Чтение онлайн

В идеале, конечно, не обдумывать совсем.

А при свете дня я решила заняться уборкой. Вернее, так решил мой организм, панически боясь, что все же придется обдумывать события прошлой ночи. Я могла его понять. Наверное, потому, что всегда привыкла прятать голову в песок и предоставлять анализировать другим. А проще говоря — мне было хорошо, и ничто не должно было это испортить. Я не желала думать, что заставило меня облизывать холодильник. Не желала я думать и о том, почему чувствую себя так восхитительно. Я знала, что мизерный процент крови не грозит мне превращением, и этого было пока достаточно.

Врубив музыку и подпевая, я вычистила всю квартиру от и до — включая ванную комнату и кухню, которые блестели, хоть с пола ешь. Прежде меня хватало только на что-то одно, и пока я добиралась до кухни, ванная опять приходила в непотребный вид. Так что я заметила, что стемнело, только услышав шум воды из ванной. Зак выполз оттуда в моем махровом халате с божьими коровками, и вид у него был прямо сказать не очень. Может, чуть лучше, чем ночью, но гораздо хуже, чем когда мы встретились впервые.

— Неужели трудно не выливать полванны на пол и бросить окурок в урну, а не в раковину? — проворчала я. — Я убирала весь день, а ты ведешь себя как последний засранец.

Он не удостоил меня ответом, просто достал из шкафа бутылку джина и хлебнул прямо из горлышка.

— А вот теперь жизнь налаживается.

— Свинья ты.

— Рот закрой.

Я фыркнула и вернулась к микроволновке, которая уже выдала мне ужин. Вернее, завтрак с учетом нашего режима дня. Обычно Зак сваливал куда-нибудь с сумерками или в крайнем случае валялся на диване и смотрел телевизор, давая мне время спокойно поесть на кухне. Я очень люблю есть именно здесь — наверное, тут какая-то подходящая по фэн-шуй зона. Но сейчас он и не думал двигаться с места, а в зале царил такой идеальный порядок, что нарушить его было выше моих сил. Поэтому я осталась. Естественно, демонстративно включив вытяжку, потому что эта сволочь уже достала сигареты и приготовилась дымить.

— Жужжание тебя не раздражает? — спросил он, затягиваясь.

«Ты меня раздражаешь», — подумала я, а вслух сказала:

— Нет, я привыкла. Джейсон дымил постоянно.

— Значит, это должно напоминать тебе о нем, правда? О твоем дружке?

— Когда любишь кого-то, именно так и бывает, — отрезала я. — Но тебе этого не понять.

— Любишь? — он усмехнулся и сел на подоконник удобнее. — Да какая ж это любовь, сестренка Кэт?

Я кинула на него полный презрения взгляд. Ну дала же себе слово не заводиться!

— Держу пари, он обращал на тебя мало внимания, когда ты только стала Одной-из-Семи, — продолжал Зак с удовольствием. — У него, наверное, была телка покруче.

Я только открыла рот, чтобы соврать, как с досадой сообразила, что он это определит в два счета. В конце концов, чем плоха правда? Ни Мирей Лэнгтон, ни самого Джейсона все равно нет в живых, так что какая разница, больше была у нее грудь или нет.

— Ну и что?

— И куда он делась?

— Она… пропала. А потом мы узнали, что она погибла.

— Так я и думал. Значит, она пропала, а вторая барышня — Халли, да? — была занята, так что ты оказалась единственной кандидатурой на роль девушки Первого. Очень почетно. Наверное, это и есть любовь, в том виде, как тебе ее преподнесли.

— А что ты имеешь против?! — возмутилась я, кляня себя, что позволила этому разговору состояться.

— Не заводись, — сказал Зак мирно. — Не твоя вина, что ты не в курсе. Это вина Джейсона и всех твоих мужчин, но не твоя. Если предположить, что у тебя было кто-то кроме Джейсона.

— Ты так говоришь, будто больше понимаешь.

— А почему бы нет, сестренка Кэт?

— Знаешь, что я думаю, братишка? Ты вовсе не собирался становиться вампиром. Ты — жертва насилия, и ни черта не знаешь о любви. Я права?

Зак вскинул брови с притворной обидой, а потом рассмеялся — от души, так снисходительно, что хотелось его придушить.

— Тебе бы этого хотелось — но нет. Кое-что я знаю.

— И на что, по-твоему, это должно быть похоже?

— Ты не хочешь слышать.

— Нет уж, говори!

— Ну… — он вдохнул дым и выпустил его полупрозрачным облаком. — Как бы это сказать… Представь, что самое потрясающее существо во всем мире покрывает поцелуями каждый дюйм твоего тела… и говорит, что самое потрясающее существо во всем мире — это ты. Что-то вроде.

От неожиданности я моргнула и вдруг представила это себе так четко, что по спине пробежали мурашки. Никогда у нас с Джейсоном не было так. Никогда. И уже не будет.

— Это точно не любовь, — сказала я мстительно. — Да, я действительно ошиблась, но ненамного — значит, ты жертва не насилия, а совращения, и как по мне, невелика разница. Так что это не любовь, братишка. Это секс. Просто химия… физика… анатомия в конце концов. Влечение, может, но ни фига не любовь.

Зак пожал плечами.

— А что тогда она?

У меня не было ответа. В другое время я мечтала бы дать ему по роже и пострадать в уголочке, но сейчас мне все еще было хорошо — хотя бы физически. И в глубине души я понимала, что это его заслуга — его крови в его слезах. Можно обманывать себя сколько угодно, но это не тонизирующий чай и не витамины, и не просто хорошее настроение. Это то самое, о чем я думать не хочу. Поэтому ответ я выбрала самый примитивный.

— Куда важнее, когда люди заботятся друг о друге, а не какие-то там феромоны.

— О да. Наверное, ты об этом где-то читала. Хотя… может, ты и знаешь о заботе — думаю, Девенпорт дорого брал с тебя за место Первой леди Семерки. Думаю, тебе многое приходилось делать, заботясь о нем. И многое приходилось терпеть, и часто — ждать, и мало — говорить, ведь любой мужчина скажет — нет ничего хуже, чем назойливая подружка, которая качает права… И готов спорить — тебе не слишком нравилось быть Китти.

Вот тут я взорвалась. Я швырнула в него тарелкой, забыв о блистающей кухне, а когда он уклонился, замахнулась — зная, что он меня остановит, но попытка засчитывалась. Как много я отдала бы сейчас за то, чтобы врезать ему как следует!

— Да что ты знаешь, жалкий паразит?! Говоришь о вещах, в которых ни черта не соображаешь! Да я сто процентов уверена, что она бросила тебя, как только наигралась вдоволь!

— Кто?..

— Та, что тебя создала, — твой прайм! Сколько вы были вместе, три дня, пять? А может, это произошло сразу же?! Трахнула — и до свиданья?!

Глаз его сузился и загорелся, но я заметила это слишком поздно, продолжая орать:

— Между прочим, Джейсон обо мне заботился, о нас всех! И я заботилась о нем! И нет в этом ничего плохого! А ты за свою поганую жизнь хоть что-то хорошее сделал?! Хоть что-то, за что тебя бы поблагодарили, а не прокляли!!!