Пятые приходят на помощь
Шрифт:
Скрипнула дверь.
— Ну и денек сегодня,— узнала Галка голос Паши Наоборот.— Я чуял, что «бешники» что-то готовят против нас, но что? И вот сегодня один знакомый товарищ сообщил: «бешники» приняли клятву. Будто самый отъявленный двоечник Васька Фонариков разрезал ножичком палец и собственной кровью поклялся: будет получать только пятерки, а если причина уважительная, то, на худой случай, четверки.
Галка Павлова ухмыльнулась и подумала, что все эти сказки — работа Витамина, а она, как дурочка, поверила его небылицам. И вот сейчас сидит в тесном ящике и боится пошевелиться, чтобы не опозориться перед всей школой. Не лучше и Паша Наоборот: принял всерьез россказни Венки.
— В общем, не наше дело — пусть кровью подписываются, если хотят. А в Шушенское мы поедем. Я уже кое-что предпринял. Только надо марки найти... Семь штук.
Галка насторожилась.
— Расскажи, Павлик, пожалуйста, зачем марки? — услышала Павлова девчоночий голос.— И еще объясни, какую клятву наши мальчишки принимали? Ты «бешников» ругаешь, а сами что-то мудрите и от девочек скрываете...
В носу засвербило, и Галка с испугом подумала, что ей не удержаться и сейчас она чихнет, ее выволокут из шкафа и потом все, кому вздумается, будут показывать на нее пальцами. Дура она, дура. Зачем только приперлась и, как паук, забилась в темноту? Галка схватилась за нос и больно ущипнула его. Чихать вроде расхотелось, и Павловой жизнь показалась чуток веселее.
— ...не первая спрашиваешь. Это «бешники» принимали клятву, а не мы. А насчет марок пока рано говорить...
Галка разочарованно опустила голову. Ноги сделались ватными, она еле стояла. А Павлик принялся воспитывать Ёжика.
— Объясни, Орлов, почему по географии не выучил? Может, тебя Павлова подговорила получать двойки и тянуть класс назад?
— Никто меня не подговаривал,— защищался Орлов.— Разве два раза подряд спрашивать — это по закону, да? Чем меня пилить, ты бы лучше рассказал, как это Васька Фонариков пятерочником хочет стать...
— Я откуда знаю. Чтобы побывать в Шушенском, «бешники» на что угодно пойдут.
— Может, у них домашние задания станут записывать на магнитофонную ленту и заставят двоечников прослушивать эту ленту во сне? — высказал кто-то предположение.
— Пусть хоть по телевизору их учат,— сказал Павлик.— Я узнал, что во втором классе нет вожатого звездочки. Надо направить туда человека.
Учтем, подумала Галка. Ее туфлю кто-то легонько царапнул, и Павлова догадалась, что это мышка. Галка очень боялась мышек. Позабыв об осторожности, она совсем негромко взвизгнула, тут же прикусив язык.
Заскрипели стулья, застучали каблуки.
— Может, обыскать? — со страхом услышала Галка голос Ежика.
— Ерунда! — успокоил ребят Паша Наоборот.— Это, так и знай, Васька Фонариков в коридоре девчонку колошматит, вот она и визжит.
Павлова стояла ни жива ни мертва. Ей казалось, что сердце вот-вот вырвется из груди и что его стук сейчас услышит Звягинцев с товарищами. Галка прижала сердце ладонью, стараясь дышать как можно тише.
В комнате стихло. До Галки донесся девчоночий голос:
— Фонариков лучше поклялся бы руки не распускать. Несчастный драчун — еще в отличники лезет. Если «бешники» станут его прощать, то он и нас скоро начнет колошматить.
Засмеялся Звягинцев:
— Но ведь это же хорошо, это прямо замечательно.
— Ничего замечательного не вижу. Когда он тебе синяк посадил, ты не радовался.
— Так то было в прошлом году, а нынче совсем другое. Пусть колотит — спасибо скажу. Вы поймите, что Фонариков поставит «бешникам» такую подножку... Я каждую его драку стану записывать, а потом на совете дружины выложу. Скажу, вот они, подвиги «бешников», решайте, достойны они ехать в Шушенское?..
Галка от изумления даже рот разинула. Ну и Паша Наоборот, ну и коварный человек...
— Дело говоришь,— подал голос Ежик.— Надо наших девчонок специально подговорить: пусть они Ваську задирают.
— И вообще на совете дружины будут многое учитывать,— продолжал Павлик.— Вот ты, Еж, ни одного поручения не имеешь...
— У меня же камера,— с гордостью сказал Орлов.— Она уйму времени требует...
— Так то для себя ты возишься, а отряду никакой пользы. Надо тебя вожатым в звездочку...
— Малышам носы вытирать, да? — обиделся Ежик.
Когда «ашники» вышли из пионерской комнаты, Галка вылезла из шкафа и обессиленно села на стул. Но уже через какую-нибудь минуту она бросилась к двери. Дверь не открывалась. Павлова с ужасом подумала, что сейчас Фонариков стоит в палисаднике и, увидев Звягинцева, может полезть в драку.
Галка заметалась по комнате. На столе увидела тетрадь и вырвала лист. Быстро написала: «Срочно для Фонарикова. Васька, Пашу Наоборот и его дружков не вздумай даже пальцем тронуть. Все объясню потом. Они меня закрыли, выручайте».
Скомкала бумажку и бросила в форточку. Из кустов выскочил Васька и подобрал записку. Прочитал ее и скорчил рожицу. Увидев Ваську, Орлов показал Фонарикову кулак и вызывающе крикнул:
— Девчонок обижаешь, да? Ты вот меня попробуй задень. Слабо, да? Руки коротки?
Васька потоптался на месте и нетерпеливо предупредил:
— Проваливай... Видали мы таких... И вообще пальцем не трону.
Звягинцев недоуменно посмотрел на Фонарикова: что это такое с ним случилось?
Глава третья СХВАТКА
Перед сумерками Копытов забежал в общежитие и, переодевшись в штатский костюм, вышел на улицу. Он решил побывать на берегу Быстрянки и понаблюдать, кто из жителей поселка уплывает на ночь, чьих лодок нет на пристани. Старшина надеялся, что таким путем можно узнать о браконьерах. На худой конец, это лучше — не гоняться за ними по ночной порожистой реке, а подождать их возвращения на берегу.
Он направился по широкой улице, ведущей к Быстрянке. Со двора пресвитера Руденко доносился стук топора. Копытову это напомнило о заявлении сегодняшней посетительницы, и старшина шагнул за ограду. От земли уже поднималось несколько венцов. Бревна пахли смолой. Копытов прикинул, во сколько обойдется такая пристройка. Выходила большая цифра.
В ограде обтесывал бревно небритый мужик. Копытов спросил у него, сможет ли он увидеть Руденко. Плотник буркнул:
— Пошто не увидишь. Явится...
Копытов присел. Смеркалось. Над березкой, росшей во дворе, закружились майские жуки. Старшина поймал одного кепкой и зажал в ладони. Царапаясь жесткими ножками, жук рвался на волю. Копытов улыбнулся про себя и весело сказал:
— Лети, усатый разбойник.
Плотник заткнул за пояс топор и бросил:
— Покедова... Придет хозяин, скажи: расчет пусть завтра готовит...