Чтение онлайн

Куча брёвен таяла на глазах. Тобас вгрызался в работу с яростным упрямством, подстёгнутым собственным хвастовством, и каждый новый удар сопровождался коротким сосредоточенным выдохом. Пот лил с него ручьями, лицо побагровело, но останавливаться он не собирался, потому что отступить сейчас означало бы признать перед оборванцем, что великий практик выдохся.

В конце концов здоровенная куча поленьев железного дерева лежала аккуратно нарубленная, а Тобас сел на ближайший чурбак, тяжело опустил руки между коленей и через минуту завалился набок, прямо на траву. Глаза закрылись, дыхание выровнялось, и ещё через пару минут раздалось мерное сопение, парень уснул крепко и бесповоротно. Ну и пусть, заслужил, теперь уже по-настоящему заслужил.

Я посмотрел на результат его трудов и мысленно прикинул объём. Хватит не только на ближайший обжиг, но и на запас впрок, так что в ближайшие дни не придётся отвлекаться на заготовку топлива для угольной ямы. Всё-таки и от Тобаса бывает толк, если правильно направить его энергию в нужное русло.

Продолжил свою медитацию Основа опять потекла ровным теплым потоком, и мысли наконец-то перестали скакать по голове и биться о стенки черепной коробки. Верша получалась аккуратной, горловина вышла отлично, и я уже прикидывал, куда бы её поставить, когда тишину двора нарушили голоса.

Узнал голос Хорга, потом Гундара, а третий голос, негромкий и тяжёлый, слышишь не столько ушами, сколько загривком. Староста пожаловал собственной персоной.

Вскоре все трое спокойно зашли во двор как к себе домой и продолжили беседовать на ходу. Хорг что-то объяснял, жестикулируя своими лопатоподобными ладонями и время от времени тыча пальцем в сторону ворот, откуда они пришли.

Говорил о том, почему разобрали часть частокола и зачем убрали старые ворота, и в голосе его звучала непривычная терпеливость, словно объяснял прописные истины ребёнку, который никак не хочет их запоминать. Гундар шёл рядом и молчал, как ему и положено, а староста слушал, не перебивая, и лицо его не выражало ровным счётом ничего.

Но стоило им зайти во двор, как староста резко остановился. Взгляд его скользнул по горнам, по куче нарубленного железного дерева, по мне, а потом опустился на Тобаса, мирно сопящего на траве в позе, далёкой от трудового энтузиазма. Лицо старосты по-прежнему не выразило ничего особенного, но руки медленно сжались в кулаки, и этого оказалось достаточно, чтобы атмосфера во дворе изменилась так ощутимо, будто перед грозой.

– Так. Обсудим чуть позже, а я сейчас… – он двинулся в сторону сына, и походка его не оставляла сомнений, что пробуждение Тобасу предстоит не из приятных.

Но я встал и перегородил ему дорогу. Не то чтобы собирался защищать Тобаса от родительского гнева, у меня на этот счёт нет ни полномочий, ни желания. Но парень действительно отработал, и будить его пинком после такого было бы несправедливо.

– Не надо, – я поднял ладонь, и староста перевёл тяжёлый взгляд на меня.

– С чего бы это? Я приказал ему работать, а значит он должен работать.

– Он действительно вымотался, – я указал на кучу порубленного железного дерева. – За пару часов отпахал столько, что у меня бы это заняло два дня. Нарубил железного дерева, хватит даже запастись впрок.

Староста перевёл взгляд на разбросанные чурбаки, и в глубине его глаз мелькнуло что-то, отдалённо похожее на удивление, хотя с его лицом никогда нельзя быть уверенным.

– Гм… – он снова посмотрел на меня.

– Он говорил, что ему надо тренироваться, – продолжил я, следя за тем, чтобы голос звучал ровно и убедительно. – Вот я ему и предложил. Всё-таки такие деревья могут рубить только практики. Ну а нам, обычным людям, это куда сложнее…

– Ага, обычным, – староста медленно покачал головой, и по его тону мне показалось, что он не поверил ни единому моему слову. Ладно, не первый раз, переживу. – Да, знаю, железное дерево просто так не порубишь.

Он подошёл к одному из длинных поленьев, которое с трудом, но всё же влезло бы в угольную яму. Поднял с земли мой топор, подкинул в руке, поймал за рукоять. Прошло мгновение, не больше, и вместо одного полена на земле лежали два, с ровнейшим, зеркально гладким срезом, а староста уже возвращал мне топор. Ни замаха, ни усилия, ни напряжения, вообще ничего. Просто было одно полено, а стало два.

– И правда, железное, – кивнул он, будто проверял не собственную силу, а качество древесины. – Но пусть долго не спит. Рабочий день у него неограниченный, а работа явно идёт ему на пользу. Если железное дерево и правда так нужно, организуй его на добычу, это хорошая практика.

Я молча принял топор и постарался не выронить, хотя руки слегка дрожали, и не от усталости. Гундар стоял рядом с каменным лицом, как будто ничего необычного не произошло, а Хорг, кажется, даже не заметил, потому что разглядывал горны и загибал поочередно пальцы подсчитывая в уме что-то своё.

Сурик, впрочем, заметил. Стоял у горна с поленом в руке и хлопал глазами так часто, будто ему в них песку насыпали. Я поймал его взгляд и чуть заметно покачал головой, мол, молчи, потом обсудим. Сурик закрыл рот и отвернулся к топке, и правильно сделал.

А я всё ещё думал о том, что видел. Вернее, о том, чего не видел. Ни одной нити Основы, ни одного видимого потока. Тобас перед ударом пять минут собирал энергию, окутывал себя, концентрировал, и всё это было видно невооружённым глазом. А староста просто взял и рубанул, и древесина разошлась, как бумага. Разница между ними примерно как между бенгальским огоньком и молнией, только молния эта не оставляет следов и не предупреждает о себе заранее.

Хорг, оторвавшись наконец от пересчёта горнов или чего-то еще, я сам не понял, повернулся к старосте и заговорил совсем другим тоном, деловым и без лишних предисловий.

– Известняка привезли две телеги, а нужно десять, и это только для начала. – отчеканил он, – Ольду досок на опалубку не хватает, песка нет, людей тащить его тоже нет, а двое, которых выделили вчера, уже лежат пластом и даже лопату поднять не в состоянии.

Староста выслушал молча, не перебивая и не меняясь в лице. Потом перевёл взгляд на меня, и я прочитал в нём вопрос раньше, чем он прозвучал.

– Есть ещё что-нибудь, о чём мне следует знать?

Я помедлил ровно секунду. Все ключевые люди собрались в одном месте, настроение у старосты рабочее, не карательное, и если ловить момент, то прямо сейчас, потому что второго такого случая может не подвернуться до конца строительства.

– Трёх помощников недостаточно, – начал я ровным деловым тоном, без жалобных ноток. – Если угроза действительно серьёзная, а она серьёзная, раз уж Кральд лично приезжал, нужно выделять больше людей и средств. – кстати да, денег мне как-то пока не перепало и чувствую это как минимум несправедливым, – Достаточно большой горн я построю через неделю, но известь можно обжигать уже сейчас, в ямах, в чужих горнах, в деревне ведь есть ещё ремесленники, и у кого-то точно найдётся место для обжига. Дело-то нехитрое, главное температуру держать и вовремя закладку менять.