Чтение онлайн

— Чего ты там встала? Хочешь, чтобы тебя шантаки утащили?

— Они же безобидные!

— Это не значит, что они не могут тебя украсть.

Ифе достала из печи большой металлический поднос с тонким золотистым пирогом. Безумно аппетитный запах еще сильнее раззадорил чувства. Сделав шаг внутрь, я закрыла за собой дверь, заметив, как теплый свет кухонной лампы разливается по комнате, очерчивая плотные плетеные ковры под ногами, уютную старую тахту у окна, яркие тяжелые кадки с цветами по углам. Всё выглядело так близко, так знакомо, что я невольно опустила взгляд в пол, проверяя, не найдется ли там маленький глиняный уборщик.

Отрезав несколько кусочков тиропиты, Ифе положила их на две тарелки, отдав одну из них мне. Из-под неровного слоеного теста выглядывали края сыра и творога с зеленью. Будто во сне я подняла один из ломтиков и попробовала, ощутив во рту привычный когда-то соленый вкус.

Стыдно признаться, но пирог оказался точно таким же, как в моём сне у матери.

Немыслимо, такого просто быть не могло.

— Идем на второй этаж, я покажу тебе спальню, оттуда же можно увидеть акрополь.

— Акрополь?

— Ой, ты ж не знаешь, что это. Ну в общем увидишь, там тоже один из главных храмов.

Прислушавшись к чему-то на улице, Ифе довольно улыбнулась и, поймав мою руку, потянула к лестнице на второй этаж. Гладкие, начищенные ступеньки едва не вывернулись из-под ног, я чудом удержала тарелку в ладони, но снедаемая любопытством спешила за подругой, прошмыгнув за ней в комнату, где согласно моим снам жил дедушка. Сейчас его место у окна пустовало, хотя рядом даже нашелся стул. Не такой, как в моём прошлом, странное влияниеиныхисказило мебель, но даже причудливые резные рисунки на спинке не могли меня разубедить в том, что это место, этот дом и даже район, создавались человеком (человеком ли?), явно знавшим мою родину.

— Глянь! Идут, уже идут!

Ифе помогла мне сесть на подоконник, огороженный по краю длинным подвесным кашпо, лианы неизвестного мне растения спускались вниз, к улице, по которой неожиданно разнесся гул далекого колокола. Далеко внизу, за уходящей к скалам тропой, мне показались колонны неведомого храма, а из него, будто неведомое наводнение, стекал туман, медленно, но неукротимо поднимавшийся к центру города.

— Ифе, что это?

— Акрополь и его жители.

Подруга облокотилась рядом со мной и довольно улыбнулась, глядя куда-то вниз, словно там ей встретился знакомец. Вытянув шею, я проследила за ее взором и отметила какое-то шевеление среди фруктовых деревьев, туман, поднимавшийся из темного неосвещенного храма, будто просочился сквозь землю к нам, тонкими струйками, витиеватыми пальцами выбираясь на поверхность.

— Ифе…

— Не бойся, главное не упади.

За считанные минуты диковинная мгла преодолела половину расстояния до нашего дома, и только тогда, значительно запоздав, я смогла рассмотреть ее среди набравшей силу темноты, что опустилась на город сразу после заката. Множественные улочки едва были освещены, бледные огни горели только на самых больших из них, но и то скорее служа чуть намеченным ориентиром, нежели реальной помощью странникам. Туман, затопивший все дороги, можно было разглядеть только благодаря его странному, едва заметному сиянию, словно отражавшему редкие огни Бахарны.

В витиеватых завитках невесомого дыма постепенно проступали понятные моему глазу черты, и картина, открывшаяся мне, вдруг показалась жуткой, поистине ужасающей, но чудовищно знакомой. Мгла несла в себе огромное множество лиц, спокойных и веселых, грустных и радостных, выражающих тоску или смирение в зависимости от настроения. Передо мной в безумном туманном море предстали мертвецы, уверенные в собственном существовании и вышедшие так обыкновенно, будто это было частным явлением.

Стоило им подойти ближе, как я внутренне обмерла, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Казалось, в моей жизни не будет ничего страшнее поездки через Ведьмин дол или серую эльфийскую Эсту, но Бахарна смогла это с лихвой превзойти.

Мертвые, всюду мертвые, их не счесть, не объять разумом, и они среди живых гордо шествуют по городу, будто остальные были лишь временными гостями своих домов и улиц.

— Но как же…

— Ночные жители Ориаба. Стоит солнцу уйти, как начинается их время.

— Я не понимаю…

Рискованно свесившись вниз, я во все глаза уставилась на проходящие мимо белесые силуэты. Они действительно вели себя так, словно начался их привычный распорядок дня. Часть фигур разошлась по домам, часть продолжили путь наверх, но не к дворцу царицы, а по тропам к террасам, заполненным кустарниками кофе.

— Что они там делают?

— Работают конечно, Ориаб всегда следит за своим урожаем и днем, и ночью. В каждой семье есть хотя бы один работающий мертвец, помогающий живым по хозяйству или трудящийся в полях.

— И у тебя тоже?

Насмешливо цокнув языком, девушка покачала головой и показала рукой вниз. Среди апельсиновых деревьев, там, где я несколько минут назад видела лишь мелкие лепестки тумана, уже стоял силуэт высокого юноши в свободных одеждах, его лицо было безумно похожим на Ифе.

Вид мертвецов, бредущих по пыльным улочкам ночной Бахарны, напугал меня настолько, что до полуночи не получилось сомкнуть глаз. Мне не слышны были их шаги, белесые тени не говорили меж собой, но одно осознание их присутствия рядом, под окнами, безумно нервировало, заставляя раз за разом проверять, закрыты ли ставни и нет ли кого-то прямо в моей комнате.

Впервые я пожалела, что не осталась на корабле, там было бы сравнительно проще отдохнуть среди уже привычного скрипа канатов, шума моря и тихих переговоров команды.

— Мундус.

Не можешь уснуть?

— Не могу. Скажи, почему здесь всё так похоже на мою родину? Это так жутко, странно и волнительно одновременно.

Возможно, кто-то нарочно поддерживает здесь такой порядок.

— Наверное, я бы хотела получше узнать этого человека.

Закрыв глаза я досчитала до десяти. Обычно этого хватало, чтобы заснуть, и мимолетный разговор с божеством придал мне немного уверенности, несмотря на то, что помочь он мне никак не мог.

Покрывало из плотного окрашенного хлопка приятно обнимало плечи, на нем геометричными узорами двигались в танце разные звери. Вкусно пахло апельсинами, чуть-чуть сушеными травами и чем-то еще, что я не могла определить, сладко и очень похоже на шоколад. Отгородившись от мира извне, я медленно выдохнула, расслабилась и сделала глубокий вдох. Столько всего случилось за день, немудрено было устать настолько, что даже для засыпания не хватало сил. Деми, свернувшись на постели черным котом, тихонько муркнул, а я наконец провалилась в блаженный сон.