Путеводитель по греческой мифологии
Шрифт:
Сходства между греческими и хеттскими мифами можно свести в таблицу, хотя действия мифов не всегда развиваются в одной и той же последовательности.
Все же можно отметить, что нередко в схожих элементах сюжета греческих и хетгских мифов принимают участие разные по своей природе и назначению персонажи, а сходственные события в греческой мифологии случаются чаще, чем в хеттской.
К примеру, мужская беременность Кумарби сравнима с беременностью Кроноса, но в греческих мифах эта тема появляется чаще — например, при рождении Афины из головы Зевса и Диониса из бедра этого бога. О кастрации в хетгских мифах рассказывается лишь раз (Кумарби оскопляет Ану), а в греческих мифах о ней говорится дважды (сначала оскопляют Урана, а потом Кроноса). О резаке в хеттских мифах упоминается дважды (сначала им отделяют Землю от Неба, а затем Улликумме от Убеллури), а в греческих мифах об одном и том же серпе говорится трижды (сначала им оскопляют Урана, потом Кроноса, а затем с его помощью Тифон перерезает сухожилия Зевсу).
Отметим и разницу в хеттских и греческих мифах о происхождении Земли и Неба.
• Ану (Небо) имеет предшественника Алалу. У Урана (Неба) предшественника нет.
• Отец богов — Кумарби (Кронос), а не Тешуб (Зевс).
• Улликумме — каменное чудовище, а не помесь человека с животным, как Тифон.
• Родословная богов — центральная тема в произведении Гесиода «Теогония», а в хеттских мифах она почти не прослеживается.
Гесиод, по всей вероятности, был знаком с хеттскими мифами, но едва ли что-нибудь позаимствовал напрямую. Греки и в архаический, и в микенский периоды соседствовали с хеттами и поддерживали с ними торговые отношения, и вполне вероятно, что до них доходили хеттские мифы, хотя очевидно, что в пересказах они передавались по-разному. Поэтому неправильно полагать, что греческие мифы возникли из хеттского народного творчества, если к тому же учесть, что они имеют сходство с египетскими, вавилонскими и финикийскими мифами. Так, в египетском мифе о сотворении мира говорится об отделении Земли (Геб) от Неба (Нут), но в этом случае Небо — женщина, которая поедает своих детей.
Маловероятно, что одна базовая история разделилась на несколько вариантов; в этом случае мифы должны быть схожими. Скорее, различие указывает на то, что наличествует творческая переработка развивающихся пластов мифологических постулатов. Отношения между этими мифами, как считают, строились на общем, «генетическом фонде», а их отличительные особенности оставались неизменными в течение долгого времени, но там, где «генетический код» постоянно менялся, мифы часто сохраняли между собой более близкие отношения, чем со своим прародителем.
Мифы о происхождении богов нашли широкое отражение в творчестве древних художников и ваятелей. Так, гигантомахия стала сюжетом многих живописных и скульптурных произведений. Битва гигантов с богами изображена на фризах сокровищницы сикионцев в Дельфах, на метопах Парфенона, а также на фризе алтаря Зевса в Пергаме, где гиганты со змеиными хвостами меряются силами с невозмутимыми олимпийцами. Все эти изображения с очевидностью демонстрируют, что победа останется за богами, а порядок и здравый смысл восторжествуют над хаосом и варварством. Возможно, такой благоприятный исход событий оказывал положительное влияние на психологию греков во время Персидских войн (середина I века до н. э.).
Интересные отголоски греческих мифов получили развитие в более поздние времена. Так, алтарь Зевса в Апокалипсисе (2:13) назван «престолом Сатаны», а в произведении Мильтона «Потерянный рай» низвержение с небес Сатаны включает в себя элементы «Теогонии» Гесиода. Греческим богам посвящены картина Рубенса «Падение титанов», выполненная в 1656 году по заказу испанского короля Филиппа IV, и мрачная картина Гойи «Сатурн [Кронос] пожирает собственных детей» (1821–1823), в которой художник выразил протест против человеческой беспощадности и самоуничтожения.
