Чтение онлайн

Не может ли это различие быть вызвано тем, что яйца ящериц, защищенные известковой скорлупой, лучше выдерживают пребывание в соленой воде при переносе их волнами моря, чем слизистая икра лягушек?

Прежде всего опишу образ жизни так часто упоминавшихся мной черепах (Testudo nigra, прежнее название indica) [282] . Эти животные встречаются, мне кажется, на всех островах архипелага, и уж наверное, на большей части из них. Они предпочитают высокие сырые места, но живут также и в низменных безводных районах.

Я уже указывал, как многочисленны должны быть они, судя по тому, сколько ловят их за один только день. Некоторые из них достигают огромных размеров; вице-губернатор здешней колонии англичанин м-р Лосон видел, как он рассказывал нам, нескольких столь крупных черепах, что только шесть-восемь мужчин могли приподнять их с земли, а некоторые черепахи давали до двухсот фунтов мяса.

Всего крупнее старые самцы, самки же редко достигают большой величины, самца легко отличить от самки по большей длине хвоста. Черепахи, живущие на тех островах, где нет пресной воды, или в низменных и безводных местах на других островах, питаются главным образом сочным кактусом. Те же, что водятся в нагорных и влажных районах, едят листья различных деревьев, один сорт ягод (называемый гуаявита), кислых и терпких [283] , а также зеленоватый волокнистый лишайник (Usnera plicata), пряди которого свисают с ветвей деревьев.

Черепахи очень любят воду, пьют ее в большом количестве и валяются в грязи. Источники есть только на более крупных островах, да и те всегда расположены в глубине острова, на значительной высоте. Поэтому черепахи, обитающие в низменных районах, для утоления жажды вынуждены совершать длинные путешествия. Благодаря этому образовались широкие утоптанные тропинки, расходящиеся по всем направлениям от родников к берегу моря, и испанцы, следуя по ним, открывали источники пресной воды.

Когда я высадился на острове Чатам, я не мог себе представить, что за животное проходит так методически по определенным тропинкам. Занятное зрелище представляли эти огромные создания около источников, куда они приходили в большом числе: одни, вытянув шеи, нетерпеливо спешили вперед, другие, вдоволь напившись, возвращались обратно. Когда черепаха подходит к источнику, она, не обращая внимания на зрителей, погружает голову в воду по самые глаза и жадно пьет большими глотками, делая около десяти глотков в минуту.

Жители рассказывают, что каждое животное остается по соседству с водой дня три-четыре и только потом возвращается в низменность, но они расходятся относительно того, как часты эти посещения. Вероятно, животное регулирует их в соответствии с характером своей основной пищи. Достоверно, впрочем, что черепахи могут жить даже на таких островах, где нет никакой пресной воды, кроме той, что выпадает за немногие дождливые дни в году.

Я считаю твердо установленным, что пузырь лягушки служит резервуаром для влаги, которая необходима для ее существования; так же, по-видимому, обстоит дело и с черепахой. В течение некоторого времени после посещения источников их мочевой пузырь наполнен жидкостью, которая, говорят, постепенно убывает в объеме и становится менее чистой. Жители, страдая от жажды во время путешествий по низменным районам, часто пользуются этим обстоятельством и выпивают содержимое пузыря, если тот оказывается полон; я видел одну убитую черепаху, у которой жидкость была совершенно прозрачна и лишь чуть-чуть горьковата на вкус. Жители, однако, всегда пьют раньше из околосердечной сумки, утверждая, что там вода лучше.

Намереваясь добраться до какого-нибудь определенного места, черепахи идут день и ночь и достигают цели своего путешествия гораздо скорее, чем того можно было бы ожидать. Жители, исходя из наблюдений над отмеченными экземплярами, считают, что расстояние около восьми миль они проходят за два-три дня. Одна большая черепаха, которую я наблюдал, двигалась со скоростью 60 ярдов в 10 минут, т. е. 360 ярдов в час, или четыре мили в день, полагая некоторое время на еду в пути. В период размножения, когда самец и самка держатся вместе, самец издает хриплый рев или мычание, которое слышно, говорят, более чем за сто ярдов. Самка никогда не производит никаких звуков, да и самец кричит только в указанные периоды, и потому люди, услышав этот крик, узнают, что черепахи спариваются.

Во время моего пребывания (в октябре) они откладывали яйца. На песчаной почве самка кладет их все вместе и прикрывает песком; но там, где грунт каменистый, она спускает их без разбору в любую ямку; м-р Байно нашел в одной трещине семь таких яиц. Яйца белого цвета и шарообразной формы; одно, измеренное мной, имело 7 3/8 дюйма в окружности, т. е. было больше куриного яйца. Как только молодые черепахи вылупляются из яиц, они в больших количествах становятся добычей стервятников. Старые черепахи умирают, по-видимому, обыкновенно от несчастных случаев, например падая в пропасть, – по крайней мере несколько жителей говорили мне, что ни разу не видели, чтобы черепаха умерла без какой-нибудь очевидной причины.

