Чтение онлайн

— И что же там было? — ехидно поинтересовался старик.

— А ничего, — столь же ехидно ответил ему голос. — Ничего там у Дурака не было. То есть — именно то там было, чего в колпаке и сейчас навалом, а именно — НИЧЕГО. Поэтому мы с ним и едины — НИЧЕГО нас объединяет.

— …И зачем ты мне такой? — уже взаправду растерялся нестарый старик. — Что мне за польза от твоего «ничего»? Неужто поможет оно мне Дурака отыскать? Или хоть совет какой дать…

— Как же — держи карман шире, — снова захихикал голос. — Хотя кто знает… Глядишь, и поможет, если только подсказки его — мои то есть — понять сумеешь.

— Чего уж там — валяй, подсказывай, — уныло сказал Петя. Как-то совсем уж безрадостно ему стало от колпака этого болтливого.

Уселся он на кресло, у свечи одиноко стоящей, да совсем было слушать изготовился, как вдруг вспомнил мысли свои недавние. Встрепенулся старик, решил вначале порядок внутри себя навести. Взял он для этого безрадостность свою, окутал её вниманием и словно в себя пригласил войти — «да» ей для этого мысленно сказал, затем то же самое «да», но уже без слов внутренних, а только лишь ощущениями ей же послал. Затем ещё раз — но теперь представляя, как это «да» вибрирует смехом, словно струна, особую ноту согласия поющая.

…Полегчало Пете сразу, как-то заулыбалось внутренне. «А что, — подумал он, — это даже интересно — с колпаком дурацким дружбу водить, глядишь, и впрямь чему научишься».

Пока старик нестарый внутри себя упражнялся да порядок там наводил, колпак помалкивал, словно наблюдая за ним. А под конец даже хмыкнул одобрительно.

— Не случайный ты в сказке человек, — зазвучало у старика в голове, — а потому и спрос с тебя особый. Имей в виду, Петя, что с той минуты, как стал ты на путь к Дураку, все твои знания прежние гроша ломаного больше не стоят. Всё не так на пути этом будет. Здесь если ты точно знаешь, что искать, то никогда не найдёшь. Потому как невозможное это дело, Дурака точно знать…

— На этом пути, — продолжал голос, — ты всегда будешь находить не то, что ищешь, а то, что давно ищет тебя. Но вот поймёшь ли ценность находок таких? Жаль будет, если мимо пройдёшь…

— Для начала вот что ощутить попробуй, — продолжал голос, — путь этот не из событий внешних складывается, а лишь из состояний внутренних. Неважно, как он снаружи выглядит, важней, как он внутри ощущается. Вода в реке, Петя, всегда течёт прямо, как бы ни извивалось её русло. Таким и твой путь к Дураку быть должен. Будь текучим и стремительным снаружи, но тихим и ровным внутри.

— И имей в виду, — говорил ему голос, — каким бы плотным ни был туман, в котором ты блуждаешь, каждый раз он начинается не ближе, чем в шаге от тебя…

— Ну и что? — не понял старик.

— А то, что всегда будет возможность сделать этот шаг. Вот и делай его, только он один и важен…

— А потом?

— Потом ещё шаг и ещё… Никогда не беспокойся о шаге втором, проживи сполна первый. Дурак никогда не делает второго шага — каждый шаг для него первый, каждый миг у него — единственный, каждый вдох — неповторимый. А что за ними?.. Туман, непознан-ность, тайна… Тайна — это и есть место обитания Дурака. Непо-знанность — его суть. Туман — путь к нему…

Голос затих. Молчал и Петя, себя слушая и удивляясь слегка — всё ещё звучала в нём струна особая, несмолкаемая, на странную ноту «да» настроенная.

— …И не забывай, — сказал ему голос напоследок уже, — ты всего лишь в гостях у самого себя. Пора бы и домой, Петя, — Дурак давно уже ждёт тебя…

— Ничего не поделаешь, — сказал Кот. — Все мы здесь не в своём уме — и ты, и я.

— Откуда вы знаете, что я не в своём уме? — спросила Алиса.

