Чтение онлайн

— Всё в порядке? — спросила Бекки.

— Да! — пискнула я, поспешно поднимая телефон.

— От кого сообщение?

Но я её уже не слушала.

Это был первый раз, когда я услышала что-то от Питера с тех пор, как уехала из Индианы. Я десятки раз почти писала ему с тех пор, но каждый раз в последний момент останавливалась.

Что бы я вообще ему сказала? Что тут можно сказать? Но, похоже, ему было что сказать мне. Моё сердце забилось быстрее, а в голове началась настоящая борьба. Та часть меня, которая обычно принимает правильные решения, знала, что отвечать не стоит.

Но мне хотелось. Поэтому я ответила.

ЗЕЛЬДА: Что именно?

Не совсем то, что я представляла себе, когда в те ночи почти писала ему. Но если он собирался прислать мне фото своего члена, нужно было сразу пресечь эту ошибку.

ПИТЕР: Это фотография.

Чёрт.

Он ведь не… Он же не…

ЗЕЛЬДА: Фотография чего именно?

ПИТЕР: Фотография шляпы.

Значит, не дикпик.

ЗЕЛЬДА: Фотография чего?

Просто очень странная вещь — отправлять такое человеку, с которым ты не разговаривал неделями и которому разбил сердце.

ЗЕЛЬДА: Несколько недель тишины, и первое, что ты хочешь отправить — фотографию шляпы?

Я ещё целую минуту смотрела на телефон после того, как отправила сообщение. Ответа не было. Что, впрочем, неудивительно, учитывая мой тон.

Через несколько минут ожидания я снова обратила внимание на сериал, который всё ещё смотрели мои подруги. Главный герой только что принёс героине букет цветов, и их откровенный флирт глазами был великолепен. Обычно такие сцены — моя слабость, но сосредоточиться на них было невозможно.

Не слишком ли я была с ним резка?

Как раз когда я собиралась написать и извиниться, телефон снова завибрировал.

ПИТЕР: Я думал, ты не хочешь ничего от меня слышать.

ПИТЕР: Поэтому держался подальше.

Учитывая, как закончился наш последний разговор… что ж, справедливо.

ПИТЕР: Но мне нужен совет.

ЗЕЛЬДА: Насчёт шляпы?

ПИТЕР: Насчёт шляпы.

ЗЕЛЬДА: Насчёт шляпы?

— Зельда, можно ещё попкорна? — Бекки подняла большую миску, из которой мы весь вечер ели. — Всё закончилось.

Я едва её услышала.

— Конечно, — рассеянно ответила я.

Ему нужен совет по поводу шляпы? Что вообще происходит?

Самым разумным было бы проигнорировать сообщение Питера, заблокировать его номер и вернуться к просмотру сериала. Но мне этого не хотелось. Вдруг выяснить, о чём он говорит, стало куда важнее всего остального. К сожалению, рядом были мои подруги. Если существует официальный протокол девичьих вечеров, то переписка с бывшим «почти-парнем», который и стал причиной этого вечера, точно была нарушением. Пора спрятаться в спальне.

Как трус.

— Линдс? Бекки? Мне мама написала, — весело сказала я. — Это важно. Она… эм…

Думай, Зельда. Думай!

— Ей нужно, чтобы я срочно ей позвонила.

— Твоя мама? — Бекки подняла брови. — Серьёзно?

— Ага. — Я показала на телефон, потом на спальню. — Она… ждёт. Лучше поговорю там. Я быстро.

Линдси уставилась на меня.

— Разве твоя мама не умерла?

Мои мысли резко остановились.

— Что? — моргнула я.

— Когда мы только открыли студию, ты говорила, что твоя мама много лет назад погибла в пожаре, — сказала Бекки. — Помнишь?

— Это… — я лихорадочно перебирала воспоминания. Даже если мои родители где-то и были живы, они не были частью моей жизни уже много веков. Как вообще мама могла всплыть в разговоре?

В памяти всплыло смутное воспоминание о дне «приведи семью на работу» в первые годы существования Yoga Magic. Наверное, тогда я придумала какое-то неубедительное оправдание и сказала, что мама умерла.

Чёрт.

— Вот… об этом она и хочет поговорить, — пробормотала я. — Она жива! Разве это не прекрасно?

Я поспешно юркнула в спальню и закрыла дверь, не дожидаясь реакции подруг на эту чушь.

Потом написала Питеру.

ЗЕЛЬДА: Ладно, покажи шляпу.

Появились три точки — он начал отвечать.

Я села на край кровати и уставилась на телефон, сжимая его двумя руками, ожидая ответа Питера. Точно так же, как это делает человек, который совершенно не заинтересован снова общаться со своим бывшим. Когда появилась фотография, я рассмеялась так громко, что Линдси и Бекки наверняка услышали это в соседней комнате. Питер прислал селфи: каменное лицо и на голове шляпа, которую я купила ему в том ресторане с поющей курицей в Неваде. Фото было размытым и ужасно снятым. Я даже представить не могла, зачем он это прислал. Хотя снова увидеть его лицо было самым приятным моментом за последние недели.

ПИТЕР: Кажется, она сломалась.

ПИТЕР: Когда нажимаю на кнопку на полях, она больше не издаёт звук.

ПИТЕР: Просто сидит у меня на голове. Без кукареканья.

Каждое новое сообщение заставляло меня смеяться ещё сильнее.

ЗЕЛЬДА: Не могу поверить, что ты сохранил эту шляпу.

ПИТЕР: Почему не можешь?

ЗЕЛЬДА: Я думала, ты её ненавидишь.

ПИТЕР: Я никогда не говорил, что ненавижу её.

ЗЕЛЬДА: Ты сказал, что это самая глупая вещь, которую ты когда-либо видел, и что выбросишь её, как только я отвернусь.

Питер не ответил сразу, хотя телефон показывал, что сообщение прочитано.

Я заметила, что громкость телевизора в гостиной стала намного выше. Наверное, пассивно-агрессивный сигнал от подруг: они явно не поверили моей отговорке.

Когда я снова посмотрела на телефон, Питер уже ответил.

ПИТЕР: Скажем так — со временем эта шляпа мне полюбилась.

Я невольно улыбнулась.

ЗЕЛЬДА: Я же говорила, что это отличная шляпа.

ПИТЕР: Говорила.

ЗЕЛЬДА: Но теперь она сломалась?

ПИТЕР: Похоже на то.

ПИТЕР: Совсем перестала кукарекать. И один глаз начал отваливаться.

Я внимательно рассмотрела фото. Глаза на шляпе действительно были перекошены, но так было и когда я её покупала.

ЗЕЛЬДА: Глаза выглядят как обычно.