Чтение онлайн

— Это не краска, если что. Мутация.

— Да ну! — удивился я. — Круто.

— Повезло тебе с мутацией, — сказала Мэй, которая кроме меня ни с кем обычно и не разговаривала.

— Ага, могло третье ухо на лбу вырасти, — холодно бросила Тара. И Зоя показала ей язык.

Я осмотрел склон. Подозрительно тихо тут. Подошёл к краям и поглядел с обрыва. Красиво, блин. Все эти изгибы гор. Вроде и надежно стоишь на плато, а от смерти отделяет полшага.

Ветер рванул снизу, растрепав девчонкам волосы.

— Идём, — объявил я.

Немного отстал, пропуская спутниц вперёд, и когда они скрылись за поворотом тропы, сел, использовал Путеходец. Вытащил ножны. Для маскировки схватил с пола ещё обломанное древко и какой-то мятый наплечник. Открыл глаза. Быстро встал, примерился и со всей силы забросил всё наверх, на следующий виток тропы. Теперь они их первыми найдут.

Догнал девушек. Тропа стала поуже, и приходилось частенько взбираться с опорой на руки. Тара шла передо мной, так что мне открывались неплохие виды. Вроде и нет у них приседаний как базового упражнения, а так и не скажешь.

Справа потянулся отвесный склон.

Тут уже пошла каменная и совсем узкая дорога. В одном месте и вовсе был переход над пропастью вдоль скалы.

Мэй и Зои на нём было комфортно, а вот Тара бросила на меня тревожный взгляд. Спиной к стене ей задница мешала, а лицом к ней грудь.

— Надо было грифона очаровывать. Сейчас бы так не мучилась, — поддел я её.

— Пройти-то мне теперь как? — возмутилась она.

Я подошёл, и у самого сердце забилось. А эти две прошмыгнули и хоть бы фиг.

Я достал из рюкзака верёвку и перекинул её на ту сторону. Мэй поймала.

— Вдвоём натягивайте, сделаем нашей фигуристой спутнице перила.

Тара, осторожно ступая, начала переходить. Я следил за каждым шагом. Но натяжение было несильным, она лишь слегка опиралась на верёвку и прошла нормально.

Когда я перешёл, она всё еще стояла, опираясь руками на колени, и пыталась отдышаться.

— Спасибо, — проговорила она.

Мы пошли дальше.

Меня заинтересовали следы. Маленькая нога. Похоже на гоблинский след.

— Будьте осторожнее, — предупредил я. Тара обернулась. Я показал ей отпечаток.

Дамы двигались вперёд, а я взобрался на камень и внимательно изучал округу. Ничего похожего на тайные ходы горных гоблиноидов не было.

— Глядите! — неожиданно воскликнула Зоя.

— Зои, что там? — спросила отставшая Тара.

Я сделал вид, что насторожился.

— Возможно эт следы сражения, — задумчиво проговорила девушка.

Я догнал их. Нашему вниманию предстал натюрморт: ножны, древко и наплечник.

— Хм, — задумчиво протянул я и поднял ножны. Повертел, словно в первый раз видел, и вставил меч. — Ха!

— Древко возьмите. На хворост пойдёт, а наплечник как сувенир, — сказал я.

Я изобразил неловкость в движениях, отыгрывал неумение надевать ножны. Зоя и Мэй мне помогли.

До вершины оставалось немного.

— Поднажмём! — протянул я и пошёл вперёд, подавая пример. Уже скоро солнце за гору зайдёт и совсем ничего не видно будет.

— Всё. На месте, — объявил я. — Можете полюбоваться видами.

Я полез на самый пик почти треугольной формы. Забрался по огромным камням ещё метров на двенадцать. Отсюда открывался совершенно потрясающий вид на линию холмов и зубцы гор.

На одном из них было что-то непонятное, не то чьё-то жилище, не то какое-то существо. В сумерках уже не разобрать. С утра ещё посмотрю.

Достал рацию.

— Лиз ответь Анду. Лиз Анду.

— Лиза, — «взяла трубку» девушка.

— Мы на месте. Уже темно, спускаться не будем. На рассвете придём.

— Принято.

— Сейчас попробую отсюда с высоты связь половить.

Я вытянул антенну и запустил поиск. Что удивительно несколько раз ловил непонятные сигналы, какие-то зашифрованные коды из жутких помех. Выставил базовую частоту ретрансляторов, но ничего не нашёл. Зачем-то всё равно выслал сигнал о помощи.

Спустился.

— Ночуем тут, — объявил я. — Вон под тем камнем будем как под навесом. Все влезем. Утром ещё раз слажу и при свете дня осмотрю горы.

— А это не опасно? — спросила Тара.

— Не опасней, чем в темноте спускаться. Во сне хотя бы ноги не переломаешь.

Девушки разложили плед и рюкзаки под головы вместо подушек.

— Голодные? — спросил я.

— Есть такое, — призналась Зоя.

— Сейчас.

Я сходил и собрал хвост. Пересохшие, почти невесомы ветки редких кустарников, которые зачастую демонстрировали запредельную тягу к жизни, прорастая почти на голых камнях. Я, конечно, не Ликтор, но эти кусты уважал сильнее прочих горных жителей. Гоблины и гномы по сравнению с ними — огурцы тепличные.

Я развёл огонь и разогрел сухпай прямо в упаковке. Отдельно в железной кружке погрел чайкофский.

Девушки улеглись.

Я взял себе первую смену дежурства. Слушал, как меняется их дыхание, когда они засыпают. Только одна делали вид, что спит.

— Тара, — обратился я и угадал.

— Что? — тихо отозвалась она.

— Спи спокойно. Ничего не случится. Никто вас не потревожит.

Удивительно, но минут через пять она уснула. Хотя я уже приготовился вырубать его Заговорами.

Я слушал горы. Ветер стих и давал насладиться звуками. Хлопанье крыльев дракона разносилось особенно слышно. Есть у этих гор свой хозяин, значит.

Горы жили. Осыпалась земля и камни, вылезали из нор ночные зверьки. И кто-то тихо крался.

— Я тебя слышу, — проговорил я.

Из-за камня вышел седой гоблин. Один глаз был с бельмом. Зубов едва ли половина. Крючковатые пальцы с разбухшими суставами плохо слушались, но он кое-как жестами показал, что он стар и безобиден. Хотя это и так было видно.