пуританами и протестантами ислама».

Ваххабизм – это крайняя форма ханбализма, самого ортодоксального вероучения в исламе. Экстремистским и тем паче террористическим это вероучение не считается. Однако многие экстремистские и террористические группировки используют ваххабизм как идейную опору для своих действий. Поэтому Высший исламский совет США и лидеры некоторых мусульманских общин в Европе объявили ваххабизм экстремистским течением в исламе [42] . В России ваххабизм официально не запрещен, хотя вопрос о его запрете не раз ставился. А идеологи салафизма и правящий в Саудовской Аравии режим проводят его экспансию, на что имеются объективные основания.

Ваххабизм – официальная религия Саудовского королевства – ратует за суровую простоту быта и нравов первоначального ислама, против посторонних влияний, культа мусульманских святых и «продажной» власти. Однако бытие королевской семьи и ее присных далеко от пуританства, аскетизма и отсутствия «тлетворных» влияний Запада, что раздражает не только радикальных салафитских улемов. Саудовская верхушка погрязла в порицаемых исламом грехах и пошла в «услужение дьяволу» (Америке), а архаичная форма государственного устройства концентрирует власть и доступ к «прилипшим» к этой власти деньгам в руках узкой группы лиц, закрывая социально-политические лифты для подавляющего большинства населения. Всё это рождает недовольство правящим режимом в разных слоях общества, особенно среди молодежи, численность которой из-за высокой рождаемости быстро растет, и создает перманентную революционную ситуацию.

Саудовская Аравия похожа на кипящий паровой котел с закрытым клапаном. Там существует множество оппозиционных течений и групп, могущих этот котел взорвать. Поэтому у правящих саудовских кланов есть насущная потребность «сплавить» куда-нибудь взрывоопасную массу потенциальных молодых бунтарей. И саудовские власти выдавливают их в региональные войны и революции, которые сами и создают, как и их «нефтяные» соседи по тем же причинам. Отсюда мины замедленного действия, заложенные Саудовской Аравией и Катаром в разных арабских странах, которые взорвались в период «арабской весны». Это совпало с планами Вашингтона по хаотизации и «демократизации» большого Ближнего Востока. Возник альянс. Саудиты и катарцы проплатили участие Америки и ее союзников в нужных им региональных войнах. Вторжение Джорджа Буша в Ирак в 2003 году «протолкнул» саудовский посол в Вашингтоне принц Бандар ибн Султан аль Сауд. Нефтедолларами была проплачена агрессия Запада против Ливии. Ими пахнет маниакальное стремление США и их друзей свергнуть Башара Асада. Демократический Запад и теократические деспотии зоны Залива разворошили Ближний Восток и север Африки. Насколько это выгодно Западу, прежде всего Европе, – это большой вопрос. А вот спонсорам процесса это выгодно, потому что они направляют и перемалывают в этих конфликтах армии прирученных «пассионариев» (экстремистов и террористов), сбрасывая тем самым давление в своем паровом котле.

Активно этот процесс начался после советского вторжения в Афганистан в самом конце 1979 года. Ему предшествовало «восстание махди», когда группа вооруженных сектантов, недовольных саудовскими властями, захватила Большую мечеть в Мекке, о чем мы еще расскажем. Это восстание до смерти перепугало саудовский режим. Недовольство низов и верхов общества существующим порядком вещей было таким, что король и его присные дрожали от страха. И тут престарелое советское руководство влезло в афганскую междоусобицу. Лучшего подарка в Эр-Рияде не могли себе представить. Интервентам-безбожникам объявили «священную войну», на которую стали созывать добровольцев. Самое активное участие в этом наряду с США и Пакистаном приняла Саудовская Аравия, которая оказывала всестороннюю поддержку воевавшей с кабульским режимом коалиции исламистов, направляя в Афганистан деньги, оружие и добровольцев. Для их приема, обучения и распределения саудовской разведкой и ЦРУ была создана особая структура – ныне запрещенная в России Аль-Каида, что в переводе означает «основа» или «база». Возглавил ее всем известный Усама бен Ладен, а курировал работу всё тот же принц Бандар ибн Султан аль Сауд, назначенный в 1983 году послом Саудовской Аравии в США. В исламских странах и раньше существовало много фундаменталистских и террористических организаций, но через Аль-Каиду, при содействии спецслужб прежде всего США, Великобритании, Саудовской Аравии и Пакистана, была создана всемирная сетевая террористическая структура, вырастившая с помощью спонсировавших ее государств армию закаленных в боях боевиков, представлявших угрозу для всего мира.

Война в Афганистане спасла саудовский и другие арабские авторитарные режимы от краха, перенаправив недовольство молодежи с себя на войну с шурави [43] . За девять лет через горнило афганской войны прошли десятки тысяч молодых мусульман, набравшихся боевого опыта, которых потом использовали в своих целях саудовские, пакистанские, американские, турецкие и иные спецслужбы. По всему миру стали возникать ячейки салафитского толка (активные и спящие), чья деятельность привела к террористической атаке на США 11 сентября 2001 года [44] . А вместе с ними началось переселение молодых мусульман в земли «неверных» с целью обратить их в истинную веру. Это глобальный управляемый процесс, а главным объектом экспансии стала богатая, стареющая Европа, нуждающаяся в притоке молодой рабочей силы. Процесс со временем разрастался и привел к недавнему кризису беженцев. Экспансия пошла и на Советский Союз. Появление радикальных исламистов в Афганистане имело два важных следствия: дало толчок рождению запрещенного в России движения «Талибан», созданного пакистанской разведкой и ЦРУ, и повлияло на многих советских воинов-интернационалистов [45] , которые разнесли вирус салафизма по Средней Азии и Кавказу, хотя помогла этому и советская «горбастройка» [46] .

В 1980-х годах я работал чиновником Министерства культуры Чечено-Ингушской АССР [47] . В круг моих обязанностей, помимо прочего, входили связи с религиозными организациями. Мне довелось общаться с православными священниками из грозненской церкви Архангела Михаила, муллами и даже деятелями религиозных сект, хотя контактов с представителями власти они избегали. Пришлось погрузиться в изучение христианства и ислама, насколько это было возможно в советские времена. В конце 1980-х годов мне с «группой товарищей», включая «переводчика в штатском» из Москвы, довелось сопровождать в поездке по Чечне и Дагестану представителя Саудовской Аравии. Мы его приняли за посланца короля, но вскоре выяснилось, что он приехал из Джидды – экономической столицы Саудовского королевства и цитадели ваххабизма – с целью открытия на Северном Кавказе мечетей и религиозных школ. Открыть их намечалось позже, а пока он проводил рекогносцировку. Строительство этих «культурных центров» разрешило высшее советское руководство в обмен на обещание саудитов предоставить СССР кредит в 5 млрд долларов. Это открыло путь к восстановлению прерванных в 1938 году дипломатических отношений между Советским Союзом и Саудовской Аравией, но также способствовало проникновению на Кавказ радикального исламизма, что потом отлилось России большой кровью. То же происходило и в Средней Азии, но тогда об этом никто не думал.

Во время поездок у нас шли интересные разговоры. От гостя из Джидды я впервые услышал термин «Еварабия», который ныне часто употребляют арабские массмедиа, а европейцы стараются избегать. Он обозначает арабскую или арабизированную Европу, заселенную арабами. По убеждению гостя, исламский мир покорит Европу, но не военным путем, а (как принято сейчас говорить) мягкой силой: через более высокую рождаемость европейских мусульман и массовое переселение в Европу молодых людей из арабских стран. «Европа – земля ислама», – сказал наш собеседник. Главное – захватить большие европейские города, все остальные сдадутся сами. В его словах не слышалось угрозы, но он спокойно, со знанием дела изложил концепцию геополитической экспансии ортодоксального ислама, которая с тех пор претворяется в жизнь. Отсюда можно было понять, что в Саудовском королевстве существуют центры планирования и финансирования этого процесса с очевидной конечной целью. В ходе разговора я спросил гостя, как он воспринимает Советский Союз, и услышал неожиданный ответ: «Как исламскую ракетно-ядерную сверхдержаву». Увидев мое недоумение, он пояснил: «Через сто лет СССР будут населять в основном мусульмане» – и многозначительно замолчал.

Это тоже стратегия. Однако вторгаться в Советский Союз исламисты тогда не собирались, им хватало Афганистана. Развал советской сверхдержавы изменил ситуацию. Во время Первой чеченской войны Северный Кавказ был превращен в базу привнесенного радикального исламизма [48] . Возник проект «Имарата Кавказ» – создания на территории Чечни и Дагестана исламского государства, живущего по законам шариата. После подписания в августе 1996 года позорных Хасавюртовских соглашений [49] проект стал обретать реальные черты, а планы его идеологов простирались далеко за пределы России. В феврале 1998 года по приглашению главы Союза мусульман России Надира Хачулаева Дагестан посетил глава американской организации «Нация ислама» Луис Фарахан, задавшийся целью обратить в ислам всех темнокожих жителей Америки, в чем преуспел. Он способствовал переходу в ислам великого боксера Мохаммеда Али, а потом и «короля поп-музыки» Майкла Джексона. И вот в разгар создания «Имарата Кавказ» Фарахан прибыл в Дагестан. Местные власти, находившиеся в растерянности, под предлогом нарушения визового режима выдворили американского гостя из республики, но он успел провести ряд встреч. На границе Чечни и Дагестана намечалась встреча Фарахана с главой «Нации ислама Чечни» Мовлади Удуговым. Встреча не состоялась. Но в депутатской комнате аэропорта Махачкалы Фарахан встретился с Хачулаевым и заместителем Удугова Аталло. Вот что потом рассказал Хачулаев: «Они долго беседовали. О чем договорились, не знаю. А мы договорились с ним встретиться где-нибудь в районе Берлина или Эльбы. Они пойдут с Америки, а мы пойдем с России» [50] . Комментировать тут нечего. Но следует подчеркнуть общность идеологии «Нации ислама», «Братьев-мусульман», Исламской партии освобождения (Хизб ут-Тахрир аль-Ислами) и аравийского салафизма, которую можно определить как геополитический джихадизм.