Чтение онлайн

— Его талант зазря растрачивается. — Начал объяснять Шимура. — Под командованием Намиказе он добился многих успехов, но мог бы добиться ещё большего, будь у него нужные полномочия и звание. Два невероятных гения, Намиказе и Хатаке, в одной команде, это бездумная трата сил и возможностей.

И вновь установилась тишина. Хирузен прикрыл глаза, раскуривая трубку и размышляя над словами Данзо. Ему все ещё казалось что старый друг что-то не договаривает, но… Одних лишь подозрений недостаточно, чтобы отбросить слова Шимуры, особенно когда все они были правдивыми. Сделай Сарутоби так, и он станет ничем не лучше тирана, подозревающего даже собственную тень.

— Хорошо. — Наконец, принял решение Хокаге. — Я согласен наградить Хатаке Какаши званием джонина за проявленные заслуги.

— Мудрое решение, Хокаге-сама. — Вновь исполнил Данзо поклон.

— Если на этом все, то можешь идти. Мне ещё нужно заполнить все необходимые бумаги, для присвоения звания. — Сказал Сарутоби, раскуривая трубку.

Шимура вновь поклонился, но в этот раз на прощание, и направился на выход. Стоило только ему покинуть кабинет, как легкая тень улыбки все же проявилась на его лице.

«Ты и вправду размяк, старый друг.» — Подумал Данзо, радуясь тому что получил все что хотел.

В ночном лесу Страны Травы было на удивление тихо. Обычно, такое время суток, лучше всего подходит для действий диверсантов Ивы, стремящихся пройти незаметно, мимо патрулей Конохи. Каждую ночь в лесу раздавались звуки боев, очередной группы диверсантов с очередным патрулем. В эту же ночь было подозрительно тихо.

Но подобная тишина не особо волновала человека, перемещающегося по верхним путям. Ночь, в добавок к тому что оставалась тихой, была так же и безлунной. Лишь силуэт бежавшего человека был виден в ночи. Казалось, темнота и вовсе не была ему помехой.

В один момент, из-за деревьев показалось странное строение, похожее на закопанный дом, от которого на поверхности осталась только крыша. Но строение не выглядело как заброшенное, а его единственный вход уходил под землю.

Не останавливаясь, силуэт прыгнул в сторону этого строения и забежал внутрь. А внутри был длинный тоннель, уходящий все глубже под землю. Света, даже от самого дрянного факела, в нем не было, но силуэт все равно без особых усилий ориентировался в тоннеле, что имел несколько разветвлений.

Добежав до цели, силуэт наконец-то остановился. Это была дверь, сквозь щели которой пробивался свет. Подняв руку, силуэт человека коротко постучал в дверь и принялся ждать ответа.

— Входи. — Послышался с той стороны двери чуть приглушенный и хриплый голос.

Последовав разрешению, силуэт быстро открыл дверь и вошел внутрь. Поначалу, свет из помещения ослепил вошедшего, но глазам не потребовалось много времени, чтобы привыкнуть. Теперь, когда силуэт человека был освещен, можно было различить его внешний вид. Фиолетовые волосы, оранжевые шорты, сетчатая майка.

— Я вернулась, Орочимару-сенсей. — Известила Анко о своем прибытии.

— С возвращением. — Поприветствовал Орочимару свою дорогую ученицу. — Ты выполнила мои поручения? — Не желая больше расщедриваться на сантименты, перешел он к делу.

Что сейчас происходит, и почему Орочимару находиться в таком непонятном месте? На самом деле, эти подземные тоннели, были лабораторией Змеиного Саннина. Он сам их проложил при помощи ниндзюцу стихии земли и обставил всем необходимым оборудованием. Орочимару создал свою лабораторию подальше от главного лагеря Конохи, к которому он был приписан. Руководство Конохи дало добро на подобные действия любимого ученика Хокаге. Не только потому что Змеиный Саннин не любил лагерную суету, но и потому что его эксперименты были совсем не этичными. Такое зрелище следовало скрывать от посторонних глаз.

— Я купила все травы из списка, что вы мне дали, Орочимару-сенсей. Я запечатала их в этом свитке. — Сказала Анко, доставая из подсумка указанный свиток. — И ещё… — Продолжила докладывать Митараши, чем привлекла внимание своего сенсея. — Как вы и предполагали, в Курашики засели изготовители шиноики. Это было трудно, но я смогла добыть его. — Вновь она полезла в подсумок, доставая небольшую баночку меда. — Образец шиноики.

— Хм-хм-хм. — Безмолвно посмеялся Орочимару. — Хорошая работа.

Стоило ему только произнести эти слова, как из рукавов Саннина вылезли две змеи и схватили протянутые свиток и банку меда. Поднеся оба предмета к лицу и уделив особое внимание меду, Орочимару осмотрел их а затем, широко раскрыв рот, проглотил.

— Вы даже не спросите меня, почему шиноики похож на мед? — Спросила Анко, удивленная отсутствием какой-либо реакцией со стороны сенсея.

— Мои змейки уже все разузнали. — Коротко объяснил Орочимару, не видя причин вдаваться в подробности. — Кто бы мог подумать что в клане Камизуру была девочка с уникальными хидзюцу и чакрой. Каких успехов она могла бы добиться в области создания ядов. Жаль что она умерла. — Проговорил он вслух свои сожаления.

«Такой интересный образец был потерян.» — И оставил невысказанными свои истинные мотивы.

— И правда, ей же всего десять лет было. — Согласилась Анко с Орочимару, не зная его мыслей и по-настоящему жалея девочку. — И зачем они её убили? Так сложно было сохранить ей жизнь? — Не смотря на колкую натуру и опыт войны, внутри Митараши оставалось место для сочувствия, даже не смотря на то, кто её сенсей.

— Этот мальчишка тот ещё варвар. Хотя что ещё ожидать от ребенка войны? — Продолжил сокрушаться Орочимару, но больше для вида. — И раз уж речь зашла об Акире-куне, то не расскажешь свои впечатления о нем? — Перевел он разговор в другое русло.

Помимо покупки трав и заполучения образца шиноики, Орочимару послал свою ученицу в Курашики чтобы та разузнала про Акиру. Никаких прямых указаний на этот счет он не давал, но мягко намекнул на это, апеллируя защитой Конохи. Ведь про Акиру мало что известно, он постоянно замаскирован и нахождение в лагере старается избегать. Узумаки был подозрительным и опасным человеком.

Разумеется, Орочимару было плевать на безопасность Конохи. Его интересовало что скрывалось под маской юного дарования, способного в таком малом возрасте убивать чуунинов, токубецу джонинов и, по непроверенным данным, даже джонинов. Такая сила не могла не завораживать.

— Он странный, большую часть времени тихий и не расстается со своей маской. — Начала Анко рассказывать о своих впечатлениях насчет Акиры. — Хотя, под конец недели он стал вести себя гораздо живее. Раньше от него было ощущение, словно я смотрю на живого мертвеца, а сейчас стал похож на обычного зажатого ребенка. Даже с командой Намиказе-сана он стал общаться гораздо лучше, как и с другими людьми.

«Хм-м-м? Надо же, его психическое состояние так сильно улучшилось всего за неделю? Хотя нет, возможно эти изменения уже давно назревали, но не находили выхода.» — Пытался Орочимару строить теории.