Путь к счастью
Шрифт:
– Сходи на танцы, поучись танцевать. Только парные танцы, бальные.
На что я выпалила:
– Так там же мужчин нет!
Раздался такой грохот смеха, что я чуть не оглохла! Сидела вся красная, не понимала, что происходит. Было неприятно, что смеются надо мной. Потом, конечно, осенило, что ходить на бальные танцы нужно, чтобы мягче стать, женственнее, учиться доверять мужчине в танце, отдаваться ему. А то у меня всю жизнь как в фильме “В джазе только девушки”, когда Дафна танцует с миллионером, а он ей говорит: “Дафна, Вы опять ведете!” Вот так и я – всегда в отношениях с мужчиной играла ведущую роль, тащила его, воспитывала.
Дальше коснулись отношений с родителями. Красной линией по всей моей жизни тянется то, что я им должна: копать огород, сажать картошку, полоть грядки, собирать урожай, а потом этот самый урожай перерабатывать. И куда же без того самого пресловутого стакана воды! Должна, должна, должна… всем по жизни должна. Эта мысль сидит у меня в голове с того момента, как я начала читать книги Михаила Ефимовича Литвака».
У мамы есть коллега, дочка которой пошла учиться на факультет психологии в университет. И вот однажды эта мамина знакомая пожаловалась ей, что дочка ей выдала: «Мама, я тебе ничего не должна и любить тебя не обязана». Я так полагаю, что эта фраза была сказана после прочтения книги Эриха Фромма «Искусство любить». Видимо, поэтому моя мама была в панике, когда увидела у меня книги Литвака. Как же поступить? Успокаивать маму я не буду, но значит, опять услышу, что я эгоистка, что думаю только о себе, а никак не о своих престарелых родителях, о которых надо заботиться.
То и дело появлялось раздражение на маму и папу. Как от него избавляться, не понимала. Испытывала злость на родителей от осознания того, что меня неправильно воспитывали, что я выросла беспомощной, что в 40 лет я не знаю, кто я, кем бы мне хотелось быть, что не было возможности устроить свою личную жизнь, что у меня не клеились отношения с мужчинами, что у меня нет детей, что я чуть не спилась, и прочее, и прочее, и прочее.
«Кто же во всем этом безобразии виноват, скажите мне, пожалуйста? И кто научит, как жить дальше? Мама и папа? Они сами не знают, как им жить. Михаил Ефимович? Да он не будет мной заниматься, у него вот сколько учеников и клиентов! Неужели все делать самой? Вот так вот, брать и делать самой? Без помощников? А кто мне скажет, что мне делать? Куда двигаться? И как искать себя? Как понять, чего я хочу и в чем мое предназначение? Вот, товарищи избавители, родители, бабушки, дедушки и прародители, приехали!
Не отпускала меня мама от себя: я аж до 35 лет жила с родителями. Стыд и позор! Потом мама все-таки разрешила жить отдельно – может, я свою личную жизнь устрою, замуж выйду и внуков ей нарожаю. Да где там! Алкоголики – мой профиль. Другие не клевали. Видать, что-то со мной было не так».
Все эти мысли ураганом пронеслись в моей голове, пока разбирали мою ситуацию. В самом конце я, как будто через вату в ушах, услышала голос Михаила Ефимовича: «Надо пересмотреть свою ситуацию и сказать спасибо всем тем людям, которые тебя в жизни окружали, за то, что ты сейчас находишься здесь и меняешься, становясь счастливой».
12
августа 2010 года
«После семинара опять сплетничали с соседками о проводнике, Викторе, который нас в горы водил на экскурсию. Девчата говорили о том, что заметна наша с ним взаимная симпатия. Да, он понравился мне сразу. Метра два ростом, атлетического телосложения, одним словом, Геракл. Такой возьмет тебя на руки и как пушинку подкинет. Смотрю на него – и дух захватывает.
Одна из участниц заметила мое восхищение и тут же обесценила его:
– Да он от людей прячется, чего бы он сюда жить приехал? Пустой человек!
Я сначала согласилась, кивнула и даже произнесла:
– Не люблю болтунов!
А потом подумала: это почему же пустой? У него работа такая – туристов убалтывать. Он вовсе не пустой. Человек, который в горы ходит, не может быть пустым.
Почему я не смогла дать ей отпор, почему мне страшно высказать свое мнение о понравившемся мужчине? Почему я молчу и терплю, да еще и соглашаюсь с тем, с чем не согласна? Не люблю я себя за то, что прогибаюсь под мнение других. У меня сложилось ощущение, что она позавидовала нашей взаимной симпатии. Да, конечно, он не блещет познаниями в психологии и философии. А что, теперь отказываться от всех, кто психологически безграмотен? Если захочет, сам подтянется.
А меня к нему физически тянет, прям сил нет. Мозги перестают работать, когда он рядом со мной идет. Я с ним флиртую, тренируюсь, я забыла, как это делается. Он вызывает у меня сексуальный интерес, это правда. Да, и еще, что я заметила – он очень похож на моего бывшего. Точно! Такой же здоровый, сильный физически, Геракл, с красивыми руками и фигурой. Я стараюсь его догонять, если он вперед группы пошел. Это я-то, у которой ноги месяца полтора назад отнимались. Часто хочется остаться с ним наедине, и чтобы он руку мне свою большую подал, на которую можно опереться. На лицо он, конечно, не ахти. Лысой головы своей стесняется, а меня это привлекает – сексуально смотрится. Единственное, что нам поговорить часто бывает не о чем. Разные у нас уровни развития. Подумала, что если он со мной будет общаться, то подтянется в этом плане, дорастет. Опять я мужчину спасаю? Похоже, что так. Ну Эрих Фромм же пишет, что “любовь – это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви”. Вот я и проявляю заинтересованность. Значит, все правильно делаю.
Сегодня Виктор водил всю нашу группу в горы, на озеро, купаться. Я, как всегда, с ним, впереди. Основная группа – с Михаилом Ефимовичем, который, кстати, в 70 лет по горам лазит похлеще некоторых молодых. Виктор назначил меня своим заместителем – у меня аж дух захватило от важности. Я ответила, что хочу с ним в горы вдвоем, в связке.
От нас прикуривать можно, когда мы вместе. Это уже становится заметно окружающим. Моя соседка по номеру четко мне дает рекомендации: “Алена, тебе надо с ним замутить!” На что я ей ответила: “Нет, ну это несерьезно: он – здесь, я – там. Что же это за отношения получатся?”
Красота! Солнце, сверкающие блики ручьев слепят глаза, снежные верхушки гор важно взирают на нас, маленьких человечков, карабкающихся по крутому склону, желающих забраться на неприступные вершины. Зачем человек идет в горы? Хочет покорить природу, показать, что он – самое сильное творение Божие, и ему подвластно все? Загадка.
Мы карабкаемся по камням, поднимаясь все выше и выше, подавая друг другу руки, помогая.
Помню ситуацию, когда за мной шел Михаил Ефимович. Мы пробирались через кустарник. Я, пройдя вперед, отпустила ветку, которую придерживала, чтобы пройти, и она хлестнула по лицу идущего сзади Михаила Ефимовича. Поняв свою ошибку, я охнула, обернулась. В ответ услышала: “Иди вперед, но помни о других”.
После затяжного подъема мы, наконец, оказались у дивного горного озера. В августе в горах жарко, но раздеваться никак нельзя – сразу кожа сгорит на палящем солнце. Поэтому свежая прохлада, которую обещало изумрудное озеро, манила. Вода была градусов 10 тепла. Кто-то побежал прятаться в камнях, чтобы переодеть купальник, а кто-то прям так, нетерпеливо сбросив с себя одежду, с визгом и криками занырнул в озеро – в разные стороны полетели искрящиеся, обжигающие холодные брызги. Я купальник не взяла, поэтому могла позволить себе со стороны наблюдать за другими. Вдруг услышала оклик:
– А ты чего? – Михаил Ефимович обратился ко мне.
– Я без купальника, – ответила смущенно.
– И что? Тут почти одни врачи, которые много чего повидали в своей работе.
Мое желание окунуться возрастало. Но как я без купальника-то? Топлес? Да и понравившийся мужчина, Виктор, будет смотреть. Он и так с меня глаз не спускает. Скажет, что я для него разделась, чтобы себя показать. Ой, как неудобно-то! А как хочется занырнуть! Тем временем кто-то уже искупался и выходил на берег. В моей голове пронеслось: “Ведь сейчас одна плавать будешь, вот тогда точно все на тебя только и уставятся! Ты этого хочешь?” Быть одной на виду, да еще и топлес, было для меня гораздо страшнее, чем купаться в компании, пусть даже без купальника. Страх оказаться в более сложной ситуации из-за своей нерешительности заставил меня раздеться и быстро занырнуть в озеро! Кайф! Я это сделала! Какое блаженство.