Жители считают этих животных совершенно глухими; они действительно не слышат шагов человека, идущего вслед за ними. Мне постоянно доставляло удовольствие обгонять какое-нибудь из этих огромных чудовищ, спокойно шествующее по дороге: в тот момент, когда я проходил мимо, оно втягивало голову и ноги, и, испуская низкий свистящий звук, тяжело падало, точно сраженное насмерть.

Нередко я взбирался к ним на спину, и, после того как несколько раз слегка ударял по задней части их щита, они поднимались и ползли прочь, но мне уже было трудно сохранять равновесие. Мясо этого животного широко употребляется в пищу и в свежем, и в засоленном виде, а из жира его получают замечательно прозрачное масло. Когда черепаха поймана, человек надрезает у нее кожу около хвоста, чтобы посмотреть, достаточно ли толст слой жира под ее спинным щитом. Если жира мало, животное отпускают, и, говорят, оно вскоре оправляется после такой необыкновенной операции. Чтобы наземная черепаха не сбежала, недостаточно перевернуть ее, как то делают с морскими черепахами, ибо часто она оказывается в состоянии снова встать на ноги.

Вряд ли приходится сомневаться, что эта черепаха – коренной житель Галапагосского архипелага, потому что она встречается на всех или почти всех островах и даже на некоторых мелких островках, где нет пресной воды; если бы то был ввезенный вид, то едва ли так обстояло бы дело на столь редко посещаемом архипелаге.

Более того, в старину буканьеры встречали этих черепах в еще больших количествах, чем теперь; далее, Вудс Роджерс [284] писал в 1708 г., что, по мнению испанцев, такие черепахи не встречаются больше нигде в этой части света. Теперь они широко распространены, но неизвестно, являются ли они где-нибудь еще коренными обитателями. Кости черепахи, найденные на острове Маврикий вместе с костями вымершего дронта, обыкновенно считаются принадлежащими черепахе рассматриваемого вида; если это так, то она была, должно быть, коренным тамошним животным, но г-н Биброн сообщает мне, что, по его мнению, то был особый вид, а вид, ныне живущий на острове Маврикий, безусловно отличен от галапагосской черепахи.

Amblyrhynchus, замечательный род ящериц, живет только на этом архипелаге; их два вида, в общем похожих один на другой, причем один наземный, а другой водный. Этот последний вид (A. cristatus)был впервые описан м-ром Беллом, который, приняв во внимание короткую широкую голову и сильные, одинаковые по длине когти, правильно предвидел, что образ жизни этого животного должен быть очень своеобразен и отличен от образа жизни его ближайшего родственника – игуаны. Эта ящерица чрезвычайно распространена на всех островах архипелага и живет исключительно на скалистых берегах у самого моря, никогда не попадаясь, – по крайней мере я ни разу не видал ни одной, даже в десяти ярдах от воды.

Это отвратительное на вид существо, грязно-черного цвета, глупое и медлительное в своих движениях. Взрослое животное имеет обыкновенно около ярда в длину, но некоторые достигают даже четырех футов; один крупный экземпляр весил 20 фунтов; на острове Альбемарль они достигают, по-видимому, больших размеров, чем в других местах. Хвост у них сплюснут с боков, а все четыре ноги снабжены неполными плавательными перепонками. Иногда их можно увидеть плавающими в нескольких стах ярдах от берега; капитан Колнетт в своем «Путешествии» говорит: «Они стаями пускаются в море на рыбную ловлю, греются на скалах и могут быть названы аллигаторами в миниатюре». Не следует, однако, полагать, что они питаются рыбой.

В воде эта ящерица плавает необыкновенно легко и быстро, извиваясь, как змея, своим телом и сплюснутым хвостом, в то время как ноги ее неподвижны и плотно прижаты к бокам. Один матрос бросил такую ящерицу за борт, привязав к ней тяжелый груз, и полагал, что она тут же погибнет; но, когда час спустя он вытащил ее на веревке, она оказалась живой и даже вполне подвижной. Конечности и сильные когти этих животных удивительно приспособлены к ползанию по неровным, растрескавшимся лавовым массивам, которые здесь повсюду образуют берег. В таких местах часто можно видеть, как шесть или семь этих отвратительных пресмыкающихся лежат группой на черных скалах в нескольких футах над полосой прибоя и греются на солнышке, вытянув ноги.