Чтение онлайн

— Норма обещала забрать ее из сада.

Клотильда закатила глаза и вздохнула.

— Ты меня осуждаешь? — мигом ощетинилась Робин.

У нее и так полно проблем. Не хватало еще оправдываться перед уборщицей за методы воспитания собственного ребенка! Робин и без указки знала, что уделяет Элис слишком мало времени. Однако в те редкие дни, которые они проводили вместе, Робин старалась дать малышке как можно больше любви, ласки, внимания и… знаний.

— Что вы, миссис Филлинг… Кто я такая? — почувствовав настрой собеседницы, ответила Клотильда. — Просто негоже ребенку проводить все вечера у соседки.

— Норма не только моя соседка, она… — Робин заговорила так быстро и вспыльчиво, что поперхнулась воздухом. — Норма моя подруга и крестная Элис. Если со мной что-нибудь случится…

— Будете так гореть на работе, непременно получите букет болячек поцветистее моего, — невозмутимо заметила Клотильда, не поддавшись на провокационный тон, заданный Робин.

— Я вовсе не убиваюсь. — Робин сникла, почувствовав в своем голосе неуверенность.

— Не забывайте, что у вас есть муж и отец Элис. Кстати, как поживает мистер Филлинг?

— Джеймс? — Робин пожала плечами, словно у нее было несколько мужей из семейства Филлинг и с каждым из них что-то могло быть не так.

Клотильда молча кивнула, приготовившись к долгой исповеди. Неужели у нее нет более подходящего слушателя? — невольно задала себе вопрос Клотильда. Обычно рядом оказывается подруга, мать, старшая сестра… Робин же открывала душу перед немолодой, одинокой уборщицей, которая никогда не была замужем и могла рассуждать о семейных неурядицах, лишь как сторонний наблюдатель. Впрочем, учитывая, сколько ей пришлось на своем веку повидать и сколько слезливых историй она выслушала…

— Я больше не могу! — едва сдерживая слезы, воскликнула Робин. — У меня не осталось сил! Бороться с пагубным пристрастием Джеймса невозможно! Чем дальше — тем хуже. Он не считает свой азарт болезнью, а потому не считает нужным обращаться за помощью к специалисту. Я слышала, что игромания сейчас одно из самых распространенных заболеваний. После алкоголизма и наркомании, разумеется.

— Насколько я знаю, — осторожно заметила Клотильда, — ваш муж очень богат и…

— Был, — горестно ответила Робин. — Пока не связался с картами. Его отец построил настоящую банковскую империю. Слава богу, он не дожил до того момента, когда единственный сын и наследник разгромил его детище. Камня на камне не оставил. Помнится, мистер Филлинг уверял, что заработанных им денег хватит на безбедное существование, как минимум, десяти поколений. — Робин усмехнулась. — Теперь же я вынуждена беспокоиться о будущем Элис.

— Миссис Филлинг, на прошлой неделе вы говорили… Ведь вы с мужем ходили в ресторан. Он подарил вам колье с бриллиантами, — напомнила Клотильда.

Переменчивость в настроении Джеймса Филлинга, а, следовательно, и Робин приводила ее в замешательство. Зачем транжирить деньги? Тратить тысячи долларов направо и налево, чтобы наутро проснуться бедняком?

— Вот именно! Джеймс всегда так. Я устала от его непостоянства. Я не могу жить, не зная, что произойдет завтра. Моя семейная жизнь — палаточный лагерь на вулкане. Сегодня спокойно, а завтра взрыв. Клотильда, вы не представляете, что это такое — быть замужем за игроком.

Клотильда скромно промолчала. По большому счету она не представляла себе, что такое быть замужем.

— Когда десять лет назад я выходила за него замуж, я считала, что вместе с подписью в брачном свидетельстве подписываюсь под спокойной и обеспеченной жизнью. Джеймс был таким… предсказуемым.

