Чтение онлайн

Я ответил не сразу. Немного дольше обычного посмотрел на красивое лицо напротив, дальше на фигуру взбешенного Мороза за окном, и только потом заговорил:

– Диагностика аболютно верна. Я правда запал и так хочу эту девочку, что у меня плавятся не только яйца, но и мозги. И её беременность - результат роковой случайности... Браво, Милана! Ты во всём права, кроме одного. Я не собираюсь тебя трахать не потому, что у меня принципы. Я просто тебя не хочу. Совсем.

Лицо рыжей превратилось в застывшую маску, но мне было наплевать, поэтому я поднялся и направился к выходу. Однако уже у дверей, обернулся и ударил словами в последний раз:

– Еще раз попробуешь играть со мной в психоанализ и ставить диагнозы, пожалеешь. Уясни это раз и навсегда.

Подойдя к большому дому, остановился в попытке усмирить раздражение, и засунув руки в карманы, поднял глаза наверх. Небо было удивительно звездным сегодня. А может быть оно такое всегда, просто я никогда не замечал этого?

В холле было темно и тихо и, наверно, котенок уже давно спала, но я не мог не проверить, поэтому ноги сами понесли в нужном направлении. После её сегодняшней попытки сбежать, моя тревожность выросла в несколько раз, а после разговора с рыжей тем более.

Остановившись у двери, прислушался. Внутри была полная тишина. Наверно, нужно было идти к себе, но неведомая сила тянула меня в её спальню. Потихоньку открыв дверь, я, к своему собственному удивлению, наткнулся на полностью одетую Катю и остановился как вкопаный. Она была уже в верхней одежде и видимо вызвала такси, потому что телефон в её руках как раз в этот момент ожил.

Неконтролируемая злость стремительно начала подниматься к самому горлу. Как бы я не пытался отвлечь её или запудрить мозги, Катя всё равно будет пытаться сбежать.

– Куда ты собралась?
– прорычал я, изо всех сил пытаясь сдержать клокочущую ярость, рвущуюся изнутри.

– Между нами происходит что-то странное, поэтому мне лучше уехать. Твои друзья, да и все вокруг уже решили, что мы пара... Неловко их обманывать...
– она сделала маленький шажок назад и подняла на меня свои огромные серые глаза, как будто извинясь за все, что говорила.

– Между нами не происходит ничего странного. Все естественно, - шумно сглотнул и сделал большой шаг вперед, ближе к ней.

– Нет... Всё это неправильно...
– она снова отступила, и кажется совсем оробела, когда её накрыла внушительная тень, которую отбрасывала моя фигура.

– Котенок, ты устала, и тебе нужно отдохнуть, - это прозвучало скорее как угроза, чем попытка успокоить, поэтому, несмотря на то, что до неё оставалась всего пара шагов, я сделал только один.

– Мне нужно уехать. Твоё внимание... Оно смущает меня... И я скоро выйду замуж за другого, поэтому ты не должен трогать меня и целовать, - больше отступать было некуда, поэтому Катя уперлась спиной в стену и прикусила свою пухлую алую губу.

– Ты не выйдешь замуж за другого. Мой ребенок должен родиться в полной семье с родным отцом, поэтому я тебя не отпущу.

– Совсем?
– испуганно прошептала Катя.

– Совсем, - я приблизился максимально близко и стал медленно стягивать с неё пальто, которое упало на пол. Следом за ним полетела кофта... Не знаю, что на меня нашло, но очнулся я только тогда, когда услышал всхлип котенка, оставшегося в одном белье.

– Вы... ты мне не нравишься... Прекрати... Я люблю Максима, - хрипло прошептала она, обхватив себя руками и отвернувшись.

Именно в этот момент меня накрыло. Резко прижав её к стене, я смял пухлые губы агрессивным животным поцелуем, а затем вторгся языком внутрь. Это заявление о любви к другому мужику так взбесило, как будто она моя, а не его невеста. Впервые захотелось наказать, показать котенку, что я - здесь главный, и черта с два отпущу её хоть куда-то.

Первая пощечина была довольно звонкой, и заставила меня остановиться и даже отпустить её на мгновенье, а вот вторая только возбудила еще сильнее и сорвала последние предохранители.

Одним движением я сгреб котенка в охапку и впился губами в изгиб её шеи. Она царапалась, кусалась, отпихивала меня и всячески пыталась освободиться. Но ощущение близости хрупкого идеального тела и потрясающий сладкий аромат так туманили мозги, что я совсем не обращал внимания на протесты.

– Отпусти, - зашипела Катя и вцепилась коготками мне в плечо, после того, как я повалил её на кровать и навис сверху.

– Нет, - прохрипел я в ответ, и приподняв её растегнул бюстгальтер, а затем обнажил грудь.

От увиденного меня окончательно повело. Руки сами опустились на круглые упругие полушария, идеально помещающиеся в ладонях, а рот накрыл один из розовых сосков.

Все рецепторы обострились до предела, и я совсем ничего не соображал, бешенным усилием воли кое-как контролируя свою силу, чтобы не сделать ей больно.

Раздвинув ей ноги, подался вперед в наступательном движении, а потом, преодолевая сопротивление, провел пальцами по бесшовной ткани трусиков.

– Не смей!
– прошептала она, и сама противореча себе, выгнулась навстречу. Её тело спорило с разумом в то время, как мой давно оставил меня. Пальцы отодвинули её белье и прошлись по самому чувствительному месту, которое буквально утопало в вязкой, тягучей влаге.

Не в силах сопротивляться самой себе, она вскрикнула и ответила на мой животный поцелуй, а потом снова выгнулась навстречу движениям, выводящим круги между её бёдер.

Разумеется, мне хотелось её до дрожи и зубного скрипа, но именно сейчас, в эту минуту я получал чистый кайф от того, что делали с ней мои поцелуи и пальцы. Её сердце, ровно как и мое, со всей дури лупило по рёбрам, а ладошки, упирающиеся мне в грудь, почти прекратили борьбу. Больше не было слышно протестов или мольбы... Комнату наполнило наше хриплое дыхание и сдавленные стоны, которые я глушил поцелуями.

Когда Катя вскрикнула в последний раз и стала бешено сокращаться вокруг моих пальцев, я почти кончил в штаны. Впервые в жизни мне было так хорошо от простого петтинга. Собирая губами слезы на её щеках, я думал только о том, что, наконец, нашел идеально подходящую мне отзывчивую, горячую и крышесносную девочку.

Крепко прижав котенка к себе, я укрыл нас обоих одеялом и не дал ей подняться. Она посопротивлялась еще немного, но уже через пару минут дыхание Кати стало максимально ровным. Слишком уставшая, чтобы бороться дальше, она провалилась в глубокий сон.