Чтение онлайн

– Доброе утро, Катерина, – прощебетал очень бодрый женский голосок в трубке. Я быстро глянула на телефон – 6.30 утра. – Это Аделинда Беккер, помощница Тима Мартинеса. Он поручил мне напомнить вам, что через час за вами заедет машина. Сегодня у вас назначена встреча со стилистом.

– С-спасибо, – сонно пробормотала я.

Завершив вызов, откинулась на подушку, закрыла лицо руками и застонала. Все последние дни я и так ходила по стилистам, косметологам и визажистам, которые крутили меня в своих руках так и эдак, проводили различные процедуры – казалось, что добавлять что-то еще к уже проделанной работе просто бессмысленно. Я выглядела, будто только что вышла от визажиста, даже еще не умываясь. Но, оказывается, нет предела совершенству.

– Крошка, – услышала я хрипловатый после сна голос из-за стенки. – На ближайшие пять лет ты продала свою душу и тело самому дьяволу, поэтому привыкай исполнять приказы в любое время дня и ночи.

Мудак! Он еще и надсмехается надо мной. Сам-то чем лучше.

– Эй, парень, мы с тобой в одной лодке, так что не надо делать вид, что ты играешь только по своим правилам и никто тебе не указ.

Он ничего не ответил, но я уверена, если бы видела его лицо, оно бы пылало гневом. Удовлетворенная своей колкостью, быстро проскользнула в ванную, схватив из чемодана джинсы и футболку. Наспех приняла душ и переоделась. Надеюсь, в холодильнике достаточно еды, потому что желудок предательски заурчал, напомнив, что я не ела почти сутки. Собрав постельное белье, я спустилась вниз и стала искать кухню. Время было раннее, поэтому в доме повисла давящая тишина – все еще отсыпались после вчерашней вечеринки. Долго искать кухню не пришлось, она располагалась слева от лестницы и занимала такое внушительное пространство, что казалось, будто тут заодно снимают и кулинарное шоу. Два больших кухонных островка стояли прямо посреди просторной светлой комнаты, один черный, другой белый. Они выполняли сразу несколько функций – рабочей поверхности и обеденного стола. Поэтому с обеих сторон стояли высокие барные стулья. Хотя вряд ли здесь кто-то готовит самостоятельно. Окно в пол с белыми рамами заливало комнату мягким утренним светом, жалюзи цвета темного дерева практически полностью подняты. Рядом с окнами висело большое зеркало в темной раме. Никогда не видела зеркал в кухне, наверное, дизайнеры, работающие над интерьером, решили понапихать их в каждой комнате, ведь все эти поп-звезды очень самолюбивы. Улыбнувшись своим мыслям, прошла к самой дальней стене, где располагалась встроенная бытовая техника и двустворчатый холодильник. Заглянув внутрь, увидела, что он буквально ломится от еды – дверцы забиты бутылочками с различными соками, смузи и прочей модной хренью, которую я видела разве что по телевизору. В овощном отсеке свежие фрукты, на уровне глаз множество подписанных контейнеров. Я повертела их в руках и поняла, что питание жителей дома было так же тщательно распланировано, как и все их свободное время. Хотя о каком свободном времени я говорю? Было ли оно вообще у тех, кто «продал душу дьяволу»? Взяв апельсиновый сок, какой-то органический сыр и пару свежих томатов, я решила быстренько сделать себе горячие сэндвичи. Жевать сэндвичи в тишине было слишком тоскливо, поэтому я залезла в телефон и сама того не ожидая вбила в поисковую строку браузера имя Макса Ройса.

На экране мгновенно появились результаты, которые насчитывали сотни страниц. Вверху красовалась линейка с фотографиями. До этого я никогда не интересовалась его жизнью, считая такой серфинг уделом фанаток младшего школьного возраста. Я что, превратилась в одну из них? Отбросив эту неудобную мысль, уверила себя, что это так же естественного, как искать в Фейсбуке нового приятеля, с которым познакомилась на вечеринке в клубе. Ведь так оно и было, я же не виновата, что Макс Ройс чуть более известный новый знакомый. Открыла первую ссылку и передо мной предстала страница Википедии. С фотографии профиля на меня смотрели уже знакомые темные глаза. Казалось, что даже с монитора они могут прожечь во мне дыру. Поймала себя на мысли, что слишком долго разглядывала фото и млела, как маленькая дурочка. Катерина, остановись! Его внешность так же порочна, как и его характер, и тебе твердят об этом буквально все вокруг. Но я ведь и не рассчитывала ни на что. Уверена, вчера в клубе он лишь немного поиграл со мной, и то, с большой долей вероятности, чтобы позлить моего босса, потому что это и дураку понятно, что между ними пробежала черная кошка, так они смотрели друг на друга. Да, вроде бы соблюдали формальности, Тим меня представил, но это лишь показательные выступления для невольных зрителей, собравшихся в клубе. Взгляд вернулся к экрану мобильного. Так, что тут у нас… 26 лет, сын популярного когда-то рок-музыканта и простой официантки. Что это, сказочка для прессы? Почему так банально? Исключен из престижного университета за порочащее репутацию вуза поведение (не удивительно!), начинал свою карьеру в школьной группе, которая репетировала в гараже…Скролл вниз. Множество мимолетных романов с певицами и актрисами всех рангов плюс одна несостоявшаяся помолвка. Скролл вниз. Коллекционирует машины. Скролл вниз. Кто-то даже не поленился посчитать количество имеющихся у парня татуировок – 58. Такое количество вообще может поместиться на теле человека, пусть даже такого высокого и крепкого, как Макс. Боже, как скучно! Судя по этим данным, его биография состоит из самых заштампованных данных. Либо он и, правда, брал инструкции для жизни из биографий рок-звезд, либо ему нужно срочно уволить своего пиар-менеджера, который придумал всю эту чушь. Прокрутив страницу вниз, я с одобрением кивнула – трижды платиновый альбом и несколько престижных музыкальных премий, как начинающий артист. Даже сыграл в какой-то эпизодической роли в модном ситкоме.

Не успела я кликнуть на дополнительные ссылки внизу страницы, как экран телефона сменился на заставку входящего вызова – Аделинда Беккер.

– Кэт, водитель ждет тебя у ворот, выходи, – по-деловому отчеканила помощница Тима.

Внутренне даже немного расстроилась, что меня оторвали от увлекательного серфинга в сети. Быстро засунула тарелку в посудомоечную машину и, прихватив свою сумку, на ходу забросила туда телефон. На улице меня ждал неприметный черный Мерседес с тонированными стеклами. Я говорю неприметный, потому что я уже успела оценить автопарк жителей дома вчера в гараже. Забралась на заднее сидение и поздоровалась с водителем. Седовласый мужчина с усами-щеткой был в пиджаке и крепко сжимал руль руками в перчатках. На улице было очень тепло, поэтому я удивилась, зачем надевать перчатки в такую погоду. Не сказать, что на мужчине была надета какая-то униформа, поэтому носил он их явно по своей воле. Может, думает, что это соответствует его статусу. Заметив мой взгляд, водитель коротко кивнул мне в зеркало заднего вида и незаметно прибавил уровень громкости радиопередачи, давая понять, что разговор на этом обмене вежливостями закончен.

Наблюдая за монотонным городским пейзажем за окном, мои глаза медленно слипались от недостатка сна и плотного завтрака. Солнечные лучи приятно пригревали лицо. Зажмурилась и погрузилась в легкую дрему. Водитель вел машину очень аккуратно, поэтому я ощущала лишь мерное покачивание и тихое урчание двигателя. Мне показалось, что я закрыла глаза лишь на пару секунд и слышала все, что происходит вокруг, но вздрогнула от резкого обращения, которое прозвучало уже не на фоне радиопередачи, а в полнейшей тишине:

– Мисс, мы приехали.

Открыв глаза, увидела, что мы находимся на одной из центральных улиц, а прямо перед нами лаконичная вывеска салона – «Красивые люди». Раньше я и помыслить не могла, что осмелюсь войти в заведение такого класса. Да у меня на лбу написано, что мне не по карману находиться здесь! Быстро вытерла вспотевшие ладони о джинсы и открыла дверь машины, вдыхая плотный воздух мегаполиса. Панорамные окна салона были зеркальными, поэтому я могла видеть только свой испуганный взгляд. Толкнула стеклянную дверь. Напротив входа располагалась стойка ресепшена, за которой сидела симпатичная улыбчивая девушка, похожая на какую-то суетливую хорошенькую птичку. Она поднялась и поздоровалась со мной по имени:

– Доброе утро, Катерина Майер! Рады приветствовать Вас в нашем салоне! Ваш стилист Виторио Санторини уже с нетерпением ждет встречи с вами!

