Чтение онлайн

А потом я замер с кирпичом в руках, просто остановился и посмотрел вокруг. Вот башня, которую мы строим, вот ровная крепкая кладка, вот раствор, застывающий в швах, и Основа, которая уже начинает по ним течь.

Это ли не счастье? Когда трудишься, создаешь что-то своими руками и умом, что-то осязаемое, прочное, что будет служить людям, что можно потрогать, оценить, видеть каждый день и наслаждаться тем, как стоит каждый ровно положенный кирпич. Это ведь и есть то, чего всю жизнь желал, созидать, и разрушать, когда надо освободить площадь для нового созидания.

Постоял так секунд десять, вернулся к работе и обратил внимание на лицевую стену. Там уже кто-то начал выкладывать зубцы, но не закончил и переключился на другой участок. Успели встать на четыре ряда, а сам я едва дошел до нижнего уровня стены, которая примерно чуть ниже пояса среднему человеку. Переключился на лицевую, подошел, присел и осмотрел кирпичный зубец поближе.

И сразу понял, что так оставлять нельзя. Материал есть, и если делать, то сразу качественно. Ладно стены, они выстоят и при не самой идеальной кладке, а вот зубец, за которым будут прятаться солдаты, должен стоять прочно и пропускать достаточно Основы от восстановителя на перемычке. Которую, к слову, тоже буквальн только что выжег на уже застывшем бетоне. Так вот, если зубец будет дрянной, получится, что перемычка работает впустую, а это расточительство, которое строитель себе позволить не имеет права.

Выглянул вниз, вроде никого. На площадке со мной все увлечены процессом, каждый занят своим участком, и до меня никому нет дела. Ну и ладно, дай-ка проверю кое-что, пока не смотрят.

Короткий взмах, резкий хлесткий импульс, и кулак врезался в кладку зубца. Крак! Раствор лопнул и кирпичи попросту разошлись, бери и снимай спокойно, даже очищать не надо, можно снова в работу пускать. И на это даже единички Основы не ушло, всего пара капель, может меньше! Разрушение работает чище с каждым разом, и усилий требует все меньше, стоит только правильно направить импульс в слабое место, а слабые места я теперь вижу без всякого напряжения.

Снял кирпичи, сложил аккуратной стопкой и собрался уже класть заново, когда за спиной раздалось натужное покашливание.

Хорг стоял сзади и чесал затылок, глядя куда-то за горизонт с таким задумчивым выражением, будто увидел там нечто крайне занимательное и никак не мог решить, стоит ли об этом сообщить. Правда похоже, что он руку для замаха занес, но вовремя увидел как я одним тычком разрушаю кладку…

– О, Хорг! – Не смог сдержать улыбки. Вроде бы только минуту назад слышал, как он орет на работяг где-то внизу, и вот уже тут, на третьем этаже, стоит и созерцает.

– Хорг, я же видел, ты ему подзатыльник хотел дать! – хохотнул кто-то из работяг за моей спиной. – Ну и чего репу чешешь?

– Я репу и хотел почесать! – нахмурился Хорг и повернулся к балагуру всем корпусом. – И вообще, иди кирпичи вон клади! Пацану за тобой, рукожопым, переделывать приходится!

Рыкнул он это с такой убедительностью, что бедолаге пришлось заткнуться и сделать вид, будто кладка на его участке требует немедленного и безраздельного внимания.

– Во-во, так бы сразу, – буркнул Хорг и вернулся к своему горизонту.

– А ты какими судьбами? – я положил кирпич на место и посмотрел на него. – Копать надоело, да? – сочувственно покачал головой. – Понимаю, мне бы тоже наскучило.

– Да не надоело, вон как идет работа, – он махнул рукой куда-то вдаль, и действительно, частокол возводился с поразительной скоростью, бревна вставали одно за другим, мужики работали слаженно, лопаты мелькали не переставая. – Староста приказал всем дармоедам на стройке с утра до ночи упахиваться, вот и упахиваем, только инструмента нет, – развел он руками. – А я… Шел просто мимо, снизу увидел кладку твою, – он замялся, поскреб подбородок и наконец посмотрел мне в глаза. – Вот, посмотреть поднялся.

– Ну и как тебе? – указал на свой участок, на тот, что после меня, а не тот, что после бракоделов.

– Да как бы… – он присел, посмотрел на свежую стену под одним углом, потом под другим, провел пальцем по шву и кивнул каким-то своим выводам. – Гм…

– Сойдет? – усмехнулся.

– Да тут даже не так… – протянул он, и в голосе мелькнуло что-то непривычное, что-то, чего я от Хорга слышал раза два за все время знакомства. – Тут как будто бы даже хоро…

Договорить он не успел, замер на полуслове и уставился куда-то вдаль. Я проследил за его взглядом, но не сразу понял, что именно он увидел. Потом заметил, что и остальные тоже постепенно отвлекаются от работы.

Один за другим мужики выпрямлялись, откладывали инструмент и поворачивались в одну сторону, и тишина быстро расползлась по стройке. Сначала замолкли те, кто стоял ближе к краю, потом тишина добралась до соседних участков, и через полминуты над башней не осталось ни единого звука.

Внизу тоже затихли, скрип телег прекратился, голоса оборвались, даже лопаты перестали стучать. Деревня замолчала вся разом, будто кто-то накрыл ее невидимым колпаком.

На одном из поваленных стволов, метрах в трехста за линией частокола, стоял здоровенный черный волк. Раза в полтора-два крупнее обычного, с широкой грудью и мощными лапами, и шерсть на нем лежала так плотно, что казалась цельной шкурой, натянутой на мышцы. Желтые глаза горели на черной морде ярко и отчетливо, видно было даже с башни, и в этих глазах не читалось ни страха, ни агрессии, только спокойное холодное внимание.

А у него на спине, выпрямившись во весь рост и чуть наклонив голову набок, сидел жил.

Неподвижная настороженная фигурка с копьем за спиной, и даже отсюда было видно, что это не просто наездник, а часть зверя, продолжение его тела, с которым волк составлял единое целое. Жил не держался за шерсть, не цеплялся, просто сидел, а волк стоял так уверенно и устойчиво, будто привык нести на себе эту ношу с рождения.

Несколько минут никто не шевелился. Ни мы наверху, ни люди внизу, ни жил на своем волке. Стояли и смотрели друг на друга через сотни метров пустого пространства, и я поймал себя на том, что даже дышать стараюсь тише.

Потом волк медленно развернулся, переступил лапами по бревну. Зверь спрыгнул с поваленного ствола, неторопливо пошел к лесу, и через несколько секунд обе фигуры растворились между поваленными деревьями, не оставив после себя ничего, кроме тишины.

Вот так минуту и стояли, глядя в сторону леса, но затем кто-то внизу выдохнул, кто-то переступил с ноги на ногу, кто-то негромко выругался, и деревня начала оживать.

– Рей, мы тут сами закончим, не переживай, – подошел ко мне какой-то работяга. – Займись лучше воротами, а?

– Да, надо воротами заняться… – согласился с ним.

– Ну а я пойду своих подгонять, – Хорг развернулся к лестнице и начал спускаться. – Триста человек, как-никак, а сраный частокол никак не докопаем.

Главное – не дергаться и не спешить. Да, сто раз уже повторял сам себе и всем вокруг, но не устану повторять, спешка в строительстве может только замедлить процесс и отдалить итоговый результат. Работать надо быстро, но внимательно, не мельтешить и четко следовать проекту.