Чтение онлайн

К счастью, Элис К. уже не с той степенью безумия относится к пище, как во времена, когда ей было немногим более двадцати. Тогда она (вместе с примерно четырнадцатью миллионами подруг по несчастью) была вовлечена в ожесточенную игру: периодически морила себя голодом, в результате чего в течение трех лет примерно тридцать семь раз набирала и теряла одни и те же десять фунтов. Но эта школа помогла усвоить: ешь столько, сколько необходимо, чтобы оставаться в здравом уме, и делай то количество упражнений, которое позволяет уютно себя чувствовать в собственной шкуре; а диеты — просто узаконенная форма мазохизма, нечто противоречащее основополагающим потребностям и желаниям человеческого организма, поэтому они обречены на провал. Со временем Элис К. даже полюбила здоровую, низкокалорийную пищу и часто выбирает рыбу, цыпленка или макароны без жирного сметанного или масляного соуса.

Но время от времени система дает сбой. Элис К. слишком сильно опухает перед менструацией.

Или слишком занята, чтобы заниматься на тренажерах. В общем, неожиданно ее одежда становится слишком тесной, и Элис К. начинает мучиться из-за размера своих бедер — и тогда происходит неизбежное: она сидит на своем диване и чувствует себя жертвой собственных джинсов.

Она нервно ерзает на этом диване, рассматривает свои ноги и вздыхает. Перебирает в уме возможные варианты. Пойти позаниматься на тренажерах? Постараться забыть о своих бедрах, съесть нормальный обед и подождать, когда джинсы начнут вести себя более дружелюбно? Провести вечер в размышлениях на тему «еда и женщина», стараясь достичь более высокого уровня сознания и обрести душевный покой?

Она закрывает глаза и начинает молиться: «Боже, прошу, позволь мне нормально относиться к еде. Пожалуйста, забери у меня это давящее чувство вины. Излечи меня, Боже. Излечи!»

Она останавливается, о чем-то размышляет, а потом добавляет: «А раз уж Ты меня слушаешь, Боже, спасибо, что изобрел объемные спортивные штаны».

— И один! И два! Вправо! Вправо! Влево! Влево! Элис К. занимается шаговой аэробикой. Бойкая мускулистая рыжая инструкторша с хвостиком, перехваченным высоко на темени, одетая в розовое трико из латекса, проводит групповую разминку: стойка ноги врозь, легкие наклоны вперед, удары по воздуху — вправо, вправо, влево, влево. По радио звучат веселые ритмы семидесятых, а Элис К. чувствует себя идиоткой. Полной идиоткой.

«Почему я здесь?» — думает она, нанося удары. А потом забывает, что нужно бить не правой рукой, а левой, и чуть не попадает кулаком по своей соседке.

«Для аэробики мне не хватает координации, — размышляет Элис К. — Как неудобно получилось!»

Это правда. Во время занятий по аэробике Элис К. очень старается сконцентрироваться, но трудно стоять напротив инструкторши, повторять ее движения, не забывая при этом, что у нее и у тебя разные «право» и «лево». Приходится угадывать, что именно делать дальше, и еще следовать какому-то ритму, когда в голове полный туман. «Вправо, вправо, влево, влево, рука, рука, нога, талия, стоп! Где это я?»

Элис К. из тех, кто всегда путает шаги, постоянно не успевает и неуклюже переминается с ноги на ногу, стараясь скрыть ошибки в исполнении.

Она думает: «Это называется развлечением? Но это совсем не весело».

Элис К. не понимает соперничества во время занятий аэробикой. У кого лучше костюм? Кто стройнее? Кто в лучшей форме? У кого дороже кроссовки? Это искусное и коварное соревнование, где идут в ход хитрые взгляды, брошенные украдкой, и когда проявляются самые низменные черты женской натуры. Что касается Элис К., она предпочитает быть незаметной. Она носит самый неприметный костюм для аэробики, который только можно достать (черные трико, черные спортивные штаны или черные шорты), становится в последний ряд, как можно дальше от других участников, и с удивлением наблюдает, как женщины хитрят, прихорашиваются и буквально сражаются одна с другой за место перед инструкторшей или перед зеркалом.

Это кокетки. Перед занятиями они подкрашивают губы, делая упражнения, постоянно бросают взгляды на свое отражение в зеркале, а еще они носят стринги.

Стринги? Что это такое? Элис К. тоже хотелось бы понять. Однажды она провела очень секретный эксперимент, о котором не рассказала даже Рут Е.: примерила в магазине купальник со стрингами. Отвратительное ощущение. Ужас! Она стояла перед зеркалом, а узкая полоска трусов как ножом резала между ягодицами; ее белый зад был выставлен напоказ, по бокам напоминая грушу — совсем не ровный, круглый и загорелый, как у журнальных моделей в рекламе купальников; в итоге Элис К. решила, что лучше было бы сразу умереть.

«Я бы не надела такой купальник на пляж, даже если бы мне заплатили миллион долларов, — подумала она и поскорее стянула его с себя. — Женщинам нельзя носить такое на заднице!» Поэтому когда Элис К. видит женскую особь в костюме со стрингами, она чувствует потрясение и негодование. С одной стороны, ей хочется броситься к ней и задать вопросы: «Как вы это выносите? Разве вам не больно?» Но с другой стороны, она понимает, что спрашивать не имеет смысла. Если женщина демонстрирует себя в своих стрингах (а третьего не дано: или демонстрируй себя, или как можно быстрее сорви их!), то она отличается от Элис К. не меньше, чем какая-нибудь инопланетянка.

«Да, мы с ней совершенно разные; не стоит и пытаться найти общий язык» — так обычно думает Элис К. Такие девицы вызывают у нее злость и возмущение. Их озабоченность собственной внешностью и одеждой ее смущает. И не потому, что ей это чуждо (совсем нет!), а просто становится вдруг неуютно, и снова возникают трудные вопросы о том, что из себя представляют женщины и как они реагируют на окружающий мир.

Вопросы такие: женщина носит стринги, потому что ей так удобно или потому что это привлекает мужчин-охотников? А если второе предположение верно, то это плохо или в порядке вещей?

Прихорашивание, позирование и подглядывание за другими женщинами, — является ли все это необходимой составляющей женской природы? Эти женщины просто более естественны в поведении, чем Элис К., и проявляются такими, как есть, или, напротив, их поведение искусственно и они увлечены демонстрацией себя?

И что сама Элис К. делает здесь, зачем наносит удары и растягивает тело, раздражается и перенапрягается? Делает упражнения, чтобы стать спокойнее и сильнее? Потому что она сможет потом наесться? Потому что это поможет поддерживать один и тот же вес и чувствовать себя более привлекательной в глазах других людей? Или все три причины разом?

Элис К. размышляет над последним вопросом. Ее отношение к физическим упражнениям всегда было очень сложным. В средней школе она проявила полную несостоятельность в соревновательных видах спорта и старалась избегать атлетических упражнений до начала восьмидесятых, пока мода на фитнес не заставила всех облачиться в кеды и трико. С тех пор она испробовала почти все. Бег (слишком скучно, и от него болят колени). Сквош и ракетбол [32] (требуется очень уж хорошая координация глаз и рук). Езда на велосипеде (слишком зависит от погоды). Плавание (слишком мокро).

На нынешний момент Элис К. является членом уже одиннадцатого оздоровительного клуба, и посещение их вошло у нее в привычку, которая не мешает существованию. Она отправляется туда во время ланча, когда там почти пусто и можно заниматься на тренажерах, не стесняясь и не чувствуя, что выставила себя на всеобщее обозрение. Элис К. предпочитает использовать тренажер для гребли, который заставляет ее сильно потеть (она открыла для себя удовольствие от этой процедуры: ей приятно потеть). Она поднимает тяжести, чтобы стать сильнее. Она делает растяжки и приседания, а потом часто подолгу парится в сауне. Но иногда, если у нее не хватает на это времени в течение дня или если зал переполнен желающими «качать железо» мужчинами, Элис К. отправляется на аэробику. Она втайне ненавидит эти занятия, но они избавляют от чувства вины за отлынивание и помогают держать руку на пульсе соответствия тому, что называется «жизнь современной женщины».