Чтение онлайн

Джорджия не стала Чериш, ее семья не получила божественного благословения, а я не написала статью, и Брюс меня на фиг уволит.

— А что со статьей?

Я открыла ноутбук и файл под названием «Охотничий». Секунду смотрела на аккуратные рядки текста, потом пометила все и нажала «del». Страница снова стала девственно чистой.

Демон ничего не спросил и не сказал, чтобы я отменила, просто смотрел молча. Я захлопнула крышку.

— Кроме Сидди, конечно. Она-то получила что хотела.

— С чего ты взяла? — спросил Уильям. Он обернулся ко мне. — Извини, что подслушиваю, но Сидди уехала ни с чем. Я думал, вы знаете.

Демон выглядел правдоподобно удивленным.

— Кажется, мы с тобой все проспали. Так кто же это был?

— Третий. Мы его не знаем, — сказала Джиа. Ее волосы засыпали все сиденье, когда она повернулась, опираясь о спинку. — Невысокий, светлые волосы, голубые глаза.

Отличный костюм.

— Просто ангел.

— Кажется, он из Европы, — добавил Калеб. — У него какое-то финское имя.

— Приехал под утро и увез Эркхам. Очень вежливый, но какой-то странный.

— А слуги его знают.

— Они говорили, что уже видели его в Охотничьем.

— Я даже слышал, что он аристократ.

— С ума сойти!!!

— Кто? — переспросила я.

— Аристократ, — пояснил Демон. — Так называют урожденных.

— А разве они еще есть? — спросил Уильям.

— Выходит, есть…

Джорджия вздохнула, и если была в этом вздохе боль, я ее не услышала.

— Настоящий аристократ… Тогда у нас с Сидди совсем не было шансов. Так что единственное, что ей досталось, это тот лапочка бармен.

— Здорово, Дагни, — сказал Демон весело, — ты оказалась права. Никто не получил того, что хотел.

— На самом деле я так не думаю. — Я смотрела в черный иллюминатор и представляла,

что сейчас мы прорезаем облака, и они заволакивают самолет клубами белого дыма.

— Думаю, каждый из нас что-то да увез отсюда.

— Что, например?

— Твои дети снова вместе. Я получила новое видение того ужасного мира, что меня окружает.

— А Сидди — лапочку бармена, — подсказал Калеб. Я уже и не представляла, что его настроение может быть на десять баллов по десятибалльной шкале, после того как насмотрелась на минус один. К тому же… все выглядело несколько иначе, и вскоре я поняла почему — в их тройке посередине всегда была Джиа, а теперь — Уильям.

Она не отнимала от него рук, будто он мог куда-то деться, а Калеб почти ластился — может, не самое верное, но единственное подходящее слово, пришедшее на ум. Так они его до обморока зацелуют, пока доберемся.

Хотя если не зацеловали этой ночью, то он крепкий парень и выдержит что угодно.

— Не думаю, что лапочка бармен долетит до Сиэтла живым, — вздохнула Джорджия. Но это был притворный вздох. Однако меня уже не коробило. Я перестала мерить их человеческими мерками, а это очень проясняет голову и корректирует взгляд на вещи.

— А я? — спросил Демон нейтральным тоном. — Что получил я?

— Ты… пришел в норму, верно? И бросил курить свою отраву.

Он усмехнулся и отвернулся к окну. Я все наблюдала за шевелением впереди нас,

там все время смеялись, толкались, обнимались и вообще вели себя как дети. Дети

Демона. Надолго ли это счастье? До следующего раза?

— А что будет, когда умрет Уильям? — спросила я шепотом.

— Он еще не скоро умрет, миленькая.

— Ну а когда…?

— Они все будут знать задолго и будут готовы. Это не страшно. Просто он сам выберет день, и они убьют его.

— Лучше только смерть во сне… — тихонько пробормотала я.

— Вот уж чего не хотел бы, так это умереть во сне.

— Ну да. Ты же должен все контролировать. Послушай, а если он не захочет? Они смогут его превратить?

— Боюсь, что нет. Когда столько времени принимаешь нашу кровь пусть микроскопическими дозами — получаешь иммунитет и никогда уже не сможешь превратиться. Но, как я уже говорил, Уильям еще очень не скоро умрет. При том ему не было тридцати, когда он стал сателлитом, и поэтому даже в предсмертный момент он не будет выглядеть как…

— Как Соня Кортес?

— Да, в общем. Он будет молодым и красивым, почти как сейчас. — Демон вдруг повернулся ко мне, и я подумала, что не должна была заводить этот разговор, а тем более вспоминать Соню. Но он, казалось, не обратил на это внимания. — Кстати,

Дагни, сколько лет твоему брату?

— А при чем тут Джимми? — Меня кольнула тревога. — Он что?… Ты хочешь сказать,

он чей-то?

— Нет, он чист. — Демон снова откинулся на спинку. — Он ничей.

Я не произнесла ни слова до самого аэропорта. Мне просто хотелось быстрее долететь и наконец сделать то, что следовало сделать давно.

В Бостоне они подвезли меня до казино Пенни. В машине я обнялась с Уильямом и попрощалась с его семьей. Демон сидел за рулем, и ему я могла лишь кивнуть. Не знаю, у меня было ощущение, что с ним мы не прощаемся. Мысль о том, что сателлит уже не сможет стать вампиром, не давала мне покоя и не позволяла думать ни о чем больше. Демон сказал — Джимми чист. А подумал — почему он чист? Я тоже хотела бы знать.

Меня впустили безо всяких проверок. Кроме Мастера Филадельфии в комнате были мой брат и Улисс, друг Данте, смуглый и золотоглазый, как в рассказе Брэдбери о марсианах. Только глаз у него был всего один.

Пенни хотела меня обнять, но я не далась. Джимми даже не попытался. Он хорошо меня знал и отлично ориентировался в моем настроении.

— Как прошла поездка? — спросила Пенни.

— Охренительно. Просто превосходно. — Я небрежно швырнула ноутбук на пол.
–