Робин грустно улыбнулась. Как она ошибалась в нем! Подающий надежды юрист оказался азартным картежником. Поначалу его страсть оставалось тайной для всех. Даже для Робин. Затем она стала тайной сообщницей мужа, скрывая правду от его родителей. Миссис и мистер Филлинг всегда снабжали единственного сына деньгами, исправно пополняя его банковский счет.

После свадьбы Робин и Джеймса они решили, что участившиеся требования денег — результат возросших потребностей молодой семьи. Тем более что Робин была бесприданницей. Миссис Филлинг всегда несколько снисходительно относилась к Робин и ее гардеробу. Неужели тех денег, которые Джеймс получал от отца, недостаточно для того, чтобы купить себе нормальную одежду и обувь? — удивлялась свекровь. Знала бы она, какую мизерную часть тех баснословных сумм получала от мужа Робин!

Началось все с банальной дружеской пирушки. Будут только мужчины, предупредил Джеймс, как бы оправдываясь перед молодой женой, вынужденной остаться дома в компании телевизора. Робин сочла за лучшее не спорить. Они были женаты почти год, и у нее ни разу не возник повод усомниться в верности мужа. Пусть ребята повеселятся, решила она. Попьют пива, посмотрят бейсбольный матч, поговорят об автомобилях и женщинах… В такие вечера лучше не надоедать мужу напоминанием о том, что они собирались в гости к, его бабушке.

Затем вечеринки, на которые Джеймс отправлялся в одиночестве, участились. Теперь не проходило и двух недель, чтобы Джеймс не уходил из дома. Возвращался он далеко за полночь, жалуясь на усталость и головную боль.

Другая женщина? Нет, когда Джеймс возвращался домой, от него пахло вовсе не чужим парфюмом, а сигаретным дымом и пивом… Правда, затем Джеймс перешел на тяжелую артиллерию. Теперь до Робин, делавшей вид, что спит, доносился запах неразбавленного виски.

Прошло не меньше двух лет, прежде чем Робин узнала о том, что ее муж на каждой из этих вечеринок проигрывал месячный бюджет их семьи. Шли годы. Джеймс пропадал все чаще и проигрывал все больше.

Однажды он пропал на три дня. Это случилось уже после смерти его родителей. Их автомобиль — самый надежный в мире! — слетел с обрыва. Как уверяли медики, они умерли почти мгновенно. Не мучились. В какой-то момент Робин им даже позавидовала. Они никогда не узнают о том, что их сын катится по наклонной плоскости. Да еще и жену тянет за собой. Робин заканчивала аспирантуру. Одному богу известно, каких трудов ей это стоило! Она работала над диссертацией по ночам, когда Джеймса не было дома. Он пил виски и проигрывал огромные деньги, она же читала книги, корпела над архивными материалами и анализировала тексты французских классиков, находя в них параллели и скрытое цитирование.

Как только Джеймс появлялся на пороге, озлобленный, с затуманенным от виски взглядом, Робин откладывала книги и покорно помогала мужу раздеться и лечь спать. Наутро Джеймс брюзжал, придирался по малейшему поводу и устраивал скандалы, словно Робин была виновата во вчерашнем проигрыше.

Почему она терпела? Неужели вся ее супружеская жизнь была столь безрадостной? Отнюдь. За десять лет брака Робин могла вспомнить и массу прекрасных моментов. Отпуск на Гавайях на третью годовщину свадьбы. Новый дом, который она обставила по своему вкусу. Наконец рождение долгожданного ребенка.

Какие надежды возлагала на малютку Робин! Возможно, дочка станет спасательным кругом для них с Джеймсом. Они так мечтали о ребенке, и вот чудо произошло. Робин забеременела. Джеймс не отходил от нее ни на шаг. О «мужских вечеринках» было забыто. Робин надеялась, что навсегда. Теперь-то она поняла, как наивна была тогда. Элис не смогла заделать ту брешь, которая медленно, но верно вела их семейную лодку к гибели.

Первые полгода Джеймс был примерным отцом. Настоящий образец семьянина. А потом в нем будто что-то треснуло, надломилось… И все вернулось на круги своя. Поздние возвращения домой, озлобленность, раздражительность и… перебои с деньгами.