Чтение онлайн

— Да нет же! Они сейчас принимают все необходимые меры. Но я не хочу больше подвергать моего сына реальной опасности.

— А как насчет «Трансатлантик шиппинг»? Неужели ты собираешься оставить свою компанию в таком плачевном состоянии?

— Разумеется, нет, Мэри. Через несколько минут я позвоню туда и назначу кого-нибудь на свое место. Пожалуй, лучше всего мое кресло временно занять Адриано, моему младшему брату. Он очень способный. И я полностью доверяю ему.

— Итак, куда же мы уезжаем?

— На Сицилию, конечно. — Он произнес это таким тоном, будто она должна была знать об этом. — У тебя есть с этим островом какие-то проблемы?

— Кое-какие есть, Кармело. У Алекса нет паспорта с итальянской визой. А без него я никуда не поеду, — холодным тоном заявила она.

— Прости меня. — Он ударил себя по лбу. — Завтра я позабочусь о его паспорте в первую очередь. А ты пока поспи.

Но сон не шел к ней. Мысли не давали покоя ни на минуту. Все случилось так неожиданно... На следующий день Кармело, верный своему слову, оперативно оформил визу Алексу, уладил дела обоих мальчиков в их школах и урегулировал вопрос со своей заменой на работе. Мэри увидела перед собой настоящего Кармело Аличени — не соблазнителя, не «тирана», а человека действия, чьи помыслы направлены только на одно: спасти сына от грозившей ему опасности.

К концу дня они были готовы к отъезду.

Утром в международном аэропорту имени Джона Кеннеди их уже ждал частный самолет Кармело, но Мэри увидела босса по-настоящему расслабившимся только после того, как они поднялись в воздух...

Девять часов спустя самолет приземлился в аэропорту Палермо, где их ждала машина, на которой они за пятьдесят минут добрались до дома.

— Это дом моих родителей, — сказал Кармело. — Нас ждут.

Когда их машина остановилась, навстречу им вышла темноволосая женщина лет пятидесяти, в красно-черно-белом платье. Красными были также ее ногти и губы. Заметив схожесть во внешности женщины и Кармело, Мэри подумала, что это его сестра. Но оказалось, что это была его мать. Обнявшись с Робертино и обменявшись несколькими фразами с Кармело на итальянском языке, она внимательно посмотрела на незнакомую женщину.

— Мэри, — сказал Кармело, — хочу представить тебя моей маме. Мама, это Мэри Коул, о которой я говорил тебе, а с ней ее сын Алекс.

— Значит, вы та самая няня Робертино? — Женщина, чьи темно-карие глаза были точной копией глаз ее сына, говорила с явным итальянским акцентом.

— Заходи в дом, Мэри, — сказал Кармело. — Марко занесет наш багаж.

Когда они вошли в особняк и двинулись по коридорам, Мэри показалось, что она миновала лабиринт, состоящий из нескончаемых поворотов и закоулков, прежде чем прошла внушительных размеров гостиную, столь же огромную столовую и оказалась в умопомрачительной по площади кухне.

— У вас такое необъятное жилище! — воскликнула Мэри.

— Ты скоро привыкнешь к нему, — сказал Кармело. — А теперь садись, моя мама хочет все узнать о тебе.

— Со слов сына я знаю, что вы незамужняя мать, — обратилась к ней женщина.

— Но мой сын ничуть не пострадал от этого, — заметила Мэри и вздернула подбородок.

— Что случилось с его отцом?

— Ее вины в том, что случилось с их браком, нет, — сказал Кармело. — Думаю, Мэри может гордиться тем воспитанием, которое она дает Алексу без отца. И я рад, что мой сын подружился с таким хорошим, порядочным мальчиком.

— Кармело! — Его мать снова повернулась к нему. — Ты мог бы жениться повторно и иметь больше детей.

Где-то внутри дома прозвучал тихий звонок, и Кармело с чувством облегчения сказал:

— Обед готов. Мэри, ты, должно быть, проголодалась. Робертино, Алекс, идемте все в кухню.

Миссис Аличени поднялась из кресла с гордым видом, и Мэри поняла, что она не присоединится к ним за столом.

— Похоже, твоя мать далеко не в восторге от меня, — сказала Мэри.

— После смерти отца жизнь у моей матери сложилась довольно трудно, — пояснил Кармело. — С одной стороны, тут есть доля вины ее самой: она очень плохо сходится с людьми. Но я уверен, когда она узнает тебя ближе, ей станет понятно, какая ты замечательная женщина.

— Спасибо за комплимент, — ответила Мэри. — Но я думаю, время все расставит на свои места. — Обернувшись к мальчикам, она сказала: — Дети, можете приступать к трапезе. Кушайте на здоровье.

— Меня волнует проблема образования Робертино, пока мы находимся здесь, — задумчиво проговорил Кармело. — Я не хочу отправлять его в местную школу, потому что за ним могут следить...

— Неужели ты думаешь, что этот негодяй, который запланировал похитить твоего сына, смог разузнать, что мы прилетели из Штатов на Сицилию? — спросила Мэри.

— Конечно, нет, но я не хочу рисковать. Я мог бы захватить с собой частного репетитора для обоих мальчиков, однако мне хотелось увидеть, как на этом поприще покажешь себя ты, а не кто-то другой.

Мэри расхохоталась и заметила:

— Из личной помощницы ты перевел меня в няни, а из няни я превратилась в репетитора. Но вот тут-то ты, я думаю, ошибся: ведь я не имею ни малейшего понятия о методиках преподавания.

— Ты хорошо знаешь английский и математику. И я уверен, у тебя вполне хватит знаний по истории и географии, чтобы обучать детей семи и восьми лет. А если ты обнаружишь в чем-то пробелы, я достану все необходимые книги, и у нас с тобой получится прекрасный учительский дуэт... Но ты, я вижу, не в восторге от всей этой затеи.

— Честно говоря, да, — согласилась с ним Мэри. — Я полагала, что ты будешь работать ежедневно и полный рабочий день, а я буду тем временем заниматься с Алексом и Робертино. Я даже не думала, что мне придется жить с твоей матерью. Я предполагала, что у тебя есть собственная вилла.

— Я продал ее, — ответил Кармело, — потому что не видел смысла держать ее, поскольку появляюсь на Сицилии довольно редко. К тому же, когда я все-таки прилетаю сюда, то считаю своим сыновним долгом пожить вместе с матерью... Мэри, я хочу, чтобы тебе здесь было хорошо. Надеюсь, мы все проведем время на острове неплохо. У меня, естественно, целая уйма дел, но я намерен немало дней посвятить Робертино.

Неужели только угроза похищения сына позволила Кармело осознать, насколько Робертино ему дорог? Мэри не понимала этого мужчину. Алекс для нее был всем, что она имела в жизни, и он всегда будет оставаться для нее таким. Она никогда не стала бы пренебрегать им так, как Кармело пренебрегал своим сыном.

Неожиданно в кухню вошла мать Кармело. Повернувшись к ней, сын спросил:

— Тебе что-то понадобилось, мама?

Темные глаза женщины презрительно сверкнули в сторону Мэри, а затем вновь уставились на сына. Мгновение спустя он услышал:

— Мне нужно несколько минут твоего времени, если ты сможешь уделить их родной матери.

Мэри тотчас поднялась из-за стола и демонстративно покинула кухню, вежливо бросив на ходу:

— Мне нужно разыскать наших мальчиков.

Выйдя наружу, она поняла, откуда в характере Кармело взялась такая властность. С другой стороны, в глубине его души таились такие качества, как доброжелательность, великодушие, сострадание. Мэри сомневалась, что многие люди замечали эти качества. Возможно, этими достоинствами своей натуры он был обязан отцу. Или она просто еще плохо знает миссис Аличени? Может быть, теплота и доброжелательность не чужды матери ее босса? Если так, то она удачно скрывает свои достоинства. По крайней мере, от незваной гостьи.