Чтение онлайн

– Да, я просто хочу знать, сумеешь ли ты отыскать в нем какие-нибудь счастливые моменты. – Она смотрит на меня, одетая лишь в красно-черный бюстгальтер и в тон ему трусики. – Если нет – то и не надо мне его читать. Но если что-то найдешь, тогда я почитаю – хочу узнать что-нибудь о той радостной стороне ее жизни, которую я никогда не знала.

Я потираю заднюю часть шеи, испытывая нервозность из-за чтения чего-то настолько личного.

– Ладно, если ты этого хочешь.

– Да. – Она выпрямляет ноги и поднимается с черным платьем в руках. – Но только если ты сам этого желаешь.

Мне хочется отказаться, но ни за что так не поступлю. Только не после вчерашнего, когда она зашла в дом после разговора со своим отцом и объявила, что готова двигаться дальше и не собирается дочитывать дневник, желая оставить все в прошлом. Без понятия, с чего вдруг такие заявления, но я не буду ничего предпринимать, чтобы повлиять на ее решение.

– Наверное, почитаю немного. – Перекладываю дневник с колен на кровать, затем наклоняюсь вперед и хватаюсь за край короткого, обтягивающего платья, которое она собирается надеть. – Сразу же после того, как ты мне скажешь, куда ты, черт возьми, идешь в этом?

– Потусоваться с Лилой, – отвечает она. – А что? Что не так с платьем?

– Оно короче, чем большинство моих рубашек, – со звенящими в голосе ревностными нотками говорю я ей. – Твоя задница будет торчать.

Она выхватывает у меня платье.

– Не будет, – упирается она, наклоняясь и надевая его. – Кроме того, Лила велела надеть именно это платье.

Я поднимаюсь на ноги, пока она натягивает обтягивающую ткань и просовывает руки через тонкие лямки. Оно идеально облегает ее тело, но низ едва прикрывает бедра.

– Зачем? – спрашиваю я.

Она взлохмачивает пальцами волосы.

– Не знаю. Тебе придется спросить у нее. Она только сказала, что это сюрприз.

– О, я так и сделаю, – уверяю ее и затем выхожу из комнаты на поиски Лилы.

Ее я обнаруживаю на кухне вместе с Итаном, перед ними по всей столешнице и столу разбросан целый арсенал красных и черных свечей, таких же цветов лент и другой декоративной фигни, а также оберточной бумаги, ленточек и пакетов, полной рождественских подарочных бантов. Лила, Элла и моя мама потратили полдня на покупки. Элла вернулась домой усталая, но с сумкой, полной свадебных украшений, и, полагаю, с рождественскими подарками. Она никогда не была любительницей шопинга, и могу предположить, что это Лила и мама приложили руку к такому изобилию свадебных украшений и подарков, нежели Элла.

– У меня к тебе вопрос, – обращаюсь я к Лиле, отодвигая стул и присоединяясь к ним за столом. Она заставила Итана завязывать ленточки, и, хотя он не выглядит счастливым, продолжает этим заниматься, что забавно.

– Ни слова, – предупреждает Итан, делая бант из черной ленточки. – Я постоянно наблюдал, как ты делал всякие глупости ради Эллы, и не говорил ни слова.

Я верчу в руке свечу.

– Нет, ты говорил много слов, которые меня чертовски раздражали.

Он качает головой и бросает бант, глядя на Лилу.

– Можно уже с этим закончить? – Он сгибает пальцы, словно испытывает судорогу. – Я больше не чувствую кончиков пальцев.

Лила обрезает ножницами кончик красной ленточки.

– Ни за что. У нас еще около сотни. – Она откладывает ленту и ножницы. На ней темно-синее платье, усыпанное блестками. Оно не такое облегающее, как у Эллы, но такое же короткое, если не короче. – Так что ты хотел спросить, Миша? И если речь идет о твоем рождественском подарке от Эллы, я не собираюсь говорить тебе, что это.

– Дело не в подарке, – говорю я, качая головой. – О чем ты говоришь? Мы с Эллой не дарим друг другу подарков. – За исключением прошлого года, когда я подарил ей обручальное кольцо, но это совсем другое.

– Может быть, раньше так и было, – улыбается она. – Но в этом году она сделает тебе подарок.

Дерьмо. Значит ли это, что мне тоже надо ей что-нибудь подарить? И если да, то что? Я качаю головой. Так я отклоняюсь от темы. Отодвигаю свечу в сторону и складываю руки на столе.

– Я не об этом хотел тебя спросить. Хочу знать, куда, черт возьми, ты ведешь Эллу сегодня вечером.

Лила пожимает плечами и тянется за очередным рулоном ленты.

– Погулять.

– Куда? – спрашиваю я.

– Какое это имеет значение? – отвечает она, распутывая кусочек ленты на руке.

– Потому что она одета как шлюха, – резко говорю я, стремясь выбить ее из колеи.

Но она не обращает внимание на тон моих слов.

– Она не выглядит как шлюха. Она приоделась для прогулки.

– Так не одеваются для прогулок, – замечаю я и указываю на ее платье.

– Что плохого в моей одежде? – Она невинно хлопает ресницами. – Я всего лишь надела платье.

– В этом я соглашусь с Мишей, – вмешивается Итан, хрустя костяшками пальцев. – Мне совсем не нравится это платье.

В глазах Лилы пляшут веселые огоньки.

– Прошлой ночью оно тебе нравилось.

– Да, когда я был единственным, кто мог тебя в нем видеть, – произносит он, протягивая руку к груде лент, которые Лила распутала.

Лила усмехается, отодвигая стул от стола.

– О, вы двое и ваша ревность. – Она гладит Итана по голове. – Это так восхитительно. – Она встает позади него и целует его в макушку. – Пойду гляну, готова ли Элла, – певуче произносит она. Итан не спускает взгляда с ее задницы, когда она направляется к выходу и выкрикивает через плечо, – Миша, не стесняйся сделать что-нибудь полезное и начни завязывать банты.

Я таращусь на Итана.

– Она это серьезно?

Он перерезает красную ленточку.

– Да. – произносит Итан и бросает ножницы на стол. – Но это твоя вина.

– Почему, черт возьми?

– Потому что ты не смог просто сбежать в Вегас и тайно жениться.

Я протягиваю руку через стол и беру рулон ленты.

– Все это больше смахивает на твою свадьбу, чем мою.

Он кивает в знак согласия.

– Да, и все же ты прав. Нам не пришлось бы сидеть здесь, завязывать ленточки, как пара подкаблучников.

Я тереблю ленту, сдерживая смех.

– Ладно, что я должен делать?

Вздохнув, он показывает мне, как завязывать ленту, и следующие двадцать минут до прихода Эллы и Лилы мы сидим за столом и завязываем бантики. Элла останавливается в шаге от стола и скрещивает руки на груди. Ее волосы свободно струятся по плечам, глаза подведены черной подводкой, губы тронуты розовым блеском. В этом коротком платье и в туфлях на каблуках, ремешки которых опоясывают лодыжки, ее ноги выглядят едва ли не бесконечными.