Чтение онлайн

— Я обязан сказать тебе правду, Алексей: девушка, которая влезла в твою постель, — опасна! Я не хотел раскрывать своих карт, но… не могу молчать! Ведь это была ее задумка по поводу ставки! И в шампанском ничего не было! Она предложила этот план, когда узнала, что я разорен. Людмила любит кучеряво жить и не единого дня в жизни не работала! Зная, что ты сын одного из самых богатых людей в городе, да еще и не пропускаешь ни одной юбки…

— Опустим мою характеристику! — рыкнул Алекс.

— Я пытался ее остановить, но была одержима!

— Я не верю! Она не настолько хорошая актриса…

— Чтобы понять качество игры, надо знать и хороший, и плохой расклад. Давно ты с ней знаком? Что ты о ней знаешь? На самом деле, я вернулся, чтобы оформить развод, но она мне отказала! Вчера, когда мы встретились…

— Вчера? — Алекс встрепенулся.

Иван почувствовал себя увереннее, чувствуя, что он, наконец, владеет ситуацией.

— Да, вчера мы беседовали, и она сказала, что наш уговор больше не в силе и ей предложили… Я чувствую себя стукачом! Честное слово! Ведь все-таки она моя жена! — голос Ивана от стараний звучал излишне истерично, но Алекс не замечал грубых мазков в его бесталанной игре.

— Что ей предложили? — настойчиво уточнил разочаровывающийся мужчина, глаза которого наливались кровью.

— Более выгодную сделку!

Челюсти Алекса заходили ходуном. Услышанное было ударом ниже пояса, но он не спешил верить в вышесказанное, решив задать вопросы, прежде чем делать какие-либо выводы.

— Что-то еще? — прохрипел Алекс.

— Нет! Я просто хотел предупредить. И если ты в состоянии оказать на нее влияние, в чем я сомневаюсь, уговори ее дать мне развод!

Иван с улыбкой смотрел вслед побледневшему мужчине. В этой дуэли он вышел победителем и смертельно ранил своего соперника прямо в сердце. Он не ожидал, что все будет настолько просто!

— Хорошее завершение дня! — весело произнес муж поверженной королевы, подмигнув незнакомке, входящей в холл гостиницы, и почти вприпрыжку помчался по улице.

Душа Медведя снова начала черстветь, и этот процесс приносил ему нестерпимую боль. Он некоторое время стоял перед дверью номера, не решаясь войти.

Мила кусала губы, вдавив себя в кресло. Почему-то она очень боялась встать, словно пол под ее ногами разверзнется и она провалится прямо в ад. Дверь хлопнула, и послышались быстрые шаги. Через пару секунд перед ней стоял мужчина, лицо которого казалось чужим.

— У меня есть два вопроса, на которые я хочу получить ответы. Ты вчера была у врача? Выпалил он сходу, задыхаясь от злости.

Мила испуганно уставилась на Алекса и робко уточнила:

— С кем ты разговаривал?

— Это не важно! Ответь мне!

— Настя? Ее проделки?

— Не пудри мне мозги! Просто скажи, где ты была!

В голове Милы забродили мысли, которые пьянили ее сознание настолько, что она перестала соображать, она торопливо заговорила:

— Он прислал мне записку. В ресторане, помнишь? К тебе подошел приятель, и я осталась одна за столиком. Официант дал мне бумажку. Я была уверена, что это розыгрыш. И пошла просто проверить… Я хотела получить развод… Или хотя бы документы…

— Значит, это правда, — сокрушался поверженный Медведь. Еще одна рана, приносящая невыносимую боль.

— Это был Иван… С ним ты сейчас говорил, да?

— Что за выгодную сделку тебе предложили?

— Сделку? — непонимающе вопрошала Мила.

— Да. Ты сказала, что тебе предложили более выгодную сделку. О чем шла речь?

Мила не могла рассказать о несостоявшемся сотрудничестве с Алексеем Алексеевичем. По его разочарованному взгляду она поняла, что любая версия будет не убедительной. Это был крах мечты и надежды на светлое будущее. Ее корабль тонул, и спасать ее было некому. Мила закрыла лицо руками и изо всех сил пыталась не плакать. Девушка физически ощущала толстенную стену, возведенную Алексом, и ее пробить не под силу даже самому сильному человеку на планете. Мужчина больше не задавал вопросов, он залез в бумажник и оставил на тумбочке деньги.

— До завтрашнего утра номер твой. Надеюсь, ты понимаешь, что это конец.

Мила с трудом улыбнулась. Когда дверь захлопнулась, она дала волю чувствам и начала крушить все в номере. Это был выплеск ядовитой горечи, которая буквально пожирала ее израненную душу. 

На улице было прохладно. Проклятый осенний дождь лил бесконечно. В убогой комнате Милы пахло сыростью и старостью. Глуховатая старушка, любезно сдавшая ей комнату, любила громко петь и иногда играла на баяне. Иногда к ней приходили подруги, и они допоздна играли в преферанс, громко обсуждая бурную молодость. Их похождения заканчивались поцелуями и плясками с парнями из соседних деревней. Часто истории либо повторялись, либо обрастали новыми подробностями.

— Людочка, поставь чайник! — кричала старая грымза. Иногда в ней просыпалась дворянка. И хотя уставшая после каторжной работы девушка почти не могла шевелиться, она все равно поднималась со своего скрипучего дивана, и выполняла каприз квартиросдателя. Тело болело не только от работы, но и от отдыха: в ее древней мебели торчали пружины и жили клопы, которые не давали ей скучать. Вот уже второй месяц Мила работала в ресторане посудомойщицей. Без документов ее никуда не брали или намекали, что по совместительству она будет обязана оказывать услуги интимного характера. Ее будни превратилась в конвейер дерьма, которое поступало в ее жизнь ежедневно в разных объемах. «Дерьмотерапия» была ее наказанием за то, что она причинила боль Алексу. Ежедневно перед сном Мила вспоминала их последние минуты в номере и его прощальный взгляд, переполненный горечью, обидой, болью.

Натянув серое драповое пальто, подаренное старухой, у которой Мила снимала комнату, она спешила на улицу, потому что за стенами ее убогого жилья ей думалось и размышлялось намного лучше. Она бродила в поисках светлой идеи, пыталась придумать способ развеять темные тучи, заслонившие блестящее солнце. Девушка мечтала, что ее мир снова обретет яркие оттенки и все наладится.

— Оно такое же пошло-замшелое как моя жизнь, — прокомментировала бабка, разглядывая Милу в мрачном наряде. — Низ рукава объела моль — избирательная тварь! Старую кроличью шапку не тронула, — видимо, она не вкусная, а вот мою жизнь жевала с удовольствием. Бледная стерва! — заорала неожиданно старуха в пустоту квартиры, обращаясь к моли, — надеюсь, мое пальто встало тебе поперек горла!

Мила регулярно сталкивалась с ней в коридоре и проводила в компании недовольной пожилой дамы около получаса, в ее обязанности входило выслушивать ее ежедневные жалобы на здоровье и жизнь.

— Людочка, а ты нашла паспорт-то?

— Нет, Софья Тимофеевна, не нашла, — печально произнесла Мила и, натянув старые ботинки, которые купила по дешевке на работе у одной из официанток, пулей выскочила на лестничную площадку. Дверь, как было положено, оставалась в доме открытой. «Вредная старуха ждет своего Раскольникова», — мысленно отшучивалась Мила. В первые дни она переживала, что двери квартиры не запираются, но затем смирилась с этим фактом. Воровать в ее комнате все равно было нечего, а ее жизнь не стоила и ломаного гроша. Однажды она не выдержала и спросила, почему нельзя запирать двери и одинокая бабка ответила:

— Я жду одного человека. Он ушел на войну и пропал без вести. Я не верю, что он мертв, и поэтому надеюсь, что он вернется. Если дверь будет закрыта, тогда он подумает, что я его не ждала и мне безразлично, придет он или нет, а потом, постояв несколько минут возле моей двери, он грустно заглянет в глазок и тихо прошепчет: «прощай» и уйдет навсегда! Это будет невыносимо! Мое сердце разобьется, потому что пока я его жду — я живу!

Этот странный бред потревожил сознание Милы. Впервые она видела подобную патологичную преданность человеку, который вряд ли войдет в эту никогда не закрывающуюся дверь.