Большое число произведений искусства посвящено Афродите, олицетворяющей красоту и любовь. Скульпторов и художников особенно привлекала тема рождения этой богини. Этой теме посвящены рельеф трона Лудовизи, а также сцена встречи Эротом выходящей из морских вод Афродиты, изображенная на пьедестале статуи Зевса в Олимпии работы Фидия (V век до н. э.). Афродита часто изображается выходящей из моря и отжимающей мокрые волосы или подплывающей к берегу на морской раковине. На картине Сандро Ботичелли «Рождение Венеры» (ок. 1490 г.) богиня подплывает к берегу на морской раковине, ее сопровождают Флора, богиня юности и цветов, и Зефир, бог западного ветра, который дует Венере в спину, помогая ей добраться до берега. Контраст между юной, обворожительной, прелестной Венерой Сандро Ботичелли и опасной первобытной Афродитой, описанной Гесиодом, — прекрасная иллюстрация того, как по-разному могут быть обрисованы одни и те же герои мифов. Рассмотрев даже один этот пример, можно смело сказать, что греческие мифы и их герои живут полноценной жизнью и в постклассическое время.
Глава вторая
Аполлон и Артемида: музыка, любовь и охота
Латона/Лето— Мать Аполлона и Артемиды.
Аполлон— Бог света и пророчества; музыкант, лучник.
Артемида (Диана) — Сестра Аполлона, девственная охотница.
Орфей— Искусный музыкант.
Эвридика— Возлюбленная Орфея.
Гиакинф (Гиацинт) — Прекрасный юноша, любимец Аполлона.
Марсий— Сатир, вызвавший Аполлона на музыкальное состязание.
Мидас— Царь Фригии.
Орион— Отважный охотник, превращенный в созвездие.
Любвеобильному Зевсу, несмотря на его высокое положение, не всегда уступали. Так, Астерия, дочь титанов Коя и Фебы, чтобы избежать его домогательств, бросилась в море и превратилась в остров, впоследствии названный Делосом. Каллимах в гимне «К острову Делосу» писал:
…старое имя Было тогда у тебя — Астерия, ибо в пучину Пала звездой ты с небес, убегая от Зевсова ложа. Так; покуда златая Лето у тебя не гостила, Было Астерия имя тебе, а вовсе не Делос.А вот сестра Астерии Лето (Латона) забеременела от Зевса и готовилась родить близнецов — Аполлона и Артемиду. Однако ревнивая Гера преследовала ее и не давала возможности найти пристанище, чтобы разрешиться от бремени.
Лето восклицает:
О фессалийские нимфы, о дщери потока! Просите Все вы, касаясь брады родительской, да успокоит Волны отец, чтобы Зевсовых чад в водах я родила.Аполлон из чрева матери успокаивает ее:
«…А ты ободрись, о матерь: Видишь, в волнах морских невеликий остров приметен, Что плывет над зыбями, в земле же корней не имеет, Словно побег асфодели, гоним повсюду теченьем. Вот к нему и ступай — и нам прибежище будет!» Так он вещал; между тем острова разбегались по морю, Но приближалася ты, Астерия, милая песне, Вспять от Эвбеи спеша повидать Киклады скорее. Все поняв, сдержала ты бег и стала недвижно, И провещала Гере самой дерзновенное слово, В тяжких томлениях видя богиню перед собою: «Гера, что хочешь со мною твори, но я преступила Ныне запрет. Ко мне, о Лето! Ко мне! Поспеши же!»Выбравшись на остров, Лето
…плечи свои прислонила К древу пальмы, вконец ослабев от натиска жгучих Болей, и хладный пот по коже ее заструился. Громко стенала она: «Что матерь терзаешь, о сыне? Чадо, вот ведь и остров тебе нашелся плавучий. Сыне, рождайся скорей! и кроток выйди из чрева».Гера перестала мешать Лето рожать после того, как лебеди, певцы Аполлона, сотворили над Делосом семь кругов.
И тогда
Стала златою окрест, Астерия, вся твоя почва, Стали златыми в сей день округленного озера воды, Стали златыми листы осенившей роды маслины, Стали златыми струи виющего русло Инопа.В сочинении Пиндара, посвященному той же теме, со дна моря поднялись четыре мощные колонны, чтобы удержать плавающий остров на месте, и тогда Лето разрешилась от бремени. По той причине, что Аполлон, бог света, родился на этом острове, Астерию впоследствии переименовали в Делос («бриллиант»).