Чтение онлайн

– У вас что-нибудь украли?
– вежливо по-английски спросил он.

– Что он спросил?
– теребит меня за плечо Таня.

– Он интересуется, не украли ли у нас чего-нибудь.

– Скажи ему, что у меня из чемодана украли 500 долларов.

– Откуда они у тебя?

– Мама мне перед отъездом дала.

Вот черт, а мне ничего не сказала и кроме того, тайком провезла. Вот вляпались бы на таможне, тогда было бы дело...

– Господин...., - обращаюсь а негру.

– Детектив Салли Мэшем.

– Господин Мэшем, госпожа жалуется, что у нее из чемодана взяли 500 долларов.

Он кивает головой, еще раз осматривает чемоданы и о чем-то опять беседует с администратором.

– Сколько вы здесь собираетесь прожить?
– спрашивает меня администратор

– Не знаю, может два дня, а может недели две.

– Если мы за это время не найдем вора, то возвратим мадам деньги.

Они уходят. Татьяна опрокидывается на кровать.

– Ну и денек.

– Ты от меня еще что-нибудь скрываешь?

– Нет.

– Таня, прошу тебя понять, мы сейчас, как на островке в океане. Пока держимся вместе, выживем, а сейчас нам скрывать что-нибудь друг от друга просто не стоит.

Она с удивлением смотрит на меня.

– Разве мы здесь остаемся?

– Конечно нет. Виза у нас на два месяца. К сентябрю мы должны быть дома.

– Два месяца счастья, а зачем же ты мне тогда говоришь про какое то выживание?

– Я просто, к своему ужасу, стал реалистом. Конечно мне этого не стоило делать, но я заглянул в бумаги твоего отца, те самые, которые мы должны передать Шаврину. Он через этого господина хочет перевести все свои капиталы сюда. Это первый звоночек, что у твоего папы не все в порядке.

– А как же... Не может быть. Там мама, семья... Ничего не понимаю.

– Надо ко всему быть готовым.

Ее передергивает.

– Какие ужасы ты говоришь. Папа всегда будет на плаву.

– Дай бог.

Но все же Татьяна задумывается и после длительного молчания говорит.

– Если ты так боишься краха, возьми из банка большую сумму и застрахуй себя.

– Может быть ты и права, мы так в дальнейшем и сделаем. Я даже сегодня через банкомат постараюсь выудить небольшую сумму долларов.

Утром меня будит телефонный звонок. Я с трудом встаю, подскакиваю к столику и хватаю трубку.

– Але...

– Николай, это вы?

Интересно, кто это еще?

– Я.

– Это Мэри. Помните меня, вы ко мне вчера заходили и говорили про господина Шаврина. Здравствуйте.

– Доброе утро.

– Николай, обстоятельства сложились так, что я не могу поехать через три дня в Бизерту. С моей мамой плохо и я отъезжаю сегодня. Если вы хотите, я могу вас взять с собой...

– Сегодня, это когда?

– Через два часа я смогу подъехать к гостинице. Вы кажется остановились в "Национале"?

– Да.

– Так согласны?

– Согласны.

– Ждите.

Трубка на том конце брошена. Я подбегаю к Таниной кровати. Она без одежды спит прямо на одеяле.

– Соня, вставай, мы сейчас уезжаем.

– М... м..., - мычит соня.

– За нами скоро приедет машина.

Она раскрывает глаза.

– Что за машина?

– Мэри любезно согласилась отвезти нас в Бизерту. Через два часа она будет здесь.

– Хорошо, сейчас встаю, - она замечает, что раздета и бесстыдно развалилась передо мной.
– Ты за мной подглядывал?

– Конечно.

Ее руки тянутся ко мне и вскоре наши губы соединились.

– Таня, нам надо спешить...

– Мы успеем.

Администратор вежливо кивает головой.

– Да, господин, я понимаю, вы уезжаете раньше срока.

– Поэтому номер нам бронировать не надо.

– Хорошо, администрация гостиницы очень обеспокоена кражей в вашем номере, приносит свои извинения и возвращает мадам денежную компенсацию за причиненный ей ущерб.

Он подает мне пакет.

– Спасибо. А вам известно, кто у нас побывал?

– Известно. Наша служба безопасности на высоте...

– И кто?

– К сожалению этого сказать не можем, дело уже передано в полицию.

В холле гостиницы появляется Мэри в темных очка и соломенной шляпе с огромными полями.

– Николай, Таня, вы готовы?

– Да.

– Выходите на улицу.

Я киваю администратору.

– До свидания.

Бойкий молодой араб в униформе, подхватил наши чемоданы и потащил на улицу. У входа стоит форд с открытым верхом. Пока Мэри укладывает чемоданы в багажник, Таня сразу забирается на первое сиденье, мне ничего не остается, как плюхнутся на заднее.

Воздух в Тунисе прогрет до сорока. Женщины на передних сидениях разделись чуть ли не совсем..., натянули шляпы и одели очки. Я же весь истекаю потом и мечтаю о любой забегаловке, где можно посидеть в тени и попить чего угодно, только холодного....

– Мэри, есть где-нибудь такое место, где можно охладится, - спрашиваю ее шляпу.

– Можно охлаждаться через каждые несколько километров, - чуть повернув голову громко говорит она.

– Что это значит?

– Это значит, что мы сейчас вырвемся на побережье моря, где всегда прохладней и есть вода.

– О чем это вы?
– вклинивается Таня.

– Она говорит, что мы выезжаем на побережье моря и наверно можем выкупаться.

– Ой как я хочу... Попроси ее тогда, где-нибудь остановиться.

– Хорошо. Мэри, Таня предлагает найти подходящее местечко и выкупаться.

– Ладно. Я знаю здесь одну бухточку, мы там отдохнем.

Машина въезжает в небольшой городок, где мы вынуждены очень медленно ехать из-за местных арабов презирающих дорожные знаки и вскоре перед нами показалась синь моря. Мэри уверенно сворачивает влево, проскакивает низенькие коттеджи и домики и мы оказываемся на пустынном шоссе, тянущимся вдоль побережья.

– А куда делись машины?
– спрашиваю я Мэри.

– Так жара. Кто в это время ездит? Кроме нас - никого. Вот рано утром или вечером, здесь самое оживленное место. Я бы тоже в такое время не поехала, но мама...

Через километров двадцать, мы действительно съезжаем с основной дороги и спускаемся к золотистому песку побережья. Мэри выключает двигатель и оглядывается.

– Вот здесь мы и выкупаемся.

Таня уже выскочила из машины и завизжала.

– Ой, да здесь такой горячий песок.