Чтение онлайн

Качаю головой:

— Мне любопытно. Продолжай.

— Люблю сервировать готовые блюда. Иногда сделать это очень просто, если в приготовленном виде еда яркая и привлекающая внимание, а вот если она невзрачного цвета или выглядит бесформенной, важно правильно подобрать тарелку и компоненты для украшения.

— Что ты имеешь в виду?

— Например, паштеты. Они на вид обычно сероватые, но можно добавлять в них зелень или лимонные корки, чтобы это исправить. Если рецепт этого не подразумевает, можно сверху полить растительным маслом — его золотистый цвет добавит блеска. Можно использовать зёрна граната или ту же петрушку. А можно изначально взять посуду, сделанную так, чтобы цвет паштета не бросался в глаза.

— Это как? — уточняю я, отправляя в рот последний кусочек.

— Например, если тарелочка выполнена в форме полураспустившегося бутона.

— Слушая тебя, понимаю, что непростительно мало внимания уделяла сервировке.

— Ничего страшного. Нормально обращать внимание только на то, что по-настоящему интересно… Ещё мне нравится быть поваром потому, что еда улучшает настроение, примиряет, сплачивает. Знаю, некоторые злятся только из-за того, что голодны. Да и наслаждение вкусной едой одно из самых доступных. А уж видеть, что еду, приготовленную твоими руками едят с удовольствием отдельное удовольствие. Невероятно приятно. Но я знаю, что для некоторых готовка хуже каторги, и они не получают от неё никакого удовольствия. Знаю, но не понимаю… А ты умеешь готовить?

Качаю головой:

— Не особенно. Могу поджарить или сварить яйца, сделать бутерброд, но на этом всё. Никогда не задумывалась о том, что можно научиться готовить. Как будто результат не стоит затраченного времени.

— Ничего страшного. Теперь у тебя есть я.

Он забирает грязную посуду и приступает к её мытью. Хмурюсь:

— Прости, что тебе пока приходится мыть посуду самому. Я накладываю заклинания в порядке важности, и безопасность на первом месте. Зачаровать холодильный шкаф и нижнюю часть башни я постараюсь после ужина, а вот шкаф для мытья посуды и кухонный телепорт не раньше, чем через несколько дней.

— Ничего страшного. Я могу пока закупать только то, что не испортится, либо сможем съесть сразу. Думаю, можно купить завтра несколько стазисных корзин, и это на время решит проблему… Я так понимаю, в дом лучше не приводить посторонних?

— Я попрошу Тиама найти тебе носильщика и экипаж. Но я должна тебя кое о чём предупредить. Во-первых, можно доверять только тем, с кем он лично тебя познакомил. Если вдруг придёт кто-то и скажет, что послан Тиамом — не верь. Напрямую уличать в обмане не стоит, потому что ты не знаешь, кто именно перед тобой и какая у него квалификация. Так что можешь сослаться, что выберешься на рынок позже; что забыл что-то в доме и так далее. Самое главное — не продолжать общение.

— Но ведь он уйдёт! — Данрэ ставит тарелку на сушилку, набирает воду в большую кастрюлю и переносит её на плиту.

— Твоя безопасность на первом месте. И лучше всего всегда выходи из дома вместе с Луанем. И даже если он с тобой, всё равно рисковать не стоит… Договорились?

— Да. Я сейчас чувствую себя слишком счастливым, чтобы рисковать это потерять.

— Во-вторых, я поставлю на входные двери и холл хитрые заклинания. Если кто-то говорит, что не может зайти, знай, что у него злые помыслы, яд или оружие. Конечно же, тебе нужно сразу же зайти в дом и закрыть за собой дверь. Я очень сильна, но это не даёт гарантию от взлома или того, что найдётся кто-то сильнее меня. А дверь может задержать и без заклинаний.

— А взломать защиту может даже маг со слабым уровнем дара?

— Это маловероятно, но если он потратит много времени, рано или поздно найдёт лазейку.

На самом деле вероятность того, что кто-то сможет пройти через мою защиту, почти равна нулю, но всё-таки она есть. Поэтому будет лучше, если мужья будут об этом знать.

— Хорошо. Постараюсь не создавать поводы для твоего беспокойства… А ты будешь суп? Я опросил остальных, и никто не возражает против супа на ужин. Я на всякий случай ещё пожарю мясо и приготовлю пирог, если вдруг суп не понравится.

— Буду.

Смотрю, как Данрэ перекладывает в кастрюлю мясо, какие-то корешки, овощи и щедро сыпет приправы. По улыбке и горящим глазам уверяюсь, что он действительно любит свою работу.

Огибаю стол и присаживаюсь на его краешек. Уточняю:

— Ведь ужин ещё нескоро, не рано ли ты начал варить суп?

— Нет. Сейчас посолю, и он будет три часа томиться. Потом ещё кое-что добавлю и продолжу приготовление. В результате суп получится густым, с мясом, которое расползается на волокна, твёрдой сочной кукурузой и другими овощами.

— Звучит вкусно… Значит, ты уже освободился?

— Да, — оборачивается он. — А ты почему спрашиваешь?

Призывно улыбаюсь:

— Хочу, чтобы ты меня поцеловал.

Данрэ стягивает передник, бросает его на стул, подходит ко мне и целует так, что внутри разгорается огонь желания. Прижимаюсь всем телом и ощущаю, что наши с Данрэ стремления совпадали. Ёрзаю, отчего из его груди вырывается стон. Но добиваюсь именно того, чего мне и хотелось: муж усаживает меня на стол и сжимает мои ягодицы своими ладонями. Затем раздвигает мои колени и прижимается ко мне так, что я чувствую его готовность к большему.

Тёплые ладони Данрэ проникают под подол туники, крадутся вверх, видимо, в поисках трусиков, и не обнаружив их, оглаживают кожу. Муж отстраняется, чтобы расправиться со своим ремнём, затем притягивает меня к себе и осторожно проталкивается внутрь. Обхватываю его талию ногами и откидываюсь назад. Хочется поторопить, получить быстро и прямо сейчас то, что мне нужно. Но терплю. Хочу, чтобы Данрэ сделал всё так, как желает именно он.

Когда муж входит полностью, меня пронизывает чувство наполненности и правильности. Предвкушение кружит голову.

Данрэ обхватывает своими большими тёплыми ладонями мои ягодицы и начинает двигаться. Резко, порывисто. Точно так, как нужно, чтобы чувствовать острые вспышки удовольствия.

Не выдерживаю долго и уже через несколько минут забираюсь на вершину наслаждения и сотрясаюсь в оргазме.

Подождав, пока я затихну, Данрэ ловко переворачивает меня живот, оглаживает мою спину и то, что пониже, и ворчит:

— Хорошо бы на такой случай иметь плед, чтобы тебе было мягче, но я как-то не подумал. Но в будущем исправлюсь.

Входит в меня одним плавным движением и начинает медленно двигаться, постепенно ускоряя темп. С каждым толчком, моё, уже угасающее, возбуждение просыпается с новой силой. Когда он начинает ласкать мою грудь и целовать шею, стоны не получается сдержать ни мне, ни ему.

Данрэ ускоряется ещё, из его горла вырывается всхлип, и он содрогается внутри. То, что мужу сейчас настолько хорошо, доводит до пика и меня тоже. Тело скручивается тугой пружиной, а потом словно взрывается наслаждением. Настолько остро, что не удаётся сдержать крик.