Чтение онлайн

— Чего тебе надо, старик?

Не особо я ему доверял. Где один гоблин, там и целое племя. Хотя уж следы группы я бы заметил.

Он показал на небо и сложил руки крестом. Показал, что хочет пить.

Видимо, давно дождей не было, и его привычные места пересохли. Гоблин снял с плеча мешок на лямках и стал вытаскивать свои невеликие сокровища. Деревянный стакан, ржавая полоска ножа, полоски кожи, крысиные шкуры, наконечники стрел, причём очень разные.

— Наконечники все возьму, — я отложил семь самых функциональных на вид. Налил ему воды в стакан. — Не попадайся нам на глаза. Я тебя не трону, но остальные могут напугаться.

Продублировал сказанное жестами, и он вроде понял. Ушёл и ещё долго сидел за камнем. Всё же раздумывал, получится ли напасть.

— Я убью тебя, старик. Только косой взгляд бросишь, и ты покойник, — пообещал я. И тогда он всё же ушел.

Я разбудил на дежурство Мэй.

— Ну давай, ищущая, скажи, кто тут был.

Она встрепенулась. Сонливость отступила. Девушка не видела следов в темноте, но безошибочно замирала в тех местах, где стоял гоблин.

— Точно иномирец, — осторожно произнесла она. — Один. Но с ним что-то не так. Странное чувство. Возможно, он родился на земле, или полукровка с человеком. Слабый фон. Крайне слабый. Я бы предположила, что это кобольд, орк, гоблин или подземный эльф.

Я бросил ей наконечник. Она принюхалась.

— Гоблин!

Я удовлетворённо кивнул. Подвернулся удачный момент, выспросить её про секреты ищущих.

— Так что вы из себя представляете? — поинтересовался я.

— Вообще-то, в рамках противодействия любой агентурной деятельности вторженцев нам, в отличии от других, запрещено разглашать какие-либо подробности о себе.

— Да брось. Мы в жопе мира. Возможно, уже ночью меня убьёт старый гоблин, потому что кто-то из вас проспит смену. Как ты поняла, что ты ищущая?

— Ну, — она пожала плечами. — Я всегда чувствовала всякое. Непонятные тревоги перед Фазой, которые потом, лет в двенадцать сменились ночными припадками и дневными паническими атаками. Это ужасное чувство, кажется, что ты сейчас умрёшь, и совершенно не ясно, от чего.

Я кивнул, мол, продолжай.

— На первом же осмотре врач сказал, что мне нужно в даровый центр. Там специалист сходу определил, в чём дело, и мной занялись уже наши братья ищущие. Сначала нас учили различать магические частицы. Молекула Сахарова, ангельнул, мидароксы и прочие. У них у всех своё ощущение. Потом началось натаскивание на существ из разных фракций. Постоянно сличаешь ощущения. Должен держать в голове всю эту карту «астральных запахов» или магических слепков. В общем, довольно сложная дисциплина.

— Но она тебя поддаётся.

Мэй пожала плечами.

— Я бы сказала, что я середняк. Когда поступлю в академию, там уже будут детективные практики, разборы реальных дел. Мы будем «нюхать порталы». Как бы жестко это ни было. На таких вылазках, чтобы обучить ищущих, часто погибает много простых бойцов. И меня ждёт всё это, и многое-многое другое. А до того времени нужно выучить весь этот алфавит «ищущих». Понятно, что там будет всё глубиннее. Я надеюсь, что нам расскажут тайну всей этой системы. Почему происходит открытие порталов.

— Думаешь, это известно? — удивился я.

Девчонка пожала плечами.

— Расскажи о себе, — попросил я.

— Ну у меня три брата и… — она что-то вещала о первой, второй и третьей школе. А я не заметил, как отрубился.

Очнулся рывком. Солнце уже выходило из-за горы. Просрал! Отрубился и профукал ночь в Пути. Сейчас тогда спустимся и лягу спать. Уж мои законные четыре часа сна группа без меня продержится, никуда не денется.

Я растолкал девчонок, а сам размялся и полез на гору. Надо рассмотреть при свете, что там за пятно непонятное было.

Забрался на пик. Поднял бинокль. Так, вижу вон там какие-то ходы. На той горе вроде даже створки каменные. Полноценная дверь. Работа, вероятно, гномская. Надеюсь, хотя бы не гномы пустоты, а обычные.

Я опустил бинокль. Глядя на всё это безобразие, чувствуется, что все эти твари теперь хозяева земли. А мы заперты в городах, будто в какой-то резервации.

Вон то пятно. Серо-голубое какое-то, будто под цвет облаков. Снова припал к оптике и замер с открытым ртом. Это был аэростат. Да, спущенный, сдувшийся, но всё же. Под ним даже имелся подвес для пассажиров или аппаратуры. И вроде целый.

— Эй, кто-нибудь. Залезьте ко мне. Я должен убедиться, что мне не мерещится.

Чирлидерши сделали привычную для себя лесенку и говорили Мэй, куда ступать, чтобы она могла по ним подняться. Затем она полезла уже сама, и тут я подал ей руку.

— Вон туда смотри, — указала я, протягивая бинокль.

Девушка глянула и повернулась ко мне с расширившимися зрачками.

— Девчонки. Вам надо это видеть, — протянула она.

И все полезли. Пришлось потесниться.

— Скорее, бежим вниз. Надо всем рассказать! — затараторила Зоя.

Я вызвал лагерь по связи. Спросил, как там дела. Ещё раз попробовал поймать связь, но не вышло.

Мы спустились. Лагерь пробуждался от сонного оцепенения. Я пока не стал никому ничего сообщать. Дождался, когда все соберутся, и объявил:

— Мы нашли аэростат!

Все запереглядывались, загомонили.

— Это шанс, — сказал я. — Если даже не улететь на нём, то подняться вверх и гарантированно поймать устойчивую связь.