ЖАНРЫ

Путеводитель по Шекспиру. Английские пьесы
Шрифт:

Психологический настрой у супругов совершенно противоположный. Хамфри подавлен и напуган. Он мечтает избавиться от своего поста. Напротив, Элеонора возбуждена: она мечтает стать королевой (в конце концов, Хамфри — наследник престола).

Глостер бранит жену, но он слишком добродушен и быстро меняет гнев на милость.

Прибывает гонец и объявляет:

Милорд, его величеству угодно,

Чтоб вы сегодня прибыли в Сент-Олбенс,

Где будет королевская охота.

Акт I, сцена 2, строки 56–58 [190]

190

В оригинале: «…соколиная охота». — Е. К.

Сент-Олбанс [191] — город примерно в 20 милях (32 км) к северо-западу от центра Лондона; он был назван в честь первого английского мученика, святого Альбана, который, согласно легенде, умер там в 303 г. н. э. Именно в Сент-Олбансе жил Иоанн (Жан) II Французский, взятый в плен после битвы при Пуатье. В царствование Генриха VI этому городу было суждено стать местом двух решающих сражений.

«…Новоиспеченный герцог Сеффолк»

Хамфри Глостер торопится присоединиться к королю; герцогиня обещает приехать следом. Однако она немного задерживается, чтобы посоветоваться с Джоном Юмом [192] , расстриженным священником, играющим на честолюбии герцогини. Он связан с ведьмами и колдунами, которые, как считает герцогиня, помогут ей достичь исполнения желаний: стать королевой. Элеонора отдает Юму деньги и уходит.

191

в переводе — Сент-Олбенс. — Е. К.

192

в оригинале — Хам. — Е. К.

Юм остается один и произносит монолог, из которого выясняется, что он играет роль двойного агента. Он говорит:

А деньги

Всегда ведь кстати нам, хотя б от черта.

Но и другие руки деньги дарят.

Осмелюсь ли сказать? То кардинал

И новоиспеченный герцог Сеффолк.

Акт I, сцена 2, строки 93–95

Иными словами, враги Глостера знают об интригах несчастной герцогини и готовят ей ловушку, надеясь вместе с Элеонорой погубить и ее мужа.

В пьесе Суффолк становится герцогом, как только привозит Маргариту в Англию. После прочтения рокового договора довольный король говорит Суффолку:

Маркиз, склони колени.

Отныне герцог Сеффолк будешь ты.

Тебе вручаем меч.

Акт I, сцена 1, строки 64–65

В действительности Суффолк получил этот титул тремя годами позже, причем в куда менее благоприятный для себя момент.

«…Законный наследник престола»

Мы вновь возвращаемся в королевский дворец. Жалобщики ждут выхода лорда-протектора, который должен ответить на их челобитные и разрешить спорные вопросы. Но вместо Глостера выходят Суффолк и королева Маргарита, и Суффолк заявляет, что он сам примет петиции.

Один из жалобщиков — подмастерье оружейника, пришедший с доносом на своего хозяина. Он говорит, подавая Суффолку челобитную:

…на моего хозяина, Томаса Хорнера, сказавшего, что герцог Йорк — законный наследник престола.

Акт I, сцена 3, строки 26–28

Конечно, Йорк попадает в опасное положение. Согласно строгому порядку престолонаследия он действительно был законным наследником, и многие англичане, недовольные неудачным правлением короля и имевшие множество доказательств компетентности Йорка, помнили это.

Несмотря на свою лояльность, Йорк не мог запретить людям возлагать на него свои надежды; одного этого было достаточно, чтобы укрепить подозрения сторонников Ланкастеров. В конце концов эти подозрения должны были заставить Ланкастеров предпринять какие- то действия против Йорка и подвигнуть его на мятеж. Это было неизбежно.

«К святости стремится он…»

Естественно, королева Маргарита теряет терпение. Если законный король — Йорк, то каково же ее положение? Маргарита разрывает петиции и прогоняет жалобщиков.

Обиженная Маргарита заявляет Суффолку, что верховная власть, которая вынуждена выслушивать какие-то петиции, расписывается таким образом в собственной слабости. Она недовольна тем, что ее муж проявляет слабость и находится под башмаком у лорда-протектора. И наконец она с жаром заявляет, что, когда Суффолк сватал ее от имени короля, все выглядело иначе:

Я думала, что Генрих схож с тобою

Любезностью, и мужеством, и ростом.

Но к святости стремится он…

Акт I, сцена 3, строки 55–57

Честно говоря, в этом браке мужу и жене следовало поменяться ролями. Из Маргариты Анжуйской, будь она мужчиной, получился бы властный государь, а Генрих, родись он женщиной, стал бы прекрасной королевой. К несчастью, судьба распорядилась иначе.

Маргарита, презиравшая мужа (и, судя по всему, сексуально неудовлетворенная), с горя занялась политикой. Естественно, как француженка, она выступала за мир с Францией, неустанно поддерживала Суффолка и кардинала Бофорта и со всей присущей ей энергией боролась с «ястребами» Глостером и потенциально опасным соперником Йорком.

Однако в результате Маргарита утратила возможность сохранять позицию «над схваткой», втянула Генриха в борьбу политических партий, закончившуюся гражданской войной, вызвала к себе ненависть противников Суффолка и стала козлом отпущения для всех, кто не мог простить поражения во Франции.

Приходится признать, что злобность и мстительность Маргариты во многом способствовали развязыванию гражданской войны, а ее энергия и упрямство стали причиной того, что война оказалась чрезвычайно продолжительной и привела страну к катастрофе.

«…Гордая протектора жена»

Королева Маргарита перечисляет лордов, которые не нравятся ей по тем или иным причинам, но главный объект ее ненависти — женщина. Королева говорит:

Но все они [193] не так мне досаждают, Как гордая протектора жена.

Акт I, сцена 3, строки 77-78

Эта ненависть вполне естественна, если учесть, что герцогиня претендует на титул королевы, а Маргарита боится потерять корону. Более того, герцогиня намного богаче Маргариты. Несомненно, она выставляет напоказ свое богатство и издевается над нищей француженкой, которой посчастливилось на какое-то время стать королевой.

193

пэры Англии. — Е. К.

Шекспир искусно обыгрывает антагонизм двух женщин; может быть, с точки зрения драматургии это гениально, но с точки зрения истории абсолютно неверно. Печальный конец настиг герцогиню за четыре года до брака Маргариты и Генриха. Когда Маргарита прибыла в Англию, Элеонора уже умерла; королева и герцогиня не только не были соперницами, но даже не знали о существовании друг друга.

Однако нам приходится следовать шекспировской версии Войны Алой и Белой розы.

«…Пока Париж измором не был взят»
Поделиться с друзьями: