Чтение онлайн

ТЕРАПЕВТИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ

ПРИ ТРАНСПЕРСОНААЬНЫХ КРИЗИСАХ

Первая и наиболее важная задача человека, помогающего пережить трансперсональный кризис, — установление хороших, доверительных отношений с пациентом. Только на этой основе можно по-новому осмыслить процесс, в который вовлечен пациент, и передать ему уверенность в исцеляющей и преобразующей природе этого процесса. Такой подход диаметрально противоположен стратегии традиционной психиатрии, любящей патологические ярлыки и неразборчиво пресекающей подходы к необычным состояниям сознания. Основной принцип новой стратегии — нацеленная на использование позитивного потенциала поддержка процесса и содействие его течению.

Для позитивного разрешения трансперсонального кризиса крайне важно, чтобы пациент понимал интрапсихическую природу необычных переживаний.

Степень необходимой помощи зависит от природы, глубины и интенсивности процесса. Некоторые люди чувствуют себя озадаченными и поставленными в тупик своими переживаниями, но тем не менее могут жить обычной жизнью. В таких случаях достаточно помочь осмыслению происходящего, рекомендовать подходящую литературу и вести нечастые поддерживающие беседы, облегчающие интеграцию необычных переживаний.

Стратегически необходимо создать ситуации, в которых возможно подробное рассмотрение появляющегося материала, например периодов медитации или интроспективных переживаний, облегченных музыкой. Это предохраняет остальное время повседневной жизни от вторжения элементов бессознательного. В других случаях возможно использование техник замедления процесса, если обстоятельства требуют практических действий. Здесь подходит легкая диета, употребление напитков с большим содержанием сахара или меда, интенсивные физические упражнения, такие, как утренний бег, ходьба, плавание или работа в саду, исключение стрессовых и перегружающих ситуаций, запрет на некоторые духовные практики и в крайних случаях — нечастое использование слабых транквилизаторов. Если же процесс настолько интенсивен, что мешает, несмотря на все принятые меры, повседневной жизни, необходимы регулярные терапевтические сеансы, с концентрацией на переживании, в ходе которых можно облегчить положение, используя техники раскрытия, разработанные гуманистическими и трансперсональными психологами или различными духовными традициями мира. В этом случае используется гештальттерапия, психосинтез, юнгианское активное воображение и рисование мандал, некоторые неорайхианские подходы, нацеленные на работу с телом, использование музыки и танца. На всех стадиях процесса может оказаться полезным художественное выражение — рисование мандал, экспрессивный танец и движение, а также литературное творчество.

Изучая биографии и автобиографии адептов прошлого и настоящего, легко заметить, что личность просветленных и продвинутых мистиков в значительной степени остается закрытой. Каждый из них обладает психологическими качествами, детерминированными генетикой и историей жизни. Одни пассивны, другие эффективны и динамичны, одни мягки, другие суровы, одни не интересуются наукой, другие — замечательные ученые. Их объединяет просветленное существование, а это означает, что они больше не отождествлены с личностным комплексом, а если некоторые очертания этого комплекса сохраняются, они отделены от самости. Просветление дает возможность трансцендировать привычки «эго», но не уничтожает и не стирает личность.

Но расстается ли просветленный с теми неизменными характеристиками, которые у непросветленного человека называются невротическими? Мне кажется, да. Если они истинные Учителя, то их главным желанием должна быть передача трансцендентальной реальности. Вместе с тем, их поведение во внешнем мире — дело личного стиля. Последователи, конечно, хотели бы думать, что их идеальный гуру освободился от капризов и его явные идеосинкразии проявляются исключительно ради того, чтобы учить других. Но, немного поразмыслив, понимаешь, что это всего лишь предположение и фантазия.

Личность адепта ориентирована скорее на самотрансценденцию, чем на самоосуществление. Это явно не путь самоактуализации (в несколько более узком понимании термина, чем у Мэслоу), это — намерение реализовать психическую целостность, интегрировав тень. В терминологии Юнга «тень» — это темная часть личности, сумма подавляемого.

Традиционные духовные пути ориентированы на вертикальный идеал освобождения от зависимого состояния тела—психики. Они нацелены на окончательное благо — трансцендентное бытие. Эта духовная однонаправленность оставляет человеческую психику вне фокуса: интересам личности не придается значения, а ее структуры рассматриваются как нечто скорее подлежащее трансценденции, чем трансформации. Все методы самотрансценденции, конечно, включают в себя определенную меру самотрансформации, но обычно это не включает в себя работу с тенью и интеграцию психики. Поэтому многие мистики и адепты проявляют сильную эксцентричность и авторитарность, а их личность социально слабо интегрирована.

Интеграция, в отличие от трансценденции, происходит в горизонтальном измерении, она расширяет идеал целостности до зависимой личности и ее социальных связей. Кроме того, интеграция происходит только в том случае, когда взаимозависимые личность и мир не противопоставляются предельной реальности, а расцениваются как ее проявления. Обнаружив Божественное в глубине собственной души, адепту необходимо обрести Божественное во всей жизни.

ПСИХИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ

К понятию «психическая патология» я отношу все духовные кризисы и патологии, которые: 1) возникают спонтанно; 2) вторгаются каким-либо образом с низших уровней развития во время тяжелого стресса (так называемые психотические эпизоды) и 3) осаждают человека, начинающего практиковать созерцательные дисциплины.

1) Спонтанные

Наиболее драматична психическая патология, возникающая при спонтанных и, как правило, ненамеренных пробуждениях духовно-психических энергий и способностей. В легких случаях эти кризисы вызывают беспокойство, в тяжелых могут приносить опустошение. Пробуждение кундалини, например, может давать эффект своеобразного психологического динамита.

2) Психозоподобные состояния

Одним из наиболее загадочных аспектов преходящих шизофренических нарушений, или психозоподобных эпизодов, является то, что они часто содержат глубинные духовные прозрения, но структурируются в невротичной, пограничной или даже откровенно психотической (в частности, типа параноидальной шизофрении) форме.

3) Люди, начинающие практику созерцания

а) Психическое «наполнение».

Универсально-трансперсональные энергии и прозрения психического уровня связываются исключительно с индивидуальным «эго», что порождает крайнюю нестабильность, особенно если присутствует остатки нарциссизма.

б) Нарушение структурного баланса из-за ошибочного применения духовных техник.

Подобные отклонения часто встречаются на пути очищения и искупления в крийя- и чарья-йоге и при использовании более тонких техник, таких, как мантраяна. Обычное проявление такого отклонения — слабые всплески тревоги или психосоматические конверсионные симптомы (головная боль, слабая сердечная аритмия, кишечные расстройства и т.д.)

в) Темная ночь души.

Когда переживание Божественного в первый раз начинает меркнуть, душа страдает и переживает глубокое депрессивное состояние, ощущая себя заброшенной (не следует путать это состояние с пограничной, невротической или экзистенциальной депрессией).

г) Расщепление жизненных целей.

Вопрос, остаться ли в мире или уйти в медитацию, может мучить и ослаблять психику. Это — проявление одной из форм глубинного разлома между высшими и низшими потребностями самости.

д) Псевдодукха.

В определенных медитативных техниках (например, випассане) начальная фаза обучения осознанию приносит понимание болезненности проявленного существования как такового. Если данное проявление приобретает подавляющий характер, то его можно назвать псевдодукхой. Подобное состояние часто возникает как остаточный результат экзистенциальных, психоневротических или пограничных проблем. Человек не достигает понимания горечи жизни как таковой, он просто ожесточается на жизнь.