Каждая ее фраза была пропитана таким энтузиазмом, что я удивилась, как можно быть на такой позитивной ноте ранним утром. Причем, речь девушки звучала искренне, отчего я непроизвольно улыбнулась ей и поблагодарила. Девушка повела меня в отдельный зал. Нам на встречу вышел жизнерадостный итальянец средних лет, облаченный в черные брюки и рубашку с расстёгнутыми верхними пуговицами.

– Катерина, кара миа! – итальянец заключил меня в объятия, будто старую знакомую, и манерно расцеловал в обе щеки. – Какая ты маленькая и прелестная! Мне уже не терпится приступить к работе!

Он отодвинул меня от себя и покрутил, оценивающе разглядывая со всех сторон. Затем усадил в кресло и взял в руки длинную прядь моих волос.

– Шикарные! – восхищенно причмокнул Виторио, как будто только что ему подали лучшую карбонару в городе. – Но попрощайся с ними, кара миа, потому что сейчас мы будем делать из тебя дерзкую городскую девчонку.

Я удивленно открыла рот, собираясь что-нибудь возразить, но тут же закрыла его, не найдя подходящих слов. Да и что тут возразить? У меня не было права голоса, и это зафиксировано в подписанном контракте. Глядя на ослепительно красивых молодых людей на экране, я ни секунды не сомневалась над этим пунктом. Со всеми подопечными Тима работают профессионалы своего дела, поэтому я лишь улыбнулась итальянцу через зеркало и кивнула.

И все равно с ужасом наблюдала, как стилист кружил надо мной и ловко орудовал ножницами. Строго приказала себе смириться с неизбежным. А итальянец без умолку рассказывал забавные истории, которые случались с ним и его клиентами, болтал и болтал. Даже если я понимала, что мне нечего рассказать взамен, то не чувствовала неловкости в его компании. Постепенно я расслабилась. Он точно знает свою работу на все сто, и итог не сможет меня разочаровать, как при походе в местную парикмахерскую, куда ты приходишь и просишь подровнять тебе кончики, а выходишь с мальчишеской стрижкой и вселенским удивлением на лице, которое не покидает тебя на протяжении как минимум ближайшей недели.

Когда Виторио отложил инструмент в сторону, все выглядело совсем не так уж страшно. Хотя мои волосы еще утром касались сзади поясницы, сейчас они еле доставали до плеч. Потом он стал замешивать какие-то составы в мисочке, периодически поглядывая на меня, как бы примеряя краску на волосах. Закончив с приготовлениями, мужчина выверенными движениями колдовал. Я с интересом наблюдала за ним, пытаясь угадать, какой цвет должен получиться в результате. Он наносил штрихи то тут, то там, поэтому непонятно, какого эффекта он стремился достичь. Да и цвет на волосах был какой-то бордово-малиновый, отчего мне стало немного дурно. Конечно, я понимала, что таким в окончательном варианте он не будет, но искренне молилась, чтобы это был не рыжий, мне так нравились мои светлые волосы. Заметив выражения моего лица, Виторио громко засмеялся, закинув голову. Успокоившись, он картинно взмахнул кистью и произнес:

– Не волнуйся, кара миа! Я еще никогда не ошибался. Ты будешь выглядеть сногсшибательно!

Стоит сказать, когда он закончил, я действительно выглядела сногсшибательно. Мои волосы по-прежнему светлые, но теперь в удлиненном, чуть ассиметричном каре поблескивали пастельно-розовые пряди. Они не выступали на передний план, не выглядели подростково-кричаще, а мягко оттеняли натуральный оттенок. Глаза казались еще больше, а их цвет приобрел фиалковый отлив. Мой загар стал будто бы светлее и нежнее. Я развернулась к мастеру и в порыве чувств хотела броситься ему на шею, крича, как сильно мне нравится все, что я сейчас увидела в зеркале, но не решилась. Как-то неуместно столь яро проявлять свои чувства. Заметив эту заминку, Виторио сам распахнул объятия и сделал шаг вперед. Я прильнула к нему, повторяя как заведенная слова благодарности.