Чтение онлайн

— Нет, так как это было бы совершенно бессмысленно. Никакое количество еды не утоляет голод Сумеречного Странника. Я всегда голоден, всегда на грани истощения, и этому не видно конца. Это моё проклятие.

— Ну, звучит ужасно, — пробормотала она с наигранной обидой, и он готов был поспорить, что она думала, будто выглядит мило, но это только ещё больше его разозлило.

Он посмотрел на воду, сверкающую золотом от яркого солнечного света. У него было желание швырнуть её в реку.

— И не говори, — фыркнул он.

Зачерпнув ладонями воду, он набрал большое количество, чтобы вылить её на костёр, который развёл абсолютно без причины.

— Нам потребуется дополнительный день, чтобы добраться до храма, но мы остановимся в небольшом фермерском городке. Я достану тебе еду, которую ты сможешь есть.

Он был не прочь помучить её, если она действительно намеревалась отступить от своей части сделки, но у него не было интереса морить её голодом. Он не хотел делать остаток их — надеюсь — короткого путешествия невыносимым.

Он был уверен, что она начнёт ныть, стонать и ворчать на него. Это было нормально… так ведь? Он был уверен, что люди придумали для этого специальное слово, «голодный-злой» или что-то в этом роде. Морить её голодом было бы пыткой только для него самого.

— Ещё какие-нибудь требования, о которых мне следует знать?

— Нет. — затем у неё хватило наглости похлопать своими красивыми, пушистыми ресницами, прежде чем она окунула большой палец ноги в воду и поболтала им. — Так… насчёт ванны.

— Нет, — огрызнулся он, собирая все инструменты для костра и рыбалки, которые приготовил для её несъеденного ужина, чтобы сложить всё обратно в одну из сумок. Он также надел рубашку. — За то, что потратила моё время, можешь пострадать.

Честно говоря, он просто чувствовал себя более раздражительным, чем обычно, и она действительно потратила их время впустую.

— Обещаю, это займёт всего пять минут.

Мерих скрестил руки, когда встал, готовый идти.

— Ещё пять минут потеряно.

Без малейшего предупреждения она вскочила на ноги и упёрла руки в бока.

— Знаешь что? Мне не нужно просить твоего разрешения.

Когда она начала развязывать завязки спереди платья, Мерих издал глубокое рычание.

— Я сказал нет! Сумерки начинают окрашивать небо, и мы оставили здесь наши запахи слишком надолго. Так ты подвергаешь себя опасности.

Рэйвин упрямо вскинула подбородок.

— Полагаю, ты не так силён, как утверждаешь, — пропела она, как раз когда спустила платье с плеч.

С усиливающимся рычанием Мерих отвернулся, прежде чем успел увидеть больше её тела, удивлённый, что она готова раздеться перед ним просто ради ванны. Разве большинство женщин не стеснялись своей наготы?

— У тебя пять минут, — рявкнул он, проходя мимо деревьев и кустов. — Или я оставлю тебя здесь.

Хихиканье, донёсшееся от неё, было лёгким и воздушным, полным озорства.

— Нет, не оставишь.

Он оглянулся и увидел, что она буквально показала ему язык, как он видел, делают дети.

Мериху не понравилось, что правда её слов была настолько очевидна; у него не было надежды убедить её в обратном. Она была более раздражающей, чем он ожидал изначально.

Надо было просто съесть её…

Глава 10

Даже проведя в пути еще один день, Рэйвин большую часть времени держала рот на замке. Мерих всё ещё был раздражён, и его ответы ограничивались коротким ворчанием.

Она не хотела злить его ещё больше.

Она чувствовала себя виноватой за то, что он прошёл через все эти трудности ради неё, и, вероятно, казалось, что она неблагодарная. Это было не так. Она ценила его попытку накормить её.

Рэйвин не питала иллюзий, что они друзья. В действительности она была его пленницей и позволяла это, потому что нуждалась в его помощи.

Не стоило мне предполагать, что он поймёт, что я не ем мясо. Она просто настолько привыкла к этому общеизвестному факту среди своего народа, что это вылетело у неё из головы.

Происходило слишком много всего. Она была в незнакомом месте, с незнакомым… чем-то, вынужденная отправиться в странное путешествие только ради того, чтобы перескочить в другой мир. Переменных было так много, и она чувствовала себя потерянной в лесу, полном острых зубов.

Сказать, что она была ошеломлена, — ничего не сказать.

Рэйвин также устала, физически истощённая постоянной ходьбой, и всё это время была голодна. Её желудок часто подрагивал от пустоты, готовый вот-вот начать громко урчать. Она начала экономить еду, когда несколько дней назад поняла, что всё затягивается дольше, чем она рассчитывала. С тех пор она ела как можно меньше, заполняя себя водой, а не пищей.

Она была не в лучшем состоянии для размышлений. Кто бы был на её месте?

Не помогало и то, что она не до конца понимала, кто он такой. Ладно, у него череп вместо лица. Что ещё? Что ещё отличало Мериха, кроме странности его внешнего вида?

Как Рэйвин делала всю свою жизнь, когда сталкивалась с малоизученным предметом интереса, она тыкала и прощупывала свой объект, пока он не раскалывался. Если бы у неё были бумага и магические чернила, создающие её эльбрайль, она бы начала писать диссертацию.

Вместо этого она мысленно классифицировала всё, что узнавала о нём, как исследование. Она хотела систематизировать информацию о том, кто он такой, чтобы сообщить своим коллегам по совету о том, что происходит на Земле.

Она расскажет об ужасном положении людей и о том, как они вынуждены жить из-за своих действий. Она расскажет, что Демоны полностью захватили этот мир и что вид Мериха, похоже, доминирует над ними. Ей нужно было рассказать им как можно больше о Велдире и о том, что он делает, возможно, даже поговорить с пророком, обладающим редкой способностью общаться с их богами — в настоящее время из тысяч элизийцев таких было всего трое.

По одному пророку на каждое оставшееся божество — ужасная история для другого раза.

Она хотела объяснить всё, что могла, о Сумеречных Странниках и о Мерихе в частности, тем более что она всё ещё была так не уверена в нём.

У него был грубый характер, и Рэйвин постоянно проверяла его границы, пытаясь понять его.

Она была удивлена его честностью, когда задавала вопросы о том, кто он такой и как его убить. Она ожидала, что он будет держать в секрете всё, что касается его самого, опасаясь, что она попытается прикончить его при первой же возможности.