Чтение онлайн

— Если у вас были моменты отдыха, то почему вы ни разу к нам не присоединились? — Задал Акира интересующий его вопрос.

— Я хотел чтобы вы повеселились без моего присмотра. Я бы вам только мешался. — Высказал Намиказе, но на этом не закончил. — К тому же, моменты отдыха, были именно что моментами, передышкой, после которого приходилось вновь заниматься работой. Так что самым быстрым и доступным способом расслабиться, для меня было саке и тихая уютная комната, где бы я мог отдохнуть в покое.

— Ясно. — Кивнул Узумаки на названные причины.

— Кстати об отдыхе. — Вновь заговорил Минато и заинтересованно посмотрел на Акиру и Какаши. — Как вам фестиваль? Видел я как вы завалили наши номера всевозможными призами. Вы небось везде где только можно побывали на этом фестивале.

— Так и есть. — Ответил Акира. — Но мне уже становиться скучно. Хочется действий. — Признался он в своих ощущениях.

— Действий, да? — Повторил Намиказе. — Ты так рвешься вернуться на фронт? — Попал он в самую точку.

Слова блондина привлекли внимание беловолосого, и вместе они уставились на Акиру в ожидании ответа. Тот, в свою очередь, не знал что ответить, ведь от поднятой темы, в его голове закрутились противоречивые мысли. И в этот раз, они не были связаны с Камизуру Каэдэ.

— Наверное. — Неуверенно сказал Узумаки, в самом деле не зная, что ответить на этот вопрос.

— Неуверен? Ну, это тоже хорошо. — Сказал Намиказе, заслужив недоуменный взгляд красноволосого. — Если бы ты ответил что тебе отвратительно пребывание в Курашики, и хотелось бы побыстрее вернуться на фронт, то я бы запереживал о твоем состоянии. — Пояснил джонин свои мысли по этому поводу.

Поразмыслив немного над сутью сказанного, Акира пришел к выводу что Минато прав. По новому взглянув на свою жизнь, Узумаки смог понять, что почти год постоянной войны, в которой он увяз, мог очень плачевно для него закончиться. Если бы он продолжил воевать в одиночку, то смог бы он хоть когда-нибудь увидеть мирную жизнь? Или так бы и искал себе врагов до самой своей смерти?

Осознав что участь его была бы печальной, он испытывал благодарность команде Минато за то, что избавили его от одиночества, а также привели его в этот город, показав что мирная жизнь возможна. На самом деле он и раньше испытывал к ним благодарность и привязанность, но пытался отрицать эти чувства из-за сильной паранойи и недоверия. Сейчас же все было иначе.

— Спасибо вам. — Появился внутри Акиры порыв, поблагодарить Минато. — За все, спасибо.

— Ха-ха. — Коротко посмеялся Намиказе. — Всегда пожалуйста. — С радостной улыбкой, ответил он.

— Минато-сенсей, вы пришли! — Внезапно раздался чуть запыхавшийся голос Рин, что бежала к лавочке на которой и уселась троица шиноби.

— Минато-сенсей! — Кричал Обито, махая блондину рукой.

— Привет ребята. — Так же поприветствовал их Намиказе. — Интересные у вас маски. Они и Коомотэ. — Прокомментировал блондин их внешний вид.

У обоих маски, в данный момент, были сдвинуты вбок. Смотреть и дышать в них, во время танцев, было не очень приятно, хоть и возможно. Рин и Обито, после десяти минут подобного опыта, не могли не задаться вопросом — как Акира может на протяжении нескольких суток жить и сражаться, не снимая маски?

— Мне эта маска сразу приглянулась. Она очень красивая. — Ответила Нохара на комментарий сенсея, при этом пытаясь отдышаться.

Внутренне Учиха отрицал слова девушки о том, что эта маска хоть сколь-либо красивая. Но вслух он этого не произнес, боясь её обидеть или, что страшнее, поругаться с ней.

— А вы, я смотрю, веселитесь по полной? Не то что эти двое. — Подметил Намиказе довольные и запыхавшиеся лица учеников.

— Я звала их потанцевать, но они все время противились и отнекивались. — Нажаловалась Нохара, на поведение Узумаки и Хатаке.

— Да ладно тебе, Рин. Если они не хотели танцевать, то и незачем их заставлять. Нам и без них было весело. — Высказал свою позицию Учиха.

— Ты ведь просто хотел повеселиться вместе с Рин, не так ли? — Сделал предположение Минато, зная о чувствах Обито.

— Ну… это да… конечно хотел! — Вначале сконфужено, но затем более уверенно, признался черноволосый.

На слова Обито, Рин ответила лишь улыбкой. Но ничего конкретного за этой улыбкой не стояло. Обычная дружеская улыбка. Не более.

— Раз вы так хотели ещё потанцевать, то чего остановились? — Полетел в них вопрос от Какаши.

— Ты время видел? Скоро будут запускать фейерверки. — Сообщил Обито, указывая на циферблат больших часов, что стояли в парке.

— Тогда ждем. — Ответил Минато вместо Какаши.

Вскоре песни и танцы у сцены прекратились. Музыканты поспешили сообщить собравшимся, что скоро начнется шоу фейерверков. Люди начали искать хорошие места, чтобы насладиться этим зрелищем.

Команда Минато следила за этой суетой. В один момент, Обито, вертящий головой из стороны в сторону, заметил двух знакомых, забравшихся на толстую ветку одного дерева.

— Эй, смотрите! Это же Асума и Куренай! — Привлек он других членов команды своим выкриком.

— Анко ведь говорила что они собираются вдвоем смотреть на фейерверки. — Припомнила Рин слова подруги.

— Так эти двое встречаются? — Внезапно заинтересовался Минато романтическими отношениями двух подростков.

— Чувства они друг к другу явно испытывают, но даже за руки держаться стесняются. — Выпалила Нохара информацию по этим двум.

— Кажется, они сейчас преодолеют этот барьер. — Внезапно вмешался Какаши, заметивший как Асума и Куренай неуверенно начали сближаться для поцелуя.

ФЬЮ-У-У-У-у-у-у…

Внезапно, людской гул прервал резкий свистящий звук, удаляющийся в небо, чтобы затем…

БАМ!

На небе расцвели огни первого выпущенного фейерверка. Но уже затем целая каскада устремилась ввысь, где расцвела множеством разноцветных огней и искр, подающих с неба и быстро затухающих.

Какаши вновь перевел взгляд на Куренай и Асуму, лишь чтобы заметить, как те замерли в каких-то нескольких миллиметрах друг от друга, а затем и вовсе поспешили отдалиться, с покрасневшими щеками. От вида произошедшего, беловолосый внутренне усмехнулся.

А тем временем Акира наблюдал за происходящем в небе. Эта картина, во много раз превосходило все то что он мог себе представить. Если огонь в его представлении внушал трепет, то взрывающиеся в небе фейерверки вызывали детский восторг.