Чтение онлайн

Иеро увидел, как с борта большого корабля спустили шлюпку. Значит, ареной для боя будет судно, пославшее вызов. Он оглядел неширокую палубу «Морской Девы» и матросов, очищавших ее от тюков с товаром. Не слишком много места для схватки четырех человек… Гимп продолжал гудеть над ухом.

— Мы ничего не теряем, Пер Дистин. Если нас прикончат, остальные превратятся в рабов. Но, по крайней мере, их не убьют и не съедят. Если победим мы, то возьмем их груз, потому что ни корабль, ни эта банда ублюдков мне не нужны…

Лучар помогла Иеро стащить кожаную куртку. Дочь короля воинственного народа, она старалась не падать духом, но священник чувствовал, как дрожат ладони, коснувшиеся его плеч. Он знал, что Лучар не переживет его ни на минуту. Брат Альдо повернулся к нему, кивнул головой и молча пожал руку. Лицо эливенера было хмурым и сосредоточенным; по-видимому, контроль за огромными птицами требовал непрерывных усилий.

Иеро задумчиво взвесил в руке свой короткий меч. Затем он повернулся к груде оружия на палубе и выбрал тяжелый квадратный щит, окованный по краям металлом. Он сунул за пояс кинжал и надел шлем; теперь он был готов к бою.

Гимп тоже сбросил тяжелую, стеснявшую движения куртку и снял башмаки. Он не взял щита, но вынес из своей каюты походивший на огромную саблю двуручный меч с немного изогнутым лезвием. Необычно длинные руки капитана играли мускулами. Разминаясь, он поднял меч, и лезвие несколько раз со свистом разрезало воздух. Его внешность больше не казалась забавной.

Шлюпка противников причалила к борту «Морской Девы». Сначала над перилами показался блестящий череп капитана пиратов, за ним последовал его соратник. Иеро внутренне содрогнулся: ему предстояло сражаться с лемутом неизвестной породы! На шее лемута висел защитный медальон Нечистого.

Это создание было ростом с человека. Нижнюю часть его тела прикрывал короткий передник; серого цвета кожа состояла из множества мельчайших чешуек. Оно не имело выступающих носа и ушей, только дыры в соответствующих местах. Мутные круглые глаза лемута, без ресниц, глубоко сидели под массивными надбровьями. В одной мощной, мускулистой руке он держал тяжелый боевой топор, в другой — круглый щит. Когда лемут поднялся на палубу, экипаж «Морской Девы» шарахнулся от него, как от прокаженного.

Лысый Рок был все еще одет в свой красный камзол, украшенный бесчисленным количеством брошек и подвесок, на его пальцах сверкали перстни с драгоценными камнями. Он держал в правой руке гибкий изогнутый меч с широкой гардой, а в левой — обоюдоострый кинжал.

Экипаж «Морской Девы» сосредоточился на корме и носу, чтобы не мешать сражавшимся. Их глаза мрачно горели, руки сжимали оружие.

— Мы будем биться на середине палубы, скелет, — сказал Гимп. — Ты и твой похожий на труп приятель становитесь там, — он махнул в сторону кормы, — мы же останемся здесь. Сходимся по моему сигналу. Если к полудню не кончим дело, можно будет устроить передышку. Годится?

— Это годилось бы для меня, кочерыжка. Но ты и этот дикарь с севера еще не встречались с глитами. Мне одолжили этого парня мои друзья — те, что живут на острове к северу отсюда. Ему не надо много времени, чтобы прикончить вас обоих.

Стоявший позади пиратского капитана монстр зарычал, показав полную желтых клыков пасть. Рок издевательски улыбался. Внезапно раздался спокойный голос метсианского священника:

— Я знаком с твоими друзьями, капитан Рок. Они — трупы среди живых людей. Могила ждет их всех, и эту глупую тварь, и тебя самого. Пройдет не больше часа, и ты убедишься в этом.

Лицо Рока побледнело. Пришедшее с ним ужасное существо, глит, несло неожиданную и неведомую опасность для путешественников. Но сам Иеро, северный воин, Киллмен — телепат, был такой же неведомой угрозой для своих противников. И, несмотря на амулет, висевший у него на груди и защищавший его, Рок был не совсем уверен в собственных силах. Однако он быстро овладел собой, и улыбка снова искривила его тонкие губы.

— Рад слышать твой голос, раскрашенное бревно. Сейчас мы добавим красного цвета к твоей татуировке.