— Конечно не в своём, — ответил Кот. — Иначе как биты здесь оказалась?

Льюис Кэрролл

Ну вот, уважаемые коллеги волшебники, мы с вами и подошли к тому рубежу, к тому пределу, за которым обращаться друг к другу возможно лишь как «коллеги Дураки», и никак иначе. Но не спешите делать это прямо сейчас — никогда не стоит поминать гордое имя Дурака всуе, эту честь ещё заслужить надо…

Именно этим мы и будем заниматься на протяжении всего третьего уровня, а именно — исследовать новое качество своего стремительного пробуждающегося сознания и выстраивать такие формы и способы существования, которые будут близки осознавшему себя Хозяину и играющему, смеющемуся Дураку.

«Освоение пространства Сказки» — надеемся вас не очень смутило подобное заглавие нового уровня школы? Скорее всего нет, ибо провести определённые аналогии и ощутить взаимоперетекающее единство между «пространством игры», «пространством смеха» и, наконец, «сказки» не так уж и сложно.

А вот осознать, что это именно вашу привычную обыденность и рядовую повседневность предлагается воспринять «пространством Сказки», ощутить себя автором Сказки и сделать её действительно Волшебной, — это уже совсем другое дело.

Но поверьте — вы к этому давно готовы. Вы всегда могли и знали много больше, чем вам пытались навязать и в чём старались уверить. И нет никакого сомнения, что от занятия к занятию вы всё более отчётливо будете осознавать это сами.

«Школа Дурака» — такой подзаголовок имеет наш третий уровень. Не слишком ли дерзко и вызывающе? Уж не эпатировать ли мы решили мирных сограждан таким названием, заодно и вас пытаясь втянуть в эту странную и непредсказуемую авантюру? Давайте во всём разберёмся не торопясь, ведь это важно — сохранять осознанность происходящего, пусть даже следуя непроторенной тропой Дурака.

Совершенно особое отношение к образу Дурака просматривается в наших традициях, в сказочном фольклоре, в самой основе нашего сознания. Нет ни его уничижения, ни злой насмешки над ним, нет к нему неприязни или осуждения. Напротив, есть потаённая, здоровая зависть к свободе и независимости Дурака, к его неизменной удачливости и оптимизму.

«Дураку море по колено», «Дураку закон не писан», «Бог даёт, а Дурак берёт», «Из Дурака и плач смехом лезет», «Дураку всё смех на уме», «Кто и в горе смеётся, тому всё удаётся», — чего больше в этих присказках: назидательного укора или восхищения перед «неуловимостью» Дурака проблемами и невзгодами? Мы понимаем, что скорее всего единого ответа не получится. Каждый увидит лишь то, что присуще именно ему, — «чем наполнен кувшин, то из него и выльется», — знакомо и не раз уже отслежено, не правда ли? Вот вы сейчас и определите направление своего дальнейшего пути. Ответьте, кто же вам милее — привычный и знакомый умник, богатый лишь чужим знанием, или непривычный и непредсказуемый Дурак, истинно мудрый не словами и мыслями, а особой внутренней убеждённостью и реальными поступками? Только не ошибитесь. А то спохватитесь, когда слишком поздно будет — ведь Дурак-то, он заразителен…

Ну, так кто же он — этот вечно смеющийся Дурак? Ни в грош не ставящий те ценности, за которые так цепляются обыватели, стремясь сохранить своё достоинство, свой статус, самих себя? Дураку плевать на почёт и славу, но именно о нём рассказывают сказки и слагают былины; он всегда рад малости и сыт сухариком, но почему-то именно у него оказывается изобильная скатерть-самобранка; богатство и деньги для него не имеют никакого значения, но вновь — лишь ему достаются все сокровища и, как правило, полцарства в придачу; он не стремится никем повелевать, но всегда вокруг него куча помощников, наперебой предлагающих свои услуги; все решения он принимает не по уму и расчёту, а по вдохновению и внутреннему порыву, и именно они оказываются единственно верными и приводящими к удаче.