Чтение онлайн

Речи и быть не могло о том, чтобы принять его предложение. Оскорбление, нанесенное его насмешками, слишком сильно задело мое самолюбие. Я понял, что дело было в том, что меня причисляли к сословию "неопределившихся", имеющему более низкий статус и основным признаком которого было наличие обыкновенной человеческой головы. Меня успокаивало только то, что люди еще не знали, что я из другого времени и не поддаюсь принятой здесь классификации. Аппетит пропал, и ноги понесли меня назад в каюту. Мне надо было потрудиться над тем, чтобы доказать, что я на самом деле человек из Англии восемнадцатого века.

Вернуться назад оказалось проблемой. Все коридоры и двери выглядели одинаково. Я скорым шагом пробежался по ним, подергал ручки закрытых дверей, но так и не нашел свою каюту. Единожды, мне повстречались двое детишек с милыми щенячьими мордахами. Они выглядывали в открытую дверь, и смотрели на меня с любопытством, но тут же ее закрыли, когда я поравнялся с ними, чтобы спросить дорогу. Невероятно, но человеческое лицо здесь у всех было не в почете.

На счастье мне повстречался могучий матрос, с головой быка. Его фуражка отлично смотрелась между загнутых внутрь рогов. Он молча внял моей проблеме. Поведывая о ней, я напряженно ждал самой неожиданной реакции. Но человек-бык судя по внешнему виду, не был из тех людей, кто часто смеется.

– Медицинские каюты на уровень ниже. Спустишься на первой лестнице, повернешь направо и пройдешь до двери с номером "четыре".

– Спасибо.

Я поблагодарил и развернулся, чтобы продолжить путь. Мне донеслось в спину.

– В таком виде днем не вздумай появляться на публике.

– Спасибо, учту.
– Ответил я.

Кажется, ждать проявление уважения в свою сторону будет напрасным занятием.

Здоровье мое, как оказалось, было еще слабо. Прогулка по кораблю утомила меня. Едва я лег на неудобную и плоскую кровать, как сразу уснул.

– Да вы тут хозяйничали!

Меня разбудил знакомый голос. Доктор-осел скалился на меня лошадиной улыбкой.

– Я совсем забыл, что вам нужно будет сходить в туалет. Надо было подставить вам "утку". Жаль только за неопределившимися никто не выносит, кроме них самих. Я рад, что вы нашли сил сделать это самостоятельно.

Я сел и свесил ноги.

– Доктор, вы держите меня не совсем за того, кем я являюсь.
– Я постарался придать голосу максимум уверенности.

– Надо же, и кто вы у нас?
– В голосе доктора-осла чувствовалось недоверие.

– Я путешественник из восемнадцатого века. Корабль, на котором мы шли в Ост-Индию, разбило смерчем у самого побережья Африки. Я пришел в себя на борту вашего судна. Смею предположить, что эпоха, в которую вы живете отстоит от рождества Христова дальше, чем восемнадцатое столетие.

Я замер в ожидании. Меня легко было принять за сумасшедшего, особенно в моем времени, но я хотел верить, что прогресс открыл многие технические вопросы, в том числе и перемещения во времени. Доктор-осел пощупал мой лоб, оттянул нижнее веко и заглянул в глаз. Какая истина открылась ему, я не знал. Из моей врачебной практики таким приемом пользовались, чтобы установить некоторые болезни, указывающие на воспаление носоглотки. Моя носоглотка чувствовала себя прекрасно. Неожиданно подал голос желудок, напоминая про то, что в него пора было положить немного еды.

– О! Совсем забыл, вы голодны?
– Вспомнил доктор.

– Да, есть немного. Скажите, вы мне поверили?

– Знаете, для таких бесед вам нужен психолог. Я лечу физические болезни, а его специализация - духовные.

– Но я здоров. У меня ничего не болит, я в ясном уме. Я вижу проблему в том, что вы принимаете меня за кого-то из своего времени, но это не так, и я могу доказать. На судне есть историки?

– Скорее всего, но предварительно с вами побеседует психолог.

– Хорошо.
– Сдался я.
– Меня могут накормить?

– Ммм.
– Неуверенно протянул доктор-осел.
– В вашей одежде мы не нашли никаких банковских карточек, ни наличности. Этот вопрос надо согласовать с руководством компании, предоставляющей услуги питания. Или же вам надо связаться с вашим банком и попросить оплатить.

– Доктор, вы же на самом деле человек, я вам объясняю, что я из другой эпохи, у нас другие деньги и вряд ли у меня есть возможность связаться с моим банком, только если вы не держите почтовых голубей, умеющих летать из восемнадцатого века в ...

– Двадцать первый.
– Подсказал доктор.

– Вот именно.

– Вы хотите сказать, что у вас нет медицинской страховки? Лекарство и почасовая оплата недешево стоят на этом судне.

– Представьте себе, я даже не слышал о таком понятии, как медицинская страховка.

– Извините, мне надо поговорить с начальством.

Доктор-осел поспешно вышел, оставив меня наедине с невеселыми мыслями. Что если я остался здесь навсегда? Что если у не рожденного в это время нет никаких прав ни на что? Мне представилось, как я, теряя последние силы от голода, ползу среди толпы людей, и всем вроде понятно, что я умираю от голода, но вместо того, чтобы протянуть мне корочку хлеба, они спрашивают у меня медицинскую страховку и пожимают плечами, когда понимают, что у меня ее нет.

Желудок подводило еще сильнее. Любая мысль сводилась к тому, что я представлял перед собой большой кусок свежезажаренного стейка. Представлял, как мои зубы вгрызаются в горячее ароматное мясо. Мой рот наполнялся слюной.

В коридоре раздались шаги. Дверь отворилась, и в мою каюту вошли несколько человек. Уже знакомый доктор-осел, женщина в белом халате и с кошачьей мордой, и крепкий мужчина в синей униформе, подпоясанный ремнем. По выправке я принял его за военного. Он имел лошадиную морду. Все трое смотрели на меня.

– Вот, утверждает, что не имеет денег, не имеет страховки и даже счета в банке.
– Объяснил доктор-осел.

– Эти неопределившиеся ищут любой способ, чтобы не платить. Пора бы их вообще изолировать.

– Что вы такое говорите, а кто работать будет?
– Буркнул военный-конь.
– Установить этого самозванца будет несложно. Возьмите образцы его ДНК и вечером мы точно будем знать кто перед нами и сколько у него денег.

– Он налечился уже настолько, что ему все равно придется брать кредит.
– Произнес доктор-осел.

– Посмотрим.
– Грозно рявкнул конь.
– Делайте анализы, а я передам их в свой департамент.

Впервые в жизни я почувствовал себя не совсем человеком. Когда я был в мире великанов и жил в игрушечном домике, даже тогда я не чувствовал себя настолько незначительным. Никакой учтивости в голосе доктора-осла больше не было, а его напарница доктор-кошка вообще не скрывала своего презрения ко мне. Они взяли у меня кровь из пальца, отщипнули кусок кожи с руки, слизистой с губы и срезали клок волос. Не желая мне ничего объяснять, они покинули каюту.