Чтение онлайн

Понимаю. И мне очень жаль. Хотя… что мое сожаление может сделать для тех, кто ушел?

Я наверно сильно погорячился, когда думал, что Освейн штурмом взять очень сложно. Меньше чем за девять часов моего отсутствия деревня перестала существовать. На подходе мы заметили разваленный частокол, словно в него бились десятки таранов. Квинсий оказался прав, и эта правда далась мне нелегко.

Первые трупы начались за линией частокола. Это были дружинники, которые даже не вытащили своих ржавых мечей. Смерть застала их в тех позах, в которых они находились неся свою дурацкую службу. Сержант валялся в гамаке, привязанном между домом и деревом, два солдатика играли в кости и теперь их головы покоились на залитой кровью игральной доске. Смотровая вышка была полностью сожжена.

— Запах гари и мертвые тела, — пробормотала Кэрол, останавливаясь. — Чувствуются следы магии разрушения. Тут все в черных пятнах…

Я поверил магистру на слово, не став подключать внутреннее зрение. Силы нужно экономить. Хайкель был зажат в здоровой руке, но что-то подсказывало мне, что воспользоваться мне ним не удастся. Бой за Освейн окончился, и я в это время был занят битвой с собственным учителем. Как глупо. Их кровь пролилась потому, что я был небрежен, что ослушался приказа и решил поиграть в героя.

На улицах трупов было не слишком много. Почувствовав опасность, жители попрятались в дома. Оглядывая разрушенные строения, я сомневался смог ли кто-то выжить. Из разбитых окон и голых дверных проемов тянуло тяжелой аурой разрушения. Магия бьет без промаха, убежать от нее может только большой счастливчик.

На развилке мы с Кэрол пошли разными путями. Магистр зашагала к рыночной площади, а меня ноги сами по себе понесли к храму Создателя. Что-то подсказывало, что суеверные крестьяне изберут это место в качестве последней твердыни.

Я оказался прав. Храм был чуть ли не единственным строением в Освейне, которое выстроили из речного гранита. Высокие стены и разрисованные барельефами карнизы, длинные витражные окна с иконостасами и надписями на древнем, высокие ступени и четыре колоны у входа. А так же трупы на крыльце, лужи темно-красной крови, оторванные головы и клочья одежды вперемешку с внутренностями. Из приоткрытой дубовой двери веяло спекшейся мертвечиной.

Заходить ли внутрь? Сложный и неприятный вопрос, но выбора у меня нет.

Я не стану описывать, что увидел внутри. Это понятно и так, перед моими глазами предстала сама смерть. Люди, независимо от пола и возраста без движений лежали на полу, на скамьях и даже у алтарей. Мраморное изображение Создателя безучастно смотрело на картину бойни, протянув руки к павшим. Как символично…

В голове тихо звякнул колокольчик, причиняя дискомфорт и боль. Вызовот магистра игнорировать было нельзя, но связьпожирала львиную долю внутренней энергии, а у меня ее и так немного осталось. Ловцы редко общались дистанционно, ведь чем длиннее расстояние, тем больше и затраты. К тому же, друг другу мы можем передавать лишь образы, а это сродни общению посредством наскальной живописи.

«Внимательно».

«Площадь, — послышалось отдаленное эхо в голове. — Важно. Срочность».

Присутствие Кэролайн исчезло из моей головы, и на меня тут же накатила тошнота. Сделав пару глубоких вдохов, я успокоился и медленно попятился назад. Выйдя из храма, я вновь отдышался и поплелся в сторону местного рынка. Мой учитель не перестанет издеваться надо мной никогда. Что ей стоило просто крикнуть? Здесь же недалеко… и эта тишина… в ней любой шорох как удар молота о наковальню.

Магистр стояла ко мне спиной, когда я взбирался по отвесной дороге вверх. Ноги на ширине плеч, ветер развивает светлые волосы, прям дева-воительница на поле брани из тех глупых легенд, что возвеличивают Ловцов. Я открыл было рот, чтобы возмутиться необоснованным вызовом, но когда оказался рядом с Кэрол, передумал.

— Что скажешь? — спросила наставница. — Это то, о чем я думаю?

Ей повезло, что сейчас ее глаза ни хаоса не видят, подумалось мне. К горлу подкатил нехороший комок.

— Да, похоже на какой-то ритуал, — выдавил из себя я. Подключать внутреннее зрение сил не было. — Темных пятен много?

— Здесь все в матово-черном, — мрачно поведала она.

Рыночная площадь превратилась в жертвенник. Торговые столы были сметены в сторону, как и бочки с продовольствием и рыбой. В строгом геометрическом порядке в грунт были воткнуты длинные шесты, на которые с жуткой педантичностью кто-то нанизал человеческие головы. По центру лежало мертвое тело. В руке трупа была зажата кисть маляра, обильно выпачканная кровью. Неизвестный художник изобразил грубые линии и круги, в которых я угадал Пентаграмму Свободы.

— Кто-то пытался открыть Малые Врата, — подтвердила мою догадку Кэролайн.

На душе стало гадко, я поглядел на магистра, пытаясь понять, о чем она думает. В голове роились сотни догадок, одна другой безумнее. Липкий страх пополз по позвоночнику.

Ясно было только одно — все что случилось, не было случайностью.

Скрепя снастями и обшивкой, воздушное судно «Парящий змей» подошло к пристани, вздрогнуло и замерло. Матросы, суетящиеся на палубе, сбросили канаты рабочим, которые оперативно стали швартовать корабль. На пирсе присутствовал даже управляющий, который с перепоя едва разлепил веки, зато его пунцовая рожа была видна всем и служила своеобразным ориентиром.

Я стоял неподалеку, чувствуя себя очень неуверенно. Отчего-то я знал, на чью голову перевернут ведро с водой. Кэрол за последние три дня мне и слова не сказала, а это кое-что да значило. Козел отпущения найден…

С гулким ударом о причал ударился трап, по которому тут же стали сбегать вниз солдаты. Они размещались на платформе в строгом порядке, словно были на учениях.

Кэролайн находилась в нескольких шагах от меня. Мы оба усердно делали вид, что не знаем друг друга. Глаза у моей наставницы были завязаны белой шелковой лентой, из-за чего вид она имела слегка жутковатый. Как и следовало ожидать, повреждения, полученные нею в бою, оказались серьезными. Необходимо прямое вмешательство целителей, которых здесь, близ Освейна, попросту не найти.