Чтение онлайн

— Я на минутку, спешу очень, — продолжала между тем Джудит. — Хотела просто сказать, что сама сегодня заберу Дэви, передохнешь хоть один вечер.

Шарлотта нахмурилась и облокотилась на фургон.

— Ты уверена, дорогая? Честно, с ним никаких хлопот!

— Да, уверена. Мы с ним поедем к маме, на случай, если меня вдруг вызовут на задание. Думаю, она наконец-то готова принять на себя часть ответственности за него.

Шарлотта прищурилась:

— Это твоя мать заставила тебя мне позвонить?

— Ну… да. Да, это она.

— Ну конечно! Знала, что я-то устрою ей допрос с пристрастием! — проворчала Шарлотта. — Она ведь не слишком старалась скрыть чувства по поводу женитьбы Даниэля и усыновления Дэви.

— Если тебя это успокоит, тетя, то там буду я — в качестве независимого наблюдателя. Вмешаюсь, если что.

— Полагаю, мой голос большого веса не имеет: я уверена, это твой брат вынудил ее внести свою лепту в семейное дело. — Зная, каким прямым и напористым может быть Даниэль, Шарлотта практически не сомневалась, что именно так и произошло.

— Молюсь, чтобы это было правдой только наполовину! — отозвалась Джудит, и ее ответ формой своей и содержанием только подтверждал правоту Шарлотты.

— Да, Джудит, а как же его одежда и зубная щетка? И игрушки?

— Сегодня как-нибудь обойдемся, а если все пойдет хорошо, то я их завтра заберу. Но теперь мне нужно бежать. Я тебя люблю, тетя Чарли. Скоро поговорим как следует.

— И я тебя люблю, милая! Пока. — Шарлотта медленно отняла трубку от уха и отключила телефон. Потом бросила мобильный в сумку, оттолкнулась от стенки фургона и вскарабкалась на сиденье.

Дэви прожил у нее всего несколько дней, но она будет рада передышке. Так откуда же взялось это чувство — будто она бросает мальчика? Откуда это внезапное горькое ощущение утраты? И почему, после двадцати лет полной самостоятельности, мысль о том, что снова придется вернуться в пустой дом, вдруг так волнует ее?

Шарлотта завела мотор. Может, позвонить сегодня Хэнку? Наверно, от разговора с сыном ей полегчает. А возможно, пришло время без обычных намеков и хождения вокруг да около прямо сказать ему, что она хочет внуков.

— Ну да, размечталась! — пробормотала она. Одна лишь мысль о подобном разговоре с ее слегка зажатым, щепетильным сыном заставила Шарлотту заулыбаться. И улыбка не сходила с ее губ всю дорогу домой.

Но как только ее дом оказался в пределах видимости, все хорошее настроение как ветром сдуло. На качелях восседал Луи Тибодо. Улыбка на лице Шарлотты сменилась гримасой. И только в эту секунду она искренне призналась самой себе в причине терзавшего ее дурного настроения.

— Но это же просто смешно! — пробормотала Шарлотта. Однако, как бы ни пыталась она убедить себя, что Луи не имеет никакого отношения ни к одолевшему ее унынию, ни к внезапному нежеланию идти домой, сама мысль о том, что вот сейчас ей снова придется с ним разговаривать, приводила ее в отчаяние.

На долю секунды ее охватило почти непреодолимое искушение просто-напросто проехать мимо собственного дома. Но какой в этом толк? Ведь когда-нибудь придется вернуться!

Шарлотта сбавила скорость и повернула на дорожку, ведущую во двор. В конце концов, она не Надя, чтобы бегать от каждой проблемы! Да и чего она добьется, избегая Луи? И к тому же это как-никак ее собственный дом! И вообще, разве она обязана разговаривать с Луи прямо сейчас? Пусть подождет, пока волнение ее слегка поутихнет, а тогда уж…

Шарлотта заглушила мотор, решительно сгребла сумку, выбралась из кабины и торопливо зашагала к задней двери. А войдя в дом, заперлась изнутри и устремилась прямиком в душ.

Но даже сквозь шум воды было слышно, как Луи изо всех сил барабанит в парадную дверь. Ох ты, господи! Он ведь может так колотить, пока руки себе не разобьет… Но нет, она все равно не станет с ним разговаривать, пока не придет в себя.

Через некоторое время стук прекратился, но, едва Шарлотта успела выбраться из душа и вытереться, задребезжал телефон. Первым ее порывом было немедленно ответить, вдруг это по работе или какие-нибудь известия о Даниэле? Схватив халат, она помчалась в гостиную, но успела как раз к тому моменту, когда включился автоответчик. Зазвучал ее собственный голос, потом гудок. А потом…

— Шарлотта, это твой сосед, злобный шовинист, на сей раз настроенный весьма дружелюбно…

Губы Шарлотты, помимо ее воли, растянулись в ухмылке, а пальцы принялись нервно теребить атласную ленточку на халате.

— Я знаю, что ты дома! — снова зазвучал голос Луи. — Просто прячешься.

— Как ты догадался! — пробормотала она, испепеляя взглядом телефон.

— Но, конечно, после того, что натворил сегодня утром, я не имею права возмущаться. Я всего-навсего хотел попросить прощения. Честно!

Пальцы Шарлотты замерли, а потом сжались в кулак.

— Вот тебе раз! — прошептала она.

— Кажется, я… — Луи нерешительно замолчал. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем он заговорил снова: — В общем, позвони мне, когда захочешь поговорить.

— Позвоню, позвоню, не волнуйся! — проворчала она, обращаясь к автоответчику, когда он пискнул и щелкнул, знаменуя конец сообщения. Да, она позвонит Луи… как-нибудь. Когда соберется с силами. Нельзя же вечно от него прятаться. Но только не сейчас!

В тот вечер дом, лишившийся своего маленького постояльца, казался необычайно тихим и пустым. А Шарлотта никак не могла избавиться от тревожных мыслей о том, каково Дэви там, в новом жилище, с новыми людьми. Казалось, ощущение какой-то неясной утраты гложет даже Милашку — так беспокойно расхаживал он по жердочке.

— Ах ты, бедолага! — Шарлотта подошла к клетке. — Может, тебе нужно размяться немного? Хочешь полетать? — Она отворила дверцу. Попугайчик тут же выпорхнул наружу и устремился в другую комнату. Шарлотта изумленно следила за его перемещениями. Вот он перелетел в соседнюю, оттуда — в следующую… Неужели он ищет Дэви? Разве такое возможно?