Чтение онлайн

Узнай, кем стал!

Санька почувствовал, как настроение соседней повозки невольно передалось и ему. Он поймал себя на мысли, что улыбается. В то же время и другой Санька ухватил это настроение. Аху Печ оглянулся на своих попутчиков и тоже расплылся в улыбке.

– Прибываем! – торжественно объявил он.

И вот из-за холма появилось что-то невероятное. Под вечерним голубым небом вдоль горизонта раскинулся удивительный город. На первый взгляд, это больше походило на взбитые сливки, которые неведомый повар-великан выдавил из гигантского кондитерского мешка и нарисовал ими узоры на поверхности земли. Большими щедрыми порциями он сформировал сливочные спиральные пирамиды. Каждую из них опоясывала волнистая кремовая дорожка, которая непрерывной нитью соединяла пирамидки друг с другом.

Тут и там рука невидимого мастера посадила кремовые розочки, гвоздики и фиалки. Слева и справа, по краям города, возвышались сооружения из густой кремовой массы, щедро положенной кондитером. Эти башни соединялись сливочными стенами, окаймляя таким образом весь город и превращая его в крепость. В центральной части этого гигантского торта высилась большая пирамида с завитком на вершине.

От увиденного оба Саньки раскрыли рты. На соседних повозках веселые песни умолкли и сменились на вздохи восхищения. Видимо, даже бывалые ерундийцы испытывали трепет от созерцания архитектуры их величественного града.

Когда повозка подлетела к городской стене, Санька увидел, что кремообразные сооружения на самом деле каменные. При этом стены были бесшовные – их словно, действительно, выдавили, как крем из гигантского мешка, а потом заставили затвердеть.

По велению Аху парящий плот сбавил скорость и теперь медленно плыл в плотном транспортном потоке таких же летающих повозок. Большие арочные ворота встречали гостей. Стальные ручейки дорожек стекались здесь в одну широкую ленту, которая образовывала большой проспект – главную улицу города. По обеим сторонам дороги высились такие же «кремовые» строения, украшенные розочками и завитками. Теперь в них можно было разглядеть окна и балконы.

Всюду стояли люди в белых балахонах. Они махали руками, приветствуя въезжающих в город гостей. Тут же группы людей распевали песни и танцевали. Повозки медленно двигались вперед, сопровождаемые уличным гомоном.

Санька смотрел по сторонам, продолжая удивляться увиденному. Ничего похожего с ним в обычной жизни не случалось. Санька даже на какое-то время забыл о своей важной миссии. Новая реальность, больше походившая на сон, обрушила на его сознание столько впечатлений, что Санькина голова шла кругом.

Санька-отец воспринимал происходящее как интересное приключение. Для него этот мир казался своим. Он радовался вместе с окружающими и даже махал руками в ответ на приветствия местных жителей. Пока Санька-сын не замечал этого, но скоро это станет первой из множества задачек, которые ему предстоит решать. Впрочем, не будем забегать вперед.

Транспортный поток разредился, и движение ускорилось. Парящая платформа полетела быстрее и вскоре прибыла на главную площадь города. Это было широкое пространство, в центре которого стояло что-то наподобие сцены.

Площадь была окружена зданиями различной формы. Справа и слева это были спиральные пирамиды цвета слоновой кости, около десяти метров в высоту. Завитки каждой вершины украшали флаги красного и зеленого цветов. Из верхних окон до самой земли были спущены зеленые шевроны, с которых смотрели портреты, по всей видимости, Верховного правителя, о котором упоминал дядя Федя.

Повозка свернула налево и поплыла к зданию, которое выходило прямо на площадь. Это была та самая гигантская пирамида, которую видели наши путешественники еще на подъезде к городу.

– Дворец Верховного правителя Ялифа Отсорпа! – после долгой паузы торжественно объявил Аху. – Наша конечная остановка.

Повозка остановилась у подножия большой лестницы, которая вела к главному входу в пирамиду. Вход представлял собой широкую террасу, которую украшали шесть высоких спиралевидных колонн. Сама терраса была огорожена фигурным ограждением из позолоты, а между колоннами ниспадали зеленые шевроны с портретами Ялифа.

– Прибыли! – сообщил, поворачиваясь к своим спутникам, Аху. – Мне сюда, а вам – на площадь. Вот-вот начнется праздник, так что всем нам нужно поторапливаться.

– А ты куда? – спросил Санька, спрыгнув вместе с отцом с повозки.

– Я кое-что привез Верховному, – ответил Аху. – Нужно это передать, а потом определю вас к кому-нибудь на постой.

Так и договорились.

Аху поднял руку вверх, платформа поплыла вдоль лестницы дальше по улице и через минуту скрылась за поворотом. А Саньки проследовали в другом направлении, на площадь, где уже шумела огромная толпа в белых балахонах, приветствующая на сцене участников праздника.

Путь к сцене лежал через небольшой сквер, в котором росли уже знакомые Саньке черные деревья. На них вдоль дорожки висели большие корзины с пирожными и фруктами. В одной корзине лежали эклеры, облитые шоколадом, в другой – печенье, обсыпанное ореховой крошкой. Третья корзина больше напоминала поднос, только плетеный и с ручкой. И на нем высились бисквитные торты, украшенные кремовыми розочками. В четвертой корзине лежали вафли, скрученные в трубочку. В пятой были яблоки, груши, бананы, манго, ананасы и виноград.

Воздух был сладкий и пах ванилью. Надо сказать, что только теперь Санька и его отец поняли, как сильно они проголодались.

Путников обогнал высокий парень в белом балахоне. Он на миг остановился у корзины с эклерами, взял один и перешел к следующей корзине, где лежали фрукты. Взяв из нее яблоко, парень заторопился дальше по аллее, в сторону сцены. Саньки переглянулись, подбежали к корзинам с едой и начали дегустировать все подряд.

– Вкуснятина! – воскликнул Санька-отец, откусывая кусок от большого бисквитного торта.

– Ага, – поддержал его с набитым ртом Санька-сын. – В жизни ничего вкуснее не ел.

Они ходили от корзины к корзине, не веря в свое счастье. Такого изобилия сладостей и фруктов им никогда не приходилось видеть. При этом никто их не ограничивал: ешь, сколько влезет. Набив животы, ребята двинулись дальше к площади.

Здесь развернулось широкое гулянье. Часть горожан толпилась у сцены, видимо, ожидая предстоящего действа, другие стояли в группах и оживленно разговаривали друг с другом. Откуда-то доносилась музыка, где-то слышны были песни.

И вдруг на сцену поднялись горнисты. Они протрубили в свои длинные горны, дав начало празднику. Толпа забурлила. Все взгляды были устремлены к движущейся со стороны дворца платформе. На ней стоял высокий мужчина, с головы до пят закутанный в длинный малиновый плащ. Его голову покрывал капюшон.

Саньки влились в толпу зрителей и, неподвластные своей воле, начали вместе со всеми тесниться ближе к действу. Горнисты спустились со сцены, уступая ее человеку в малиновом. Он ступил с платформы на помост, снял капюшон и представил всем свое лицо. Санька не смог его рассмотреть, потому что они с отцом стояли слишком далеко от сцены. Толпа взревела, и гул одобрения прокатился по площади. Человек вскинул руки вверх и заорал во весь голос: