Пять способов любви
Шрифт:
А если те плохо их воспримут? Чем чаще я встречаюсь с девочками, тем больше понимаю, что они просто боятся остаться в одиночестве, и, возможно, поэтому их устраивает почти любой.
Хорошо ещё, что я так не поступаю, иначе я бы превратилась в настоящую врушку>>.
Музыка стала чересчур уж громкой.
«Анжела, пойдем-ка мы с тобой потанцуем».
«Именно эта песня мне не нравится, в ней только красивая музыка».
«Давай, раскрепостись, позволь себе некоторую свободу, ты не должна без конца держать себя в узде, жизнью надо наслаждаться – запомни это».
Анжела взглянула на Клелию, кто только что произнесла данные слова, и захотела ответить той в её же манере. Но потом всё же решила не спорить и, оставшись сидеть на месте, отреагировала следующим образом: «Я обещаю вам, что подключусь к танцам, как только услышу подходящую музыку».
Она смотрела на девочек, танцующих слишком уж исступлённо, те намеренно тряслись, стараясь привлечь к себе внимание, а Клелия даже положила глаз на какого-то красивого молодого человека лет тридцати и всё это время просто к нему клеилась. Мужчина сразу же раскусил подобного рода поведение, и сам стал к ней прикасаться да лапать без всякого стыда.
Анжела лишь качала головой да думала, мол, веди она себя так в этот час в банке, наверняка бы развлекла начальника филиала; она же, напротив, слишком уж быстро потеряла голову от какого-то мальчишки, кто, впрочем, уже через пару минут после интимной близости напрочь её позабудет.
Луана начала слегка подтанцовывать, будто и вовсе не хотела, а затем я увидела, как она что-то сказала Клелии, и словно спустилась с цепи.
Та начала танцевать сразу с двумя мужчинами лет сорока, которые её то и дело перебрасывали из стороны в сторону.
Ей стало так противно, что не прошло и часа, как уже захотелось оттуда уйти.
Девушка встала и пошла в дамскую комнату, но из-за суматохи не смогла туда попасть, отчего вернулась на своё место. Когда же взяла бокал, чтобы утолить жажду, то увидела какое-то письмецо.
Открыв, она прочла следующее:
<Привет, angel 75, я хочу тебе сказать…>
Девушка отставила коктейль и осмотрелась вокруг. Она всё пыталась понять, кто мог бы всё это написать, но точно определить автора послания так и не смогла.
И было предположила, что подобное написал contedimontecristo, единственный человек, с которым она беседовала, и всё ждала какого-то знака, чтобы наконец-таки выяснить, кто это был, однако ж, ни один человек так и не сделал шага вперёд.
Мучимая смущением несколько минут, молодая девушка решила всё же уйти оттуда, но прежде позвала подруг, перед которыми извинилась, сказав, что её отец в скором времени должен был встретить её в Милане.
И стала искать такси, а когда машина подъехала, и она только было приподнялась со своего места, то услышала голос какого-то мужчины, находившегося здесь же в обществе женщины, которые и встали на её пути.
«Вы извините, но на самом деле это были мы, кто позвонил вам по телефону».
«А я и не обратила внимания, вы извините меня».
«Если хочешь, мы можем вместе поехать на такси, куда тебе нужно?»
«На площадь близ отеля Cinque giornate».
«Мы немного заблудились, но ты давай садись».
«Спасибо! Вы и вправду милые».
«Ты была на вечеринке?»
«Да! Я просто сопровождала двух подружек, но данное окружение отнюдь не по мне».
«Как же мы тебя понимаем, да мы и сами поступили точно так же.
Но ведь ещё рано, ты, скорее всего, пошла бы в паб, где звучит прекрасный джаз, чтобы просто немного отдохнуть, на часах же только половина десятого?»
«Я даже не знаю…. Но, пожалуй, что да…. Идёт!»
«Нам очень приятно, я Альдо, а она Джада».
«И мне приятно познакомиться, я Анжела».
Альдо сообщил водителю такси новый адрес, и они продолжили узнавать друг друга лучше.
«Все они кажутся мне сумасшедшими, но одновременно я, пожалуй, верно отмечу и то, что они пытаются как можно больше времени проводить за компьютером, а это я ненавижу больше всего! Я целые дни сижу перед монитором, и к вечеру меня от него уже тошнит».
«Ты прав, Альдо, но ты разве сам не видел, сколько лицемерия и фальши в этом заведении?
Люди выглядят так, будто сами развлекаются здесь из-под палки, а что у нас с Анжелой?»
«А я вам скажу, что, наконец-то, познакомлюсь с теми, кто предпочитает человеческое общение; мне совсем не по вкусу всё то, что я видела. Я-то думала, что хорошо знаю своих подруг, но когда девушки заставили меня посмотреть, какие вещи они сами способны печатать на компьютере, то нынешним вечером, проводя время на дискотеке, я разочаровалась окончательно».
«Что-то подобное случилось и со мной, поначалу я думал, что дважды в неделю мы будем ходить играть в футбол, но потом внезапно разом всё как-то прекратилось, и даже пропал сам развлекательный момент, а знаете, почему? Вообще-то все должны были мило общаться. Но поверьте, люди враз как-то надулись, ведь они были убеждены в том, что виртуальная любовь за крайне короткий промежуток времени вытеснила реальную. Это просто невероятно».
Прибыв сюда на плавсредствах, люди вошли в паб.
Здешнее окружение было совершенно иным, всё очень мягкое и приятное, где невозможно не расслабиться; трое музыкантов подыгрывали тёмнокожему певцу, исполнявшему несколько известных джазовых произведений.
Потихоньку все расселись и, подталкиваемые голодом, заказали себе что-нибудь поесть.
Анжелу очаровала красота и, конечно же, сама фигура Джады, а также её природная элегантность и манера поведения. Девушка оказалась на удивление очень милым, спокойным и симпатичным человеком.
Альдо, этот человек около сорока лет, уже слегка поседел, хотя выглядел не менее элегантно, а судя по жестам, был настоящим синьором.
Девушка всё пыталась понять, а были ли её новые друзья уже сформировавшейся парой, отчего и спросила:
«Вы женаты?»
Оба с улыбкой посмотрели на неё и Джада ответила:
«Нет! Вот уж с Альдо никогда! Мы знакомы с самого детства, и между нами всегда были хорошие отношения, мы друг друга очень любим, но только как брат сестру».
«Да я просто не могу в это поверить, а ну-ка ущипните меня! Это же я, кто не хочет никаких отношений, и знаешь, почему? Просто она для меня слишком красивая, я бы стал так ревновать, что мог бы даже умереть, а я сам ещё так молод, что не могу себе позволить умереть от ревности, и потом, как бы я смог прикасаться к <Моей сестре>».