Через минуту все было готово. На корабле воцарилось полное молчание, нарушаемое лишь свистом ветра в снастях и резкими криками чаек. Два гребца, доставивших Рока и лемута на борт «Морской Девы», вцепились в поручни, удерживая лодку на месте. Их глаза бегали по палубе, не то оценивая силы противников, не то подсчитывая будущую добычу.

Справа от Иеро раздался возглас Гимпа «пошли!», и они двинулись вперед. Противники начали медленно сходиться двое на двое. По расчетливой неторопливости их движений было ясно, что сейчас встретятся опытные воины — мастера, знающие свое дело.

Иеро шел на глита, не отрывая взгляда от его безобразного лица; справа сходились два капитана — длинный и короткий. Они встретились по разные стороны маленькой кабины, почти на самой середине корабля. Иеро услышал справа от себя лязг металла и тяжелое сопенье, но это не отвлекло его. Как всякий опытный боец, он наблюдал за глазами своего врага, чтобы уловить миг, когда тот перейдет в нападение.

Это были страшные глаза! Огромные пустые ямы, не имеющие дна! С каждым мгновением они становились больше. Еще больше! Глит был уже в нескольких футах, топор лежал на его плече, щит прикрывал грудь. Но Иеро видел лишь глаза — круглые, источавшие ненависть — казалось, они заслонили весь мир. Вдруг он услышал пронзительный женский крик. Лучар! Наваждение исчезло, глаза лемута сократились, и священник сразу очнулся. Еще мгновение — и было бы поздно. Иеро спасла скорость реакции — природный дар, усиленный годами тренировок. Его первый учитель воинского мастерства, старый сержант из Стражей Границы, всегда говорил: «Переходи в ближний бой, парень, — особенно, если противник сильнее тебя физически или фехтует лучше. Когда он будет в двух дюймах от тебя, то не станет делать пируэтов с мечом. Тут все решает скорость — и везение».

Топор со свистом рассек воздух. Он успел уклониться и, не пытаясь ударить в ответ, просто толкнул глита своим щитом. Ему пришлось опустить голову, чтобы не встречаться взглядом с монстром; он знал, что не должен видеть его глаз.

Гипноз! Никакой ментальный барьер не мог защитить от него! Эта тварь была поразительно умной и умелой. Если бы Лучар не крикнула, думал священник, он лежал бы сейчас с разрубленной головой.

Теперь он боролся с чешуйчатым монстром, сдерживая своим щитом нависший над ним топор. Его противник тоже использовал щит, чтобы блокировать удары меча. От глита исходил неприятный мускусный запах, его блестящая кожа была холодной как лед. Со свистом выдыхая зловонный воздух, он вертел головой, стараясь поймать взгляд Иеро. И он был силен, Боже, как он был силен!

Священник напряг мышцы и, толкнув глита щитом, быстро отскочил назад. Снова перед его лицом, рассекая сырой воздух, просвистел топор. Иеро окинул взглядом противника, стараясь не встречаться с ним глазами и внимательно наблюдая за движениями его рук. Затем священник передвинул щит так, чтобы полностью прикрыть тело и опустил вниз руку, в которой держал меч. Смутно он слышал лязг оружия по другую сторону кабины и рев Клоца, бушевавшего в своей загородке и рвавшегося на помощь хозяину.

Монстр пошел в атаку, высоко подняв топор. Теперь он был открыт для удара снизу. Многолетняя привычка ловить удобный момент по выражению глаз противника сейчас только мешала Иеро. Ему приходилось постоянно бороться с этим доведенным почти до автоматизма приемом.

Глит наступал. Его топор ринулся вниз, и Иеро тотчас отскочил назад, готовясь к резкому выпаду, когда оружие врага ударит о палубу. Могучая рука монстра выпрямилась, и сверкающее лезвие топора пронеслось около колен Иеро. Почти инстинктивно он подпрыгнул в воздух, но лемут успел сильно толкнуть его щитом, отбросив к бизань-мачте. С отвратительным хриплым воем монстр ринулся вперед, снова поднимая топор. Он уже торжествовал победу, надвигаясь на скорчившегося у мачты человека.

Этого момента ждал Иеро. Распрямившись подобно стальной пружине, он швырнул свой щит, как метательный снаряд, над самой палубой. Окованный медью край тяжелого щита ударил по мускулистым ногам монстра. Он рухнул ничком на палубу, выбросив вперед руки; его безносое лицо с глухим стуком ударилось о дерево настила. Когда глит попытался подняться, тяжелый короткий меч вошел в его чешуйчатый череп. Хлынул поток крови, и мерзкий слуга Нечистого перестал существовать.