Чтение онлайн

– Да, корабли в такую даль еще не заплывали, - согласился Деметрий, желая отвлечь его от настороженности и удивления. – Нашим путешественникам, это не под силу. Пока.

– Нам известно, что вы охотно идете на сделки, неано Холт, - продолжал Ирвин, послав благодарный взгляд сыну. – Помогите нам добиться нашей цели – и мы ни за что не останемся в долгу.

И западный лизоблюд с радостью согласился, подумать только! С условием, что получит после общей победы большую часть денег и хороший воинский сын для своего сына Генри, но старому Силивану хотелось верить, что до победы Холт не доживет. Главное, что его не пришлось убивать именно им – довольно уже смертей из-за западных графов. Предателю своего сюзерена и короля, Льюису Холту пришлось бы дорого заплатить, если бы он отказался участвовать в мятежном сговоре – недаром у сидевшего рядом с ним Деметрия был припрятан маленький удобный нож за пазухой.

Однако, все обошлось, и Ирвин Силиван ликовал, неторопливо поглощая свой десерт и запивая его густым многолетним вином. Теперь дела его семьи пойдут в гору, особенно, если есть настолько влиятельные сторонники.

Глава 5. Аминан Анвар

Известие о том, что старый граф Силиван с супругой и невесткой прибыли в столицу, осмотрели дом, а затем внезапно уехал, но, уже оставив Джан Силиван в обществе супруга, немного обеспокоило Аминана, однако к концу седьмого дня месяца Осеннего Тепла его не беспокоили такие мелочи. Герцог устал от бесконечной бумажной работы, которой щедро одаривал король и желал, как следует выспаться, а потому вечером закончил дела раньше. Сгреб ворох документов в верхний ящик стола, запер на серебряный резной ключ и сунул его под подушку. Не очень хороший ход, но если вдруг вор, укравший у него найденное письмо Кэйна, вернется, можно будет почувствовать и схватить наглеца за руку.

Память немедленно подбросила Аминану историю с забравшимся по ошибке в его окно Дином Мейсоном. Интересно, жив глупый мальчишка на границе или его уже подстрелили? Но – к Падшему дурные мысли! Распорядившись, чтобы подавали ужин, он некоторое время сидел и задумчиво смотрел на веселые пляски рыжего огня в камин, ловя себя на странных мыслях. Вроде той, что подбородок и щеки слишком заросли щетиной и надо завтра побриться. А еще – про Адиса Бедиля, оставившего его в одиночестве и жившего сейчас в городской казарме по ему одному видимым причинам. Как вернуть расположение друга, Анвар не очень хорошо представлял, однако позавчера отправил еще одно письмо. Ответа пока не дождался.

Ужинали вместе с Гаем – сегодня юноша не отправился домой. Время прошло спокойно и без прежнего напряжения, да и порученец смотрел бодрее и веселее. Он спросил разрешения уехать на свою свадьбу в Эртвест, однако точной даты не назвал и имя невесты тоже. Темнит или не знает? Размышлять над этим не хотелось, а сомнения герцог молча запил вином.

– Как ваше семейство, неано Силиван? – спросил Аминан с усталым дружелюбием.

– Неплохо, - вежливо ответил Гай, улыбнувшись уголками губ. – Отец и матушка сейчас в особняке – следят за тем, чтобы слуги привели дом в порядок.

– Наслышан. Неано Деметрий даже взял отпуск.

– Всего на несколько дней. Матушке будет тяжело одной справиться со всем.

Аминану Анвару нечего было сказать в ответ – он больше не любил Джан никоим образом и не хотел о ней слышать, думать, разговаривать. Пусть эта женщина будет счастлива, ведь достойна этого, а он свое счастье уже нашел. Но полно думать о любви, надо доедать ужин, пить вино и ложиться спать – завтрашний день предвещал новые дела и трудности.

И он рано задул свечи. Погасли мерцающие рыжеватые огоньки, прохладная постель приняла в свои объятия, герцог смог полностью расслабиться. Быстро сморил прилипчивый сон, и Аминан успел подумать, что еще не стареет – в преклонном возрасте люди страдают от его потери. Добрая матушка, Ясмина Анвар, изредка жаловалась на подобное, но говорила, что у большого числа стариков проблемы с засыпанием. Будет славно, если его это не коснется.

Сперва сновидения не окутали его рассеянного сознания, зато после пары пробуждений и новых засыпаний Аминан обнаружил себя стоявшим возле дворцовых покоев короля. Украшенная черными с золотыми узорами драпировками стена напоминала чем-то времена правления Антуана Моранси – ах, действительно! Именно такая при нем и была! Анвар оглянулся, но за спиной царила непроглядная зловещая мгла, и если бы не цепкий взгляд из нее, упрямо прилипший к нему, бояться было бы нечего. Вздохнув, он отступил от двери, перевел взгляд с драпировки на два ночных подсвечника, покрытых червленой позолотой, и захотел уйти.

Но не тут-то было.

По обе стороны от Аминана возникли две черные тени-фигуры, крепко схватили его за локти и втолкнули в неожиданно распахнувшуюся дверь, а там резко ударил по глазам дневной белесый цвет, какой бывает поздней осенью при затянутом тучами небе, и пятна крови на полу задели яркостью. Алая липкая жидкость, медленно подползающая к носам его сапог.

– Падший побери!.. – ахнул герцог и машинально попятился.

Бум! Высокие двери темного дерева захлопнулись за его спиной с таким ужасающим грохотом, что он вздрогнул. Что за чертовщина, почему в коридоре была ночь, а здесь день, и кто устроил резню? И где тела?

Никого не убили – жертвы и нападавшие спаслись бегством.

– Короля ранили! – завопил истошно кто-то совсем рядом, но Аминан продолжал оставаться в закрытой комнате.

– Короля…

– Его Величество при смерти!

Сердце враз стало шальным, мысли бросились врассыпную. Откуда голоса - из-за двери или где-то в комнате? Мысленно проклиная втолкнувших его шутников последними словами, Аминан обернулся и бросился к наглухо закрытой двери, чтобы дернуть за позолоченный шар – ручку, и распахнуть. Странно, но это удалось, преграда поддалась легко и быстро, чудом не огрев деревянной гранью Анвара по лбу. И лишь тогда он сумел выскочить за дверь, однако никаких людей, что кричали, не встретил.

Лишь один человек.

Высокий, широкоплечий, с ярко-рыжими волосами и смуглой кожей, Мирит по имени Соурен, потому что никем другим он не мог быть, стоял, прислонившись к стене и скрестив на груди руки. Взгляд янтарных глаз опускался прямо на Анвара, отчего тому становилось не по себе. Деваться, тем не менее, было некуда и пришлось замереть в слепом пугающем ожидании.

– Соурен? – голос дрогнул.

– Да, потомок моего наместника, - уголок темных губ резко дернулся вверх. – Я расскажу тебе все, что знаю, и чего пока не должен знать ты.

– Что с королем?! – рванулся Аминан вперед, потому как этот ответ его совершенно не устраивал.

– Стоять, эн-меридский осел! – рыкнул Мирит Юга, цепко схватив его за руку. – Тебе надо знать о том, что двое из четверых уже более не Хранители своих земель.

– Четверых?..

– Один смалодушничал и был лишен своих сил, Анвар, а второй не был Хранителем с самого рождения. Настоящие Хранители – иные люди.

– Я тоже?
–  почему-то этот вопрос получилось задать очень спокойно.

– Нет, ты по-прежнему Хранитель Юга и вассал своего короля, но берегись, Аминан Анвар, того дня, когда тебе представится соблазнительный шанс предать сюзерена. Вестан очень недоволен деятельностью подопечного ему Хранителя, и если у тебя так же станут умирать вассалы одни за другим…

– Скорее небо упадет на землю! – разозлился герцог, и у него отчего-то нехорошо закружилась голова.

Соурен ответил ему широкой, хищной улыбкой, затем разжал длинные сильные пальцы. Предплечье продолжало надсадно ныть, словно его ударили по руке чем-то тяжелым и крепким, но Аминан старался не обращать внимания. К черту все, ему нужно выбираться из этого места – если, конечно, он еще живой. Чем дольше тянулись стройные ряды притихших мгновений, тем сильнее приходилось в этом сомневаться.