Чтение онлайн

Накануне основания DGI телеканал El-Arabia со ссылкой на анонимные источники сообщил, что «Катар скупает доли в европейских банках». В тексте сообщения говорилось:

«Катар ведет переговоры о покупке значительных долей в семи европейских банках. О каких банках идет речь, пока неизвестно. Зато известно, что Катар активно вкладывается в Европу через свой инвестфонд (DGI. – А.М.), куда поступают деньги от профицита государственного бюджета. В последние годы этот показатель на фоне высоких цен на нефть составляет свыше 16 млрд долларов. В то же время многие европейские компании и банки страдают от дефицита ликвидности, вызванного сначала финансовым, а потом и долговым кризисом. В результате Катар уже стал крупным инвестором французской нефтяной компании Total, британско-голландского концерна Royal Dutch Shell, футбольного клуба ПСЖ. Фонд Qatar Holdings купил парижское здание, в котором располагается офис газеты Le Figaro, а также универмаг Harrods в Лондоне. Катар вложил 5 млрд долларов в фондовый рынок Китая. Всего зарубежные инвестиции небольшого, но богатого государства по итогам 2011 года составили более 6 млрд долларов. Катар обладает одними из крупнейших в мире запасов газа и является крупнейшим экспортером сжиженного газа. На территории страны также добывается нефть, бoльшая часть которой идет на экспорт. Две добывающие отрасли обеспечивают более 50 % ВВП страны».

19 февраля 2012 года портал swfinstitute.org уведомил о необычной инвестиции: «Катар инвестирует в бренд Италии». В заметке говорилось:

«Итальянский стратегический фонд (Fondo Strategico Italiano, FSI) и госинвестфонд Qatar Holdings LLC подписали соглашение об учреждении совместного предприятия IQ Made in Italy Venture, которое займется инвестированием в бренд Made in Italy. Совокупные инвестиции соучредителей в СП составят около 2 млрд евро за четыре года. Начальный капитал IQ Made in Italy Venture составит 300 млн евро. Совместная компания займется инвестициями в продуктовую отрасль, модную индустрию, производство мебели, туризм и индустрию развлечений, сообщается на сайте FSI. Фонд FSI, подконтрольный итальянскому банку развития Cassa depositi e prestiti и Qatar Holding, будут управлять СП на паритетных началах. Власти Катара через свои фонды стараются диверсифицировать инвестиции, вкладываясь в несырьевые отрасли. Власти Катара планируют купить доли в семи европейских банках, пострадавших от долгового кризиса в ЕС. В последние годы Катар уже скупил ряд ценных европейских активов.

25 октября 2012 года bloomberg.com сообщила: «Катар скупает лакомые активы Bankia». В заметке говорилось: «Катар прощупывает почву, намереваясь стать крупнейшим акционером материнской компании British Airways и Iberia – International Airlines Group (IAG). Катар сможет сделать это, купив долю, принадлежащую проблемному испанскому банку Bankia. По данным The Financial Times, Катар сделал неформальный запрос IAG с вопросом о том, как авиакомпания отнесется к акционеру из страны Персидского залива. Доля Bankia в IAG в размере 12 % оценивается в 627 млн фунтов стерлингов. Один из источников сказал, что первоначальный запрос был сделан еще в прошлом году, добавив, что пока непонятно, какое катарское предприятие будет задействовано для покупки доли Bankia в IAG».

19 ноября 2012 года businessinsider.com уведомила, что «Катар станет совладельцем Deutsche Bank». По данным бизнес-портала, «Катар развернул кампанию по усилению влияния в мировом банковском секторе <…> и использует приобретение акций крупных банков по всему миру как форму закрепления партнерских отношений. Несколько недель назад Qatar Investment Authority скупил пакет акций Deutsche Bank примерно на 100 млн долларов. Всего объем портфеля Qatar Investment Authority составляет 10 млрд долларов. Сюда входят крупные западные банки, такие как Barclays, Credit Suisse и Deutsche Bank. Также Катар активно скупает активы в банках Бразилии, России и Китая».

Точно так же действуют другие богатые страны Персидского залива и Аравии, которые скупают перспективные активы по всему миру, где создается благоприятная почва. Самым лакомым объектом приложения их усилий и средств является Европа, где не только развит исламский банкинг, но и выпускаются исламские ценные бумаги – сукук (первую их эмиссию осуществили в 2014 году в Люксембурге и Великобритании). Растет также интерес к получению образования в сфере исламских финансов. Сейчас в Европе насчитывается 109 учебных заведений подобного профиля, две трети из них находится в Великобритании.

Все эти цифры и начатые сорок лет назад процессы свидетельствуют о том, что тенденция к расширению и диверсификации исламских финансов в Европе развивается и будет набирать обороты. Интерес к исламским финансовым продуктам растет, что создает новые возможности для их использования на европейских финансовых рынках в качестве дополнительных (или основных) источников инвестиций и кредитов. Но это лишь одна сторона медали. Куда важнее другое. Исламизация финансовой сферы Европы создает экономический базис для масштабной демографической и цивилизационной экспансии исламского мира (включая экстремистов и радикалов) на Европейский континент, что в конечном счете приведет к превращению Европы в Еврабию [153] в соответствии с замыслами закулисных мозговых центров, действующих на Ближнем Востоке и в других местах. Это регулируемый и направляемый процесс, а исламский финансовый базис создает для него режим наибольшего благоприятствования. Эта фатальная для немощно-благополучной Европы историческая метаморфоза происходит на наших глазах. И ее страшным симптомом является религиозно окрашенный терроризм, с каким Европа ранее не сталкивалась, хотя политический террор был одной из ее болезней.

Родиной современного политического террора является Российская империя, где во второй половине XIX века «борцы за народное счастье» объявили войну существующему общественно-политическому строю и власти, имея сочувствие и поддержку либеральных кругов российского общества, интеллигенции и правосудия. Сначала это были народовольцы, начавшие охоту на царя-освободителя народа от крепостного права Александра II и убившие его 1 марта 1881 года. Затем их сменили социалисты-революционеры (эсеры), объявившие революционную войну власти и убившие десятки ее представителей, включая членов царской фамилии. Массовый революционный террор не привел к свержению монархии в России и социальной революции, но он расшатывал устоявшиеся общественные устои, подрывал доверие народа к власти и поселял в обществе страх. В эпоху тоталитарных систем существовал массовый политический террор. Но после Второй мировой войны в СССР репрессии со стороны государства сошли на нет, а индивидуальный политический террор давно был подавлен. Зато он обосновался на Западе, имея двухцветную политическую окраску: правый террор и левый, причем обе его ипостаси получили широкое распространение в Европе, в самых развитых европейских странах. Одной из самых известных левацких террористических групп была орудовавшая в ФРГ «Фракция Красной Армии» (Rote Armee Fraktion, RAF). Вкратце ее история такова.

В Гамбурге 12 марта 1968 года полиция убила анархически настроенного студента Карла Кунтца, совершившего покушение на немецкого медиамагната Акселя Шпрингера. Известие об этом потрясло немецкую студенческую молодежь. Студентка из университета Западного Берлина Г. Энслин произнесла на митинге страстную речь. Она, в частности, заявила: «Это фашистское государство! Оно готово убить всех нас. Это поколение Освенцима! С ним можно говорить только языком насилия!» После этого Энслин и трое ее единомышленников (А. Баадер, А. Проль, Зейнлен) создали группу мстителей «фашистскому» немецкому государству и обществу. Первоначальным объектом своих атак они избрали «столицу немецкого капитала» Франкфурт-на-Майне.

2 апреля «мстители» заложили самодельные бомбы в одном из франкфуртских университетов. Около полуночи бомбы взорвались, вызвав сильный пожар, к счастью, не повлекший человеческих жертв. Потом они решили устроить крупную диверсию на одном из промышленных предприятий Франкфурта, но были арестованы полицией по доносу приятеля хозяйки квартиры, где они остановились. Через 10 дней состоялся суд, на котором лидер группы Баадер заявил, что их действия – это «акция протеста против войны США во Вьетнаме». Судей это не впечатлило, и всем «протестантам» дали по три года тюрьмы. В начале февраля 1969 года подсудимых временно освободили до заседания кассационного суда, назначенного на 25 февраля. Они сбежали во Францию, где решили создать «Фракцию Красной Армии» и начать вооруженную борьбу с «преступным фашистским режимом» ФРГ.

Мы не будем подробно останавливаться на деятельности «красноармейцев» – она описана в книгах и энциклопедиях и включала в себя ограбления банков, поджоги административных зданий, диверсии, индивидуальный террор, а лишь тезисно представим программу действий, изложенную в их программном документе – «Концепции городской герильи» [154] . Там было сказано, что «красноармейцы» хотят: 1) разрушить миф о всемогуществе и неуязвимости правящего в ФРГ политического режима; 2) методами террора заставить парламентский режим «проявить свое истинное нутро», разоблачить фашистов в администрации, армии и полиции, ибо эти «свиньи» неизбежно введут в стране военное положение; 3) пропагандой и насилием пробудить трудящихся к борьбе, вывести их из политической спячки: «бомбы против аппарата управления мы бросаем в сознание масс»; 4) превратить инициативное революционное ядро (то есть РАФ) в организованную и массовую Красную Армию, которая создаст в Германии и за ее пределами «глобальную революционную ситуацию», которая вызовет мировую революцию, сметущую капитализм.

Действовали они широко и дерзко. По данным МИД ФРГ, только в 1971 году активисты разросшейся РАФ совершили 555 разного рода террористических и диверсионных акций, награбили в банках около 2 млн марок! В мае 1972 года они взорвали бомбу в одном из зданий, занятых 5-м корпусом армии США, и начали устраивать взрывы у административных зданий, на «властных» стоянках автомашин, в газетных издательствах, а одну бомбу подложили в лимузин федерального судьи Мюллера, выписавшего ордер на их арест.