Чтение онлайн

В пересказе Варакина это выглядело так.

– Ты-то, Рыжий, знаешь, что такое рыночные отношения. Давай чашку, еще чаю плесну, – (года три назад Варакин, конечно, плеснул бы водки, отметил про себя Сергей). – Ты цепкий, ты всегда первым улавливал, откуда ветер дует, но все равно первыми в Томске рыночные отношения оценили девушки. – (Года три назад Варакин сказал бы – бляди.) – Это ж давно известно: каково общество, таковы и девушки! А я, Рыжий, в рынок вперся не сразу. Это потом, когда все завертелось в стране, я начал что-то петрушить. Правда, ты тогда считал меня мелким мошенником. Впрочем, я и был мелким мошенником, – с наслаждением признался Варакин. – Но хотел быть крупным. Таким, как ты. Ведь советская власть к чему нас подготовила? – весело спросил Варакин. – Да ни к чему не подготовила, а я не хотел груши околачивать. Я книжки любил читать. Я в детстве чем больше читал книжку про хорошего мальчишку Тимура, тем больше хотел походить на плохого мальчишку Мишку Квакина. Помнишь такого? Уж мы бы с Квакиным наставили Тимура на верный путь. Он бы с каждой бабули имел копеечку. Разгуляться негде было. Вот почему, Рыжий, когда в газетах появились эти первые объявления об интиме, я сразу смекнул, что вот оно настоящее живое дело, вот она настоящая работа с живыми людьми, у меня к такой работе талант! Опять же, сочетание идеальное: с одной стороны бабы, с другой бабки. Не раздумывая, позвонил. До сих пор помню текст объявