Чтение онлайн

Второе событие датируется 28 апреля 2011 г., когда на заседании Общественной палаты проходило обсуждение альтернативного проекта стандарта для старшей школы, представленного президентом РАО. Здесь интерес представляет тот факт, что ведущими авторами проекта являются специалисты, так или иначе имеющие отношение к ВШЭ, а главным идеологом программы выступает сам Я. Кузьминов, который в то же время — председатель комитета развития образования в Общественной палате. Вот так, простенько и со вкусом: сам создает проект и сам же дает ему оценку.

Вообще то, что над всеми сколько-нибудь знаковыми явлениями современных преобразований витает призрак ВШЭ, вполне закономерно, а уж касательно образования — сам черт велел: вспомним один из основополагающих принципов — «реализацию просветительской миссии в образовательном сообществе России». Это неопровержимо свидетельствует, что политика, формируемая в недрах этого научного учреждения, становится государственной политикой, и не только в сфере образования. Учитывая мощнейший научный потенциал и беспрецедентно высокий уровень преподавания, трудно отделаться от опасений, что ВШЭ не уподобится некоему гибриду «министерства правды» и «министерства изобилия» в одном флаконе, не зря же будут есть свой хлеб высокооплачиваемые выпускники по специальностям «история», «политология», «журналистика».

Суммируя вышесказанное, можно с полной определенностью заключить, что все громы и молнии в адрес и Министерства образования, и разработчиков реформ — всего лишь пустое сотрясение воздуха, а обвинения и проклятья в адрес конкретных персонажей необоснованны и абсолютно бесполезны, потому что они не злодеи, не исчадия ада, не «агенты мирового империализма», а всего лишь типичные представители глобального управляющего класса, для которых понятие «национальная безопасность» — такой же анахронизм, как и понятие «за державу обидно». Они «не горячие и не холодные», не добрые и не злые — они соответствующие своему предназначению, не больше и не меньше. Они выполняют поставленную им задачу и проводят в жизнь стратегическую линию тандема; ведь все законы и поправки, подготовленные ими, подписываются и утверждаются как тем, так и другим.

Ситуация в России представляет некоторую уникальность в том смысле, что интеллектуальное состояние элит еще не приобрело характера однородности, да и сами элиты подобны войсковому соединению, поступившему на переформирование после тяжелых боев. Часть из них уже вошла в глобальный управляющий класс и прочно там закрепилась, другая же часть в силу различных причин либо в него не попала, но очень хочет, либо отвергает всеми фибрами души, нравственно опираясь на традиции, воспитание, а то и просто по причине косности мышления. А между тем Запад уже давно проявляет трепетную заботу о глобализации, полагая ее своего рода рычагом для введения новых законов, которые, в свою очередь, явятся средством контроля, в том числе высшего образования. Закономерно, что экономический аспект является приоритетным. Циркуляция торговых потоков, инвестиционные транши, транснациональные производства и рынки растут в геометрической прогрессии.

Вполне естественно, что в этом броуновском движении растет и торговый оборот услуг, в том числе образования. Еще в середине 1990-х Организация по международной торговле (ОМТ) оценила мировой рынок образования в 27 млрд. долларов. Все более прочно укрепляется в мировом бизнесе понятие «экономика знаний». Теоретические исследования свидетельствуют, что в этой сфере наличествует скорее изобилие ресурсов, в отличие от традиционных направлений, все чаще испытывающих дефицит. Ключевой формой капитала становится капитал интеллектуальный. Глобальный рынок диктует спрос на квалифицированные кадры, обеспеченные международным сертификатом соответствия. Поэтому сегодня образование — одновременно и успешно продаваемая услуга, и ценнейшая интеллектуальная собственность. В. М. Филиппов, будучи членом экспертной группы Совета Европы и ЮНЕСКО по высшему образованию в Европе, проводил активную работу по признанию российских вузовских дипломов на международном уровне. Многогранность этой задачи включает в себя и вопросы, связанные с содержательной частью отечественного образования. Адаптация российской высшей школы к общемировым стандартам требует вполне определенных шагов, поэтому все возмущения по поводу проводимых реформ направлены не по адресу: это все равно что пинать трактор, который снес пивной ларек.

 * * *

Еще более показательна в этом плане фигура Я. Кузьминова. Будучи непоколебимым адептом неолиберализма в своей сфере, он последовательно проводит в жизнь философию ОМТ, МБ, МВФ, основанную исключительно на принципах свободной торговли и рыночных механизмах, включая их применение к таким традиционно государственным областям, как энергообеспечение, здравоохранение, образование. Личность эта исключительно нужная во всех сферах внутренней государственной политики. Так, по поручению правительства он возглавил экспертную группу по разработке — как вы думаете, чего? Ни много ни мало — проекта Концепции миграционной политики России. Думается, результаты этой работы ни у кого не могут вызвать сомнений. Вот почти прямая речь.

Миграция — мощный ресурс развития экономики, имеющий ключевое значение не только для уверенного экономического роста, но и для обеспечения социальной динамики, укрепления позиций России в мире, повышения уровня и качества жизни наших граждан.

Господин Кузьминов пребывает в убеждении, что сокращение миграции неизбежно приведет к падению экономики и жизненного уровня населения и может вызвать социальные взрывы. Насчет социальных взрывов, а особенно их причин — вопрос действительно серьезный, только это не то, что подумал уважаемый эксперт, а скорее с точностью до наоборот, — а вот в остальном он абсолютно прав. Такая, вывернутая на изнанку здравого смысла, экономика действительно рухнет. К сожалению, другой он не знает, и научной работы по поиску не ведет, и от научного руководителя того же не требует, и студентов обучает по накатанной роттердамской схеме. Зачем что-то искать, когда перед глазами — передовой мировой опыт. Правда, в последние годы он рушится на глазах, но это ничего не значит, поскольку — «весь цивилизованный мир». На память приходит булгаковский генерал Чернота с его размышлениями: «Думал поначалу махнуть в Мадрид, но Париж все-таки пристойней».

Остается непонятным, для чего стране научно-исследовательское учреждение, которое не ищет путей к пресловутым инновациям в фундаментальных направлениях, а тупо копирует давно опробованные чужие модели сомнительного качества — ведь для этого вполне достаточно традиционных зарубежных стажировок. Видимо, в подтверждение доктрины г-на Фурсенко, время творцов прошло, настало время профессиональных потребителей, и в области науки тоже.

Далее: «Среди выходцев из среднеазиатских республик, которые у нас работают в сфере обслуживания, копают что-то, метут наши дворы, достаточно высока доля людей, имеющих высшее и среднетехническое образование. При благоприятных условиях, если им повезет, они могут занять места врачей в наших поликлиниках, учителей в наших школах. Следовательно, мы получим уже готовых специалистов, не затратив на их обучение никаких средств».

Ну разве не прелесть? То наши продвинутые научные руководители сокрушаются от избытка дипломированных отечественных специалистов низкого качества, а тут радуются перспективе прийти в поликлинику на прием ко вчерашнему дворнику со среднеазиатским дипломом, возможно уже и понимающему немного по-русски. Хотя оно тоже понятно: они сами лечатся в других поликлиниках, а чаще — в других странах…

Однако сарказм в сторону. Квалифицировать подобные заявления как преступные, к сожалению, не позволяют современные юридические нормы: зацепиться не за что, но здравое подсознание каждому неравнодушному гражданину подсказывает именно такую квалификацию услышанного. Впрочем, не всякое предательство и не всегда может преследоваться по закону. К сожалению.

И наконец: «Мы убеждены, что в соответствии с возрастающей долей мигрантов на нашем рынке труда должна резко измениться политика в области профессионального образования. Вместо того, чтобы жаловаться, какие неподготовленные едут к нам мигранты, мы должны скоростным методом, на кратких курсах, обучать их тем профессиям, которые нам требуются».

Он отметил, что около 80% нынешних школьников желают поступить в вуз, ставя перед собой цель всего лишь получить диплом.

«Эту психологическую установку нашей молодежи на «чистую» работу может изменить только какая-то социальная катастрофа. Но мы ведь не хотим катастроф? Тогда давайте принимать и обучать в профтехучилищах мигрантов, а то скоро в ряде жизненно важных отраслей у нас работать будет некому».

И это, хочется добавить, целиком и полностью ваша заслуга, господа либералы. Дело-то ведь не в «чистой» работе и даже, по большому счету, не в деньгах, вернее, не столько в этом. Дело в том, что усилиями вашей новой идеологии все те, кто не относится к обладателям «чистой» работы, низведены до положения быдла — бессмысленного, бессловесного и бесправного. Эти 80% просто не хотят считаться быдлом, даже если и являются им по сути.

С точки зрения защиты мы вправе заявить суду: подзащитный заслуживает снисхождения, так как у него неизлечимая неолиберальная патология, справка прилагается. Однако последние цитаты выбивают у адвоката почву из-под ног, так как от этих слов откровенно несет провокацией. Остается лишь внести предложение расстрелять эти 80%, потому как они не нужны стране ни в каком качестве: ни как элита, ни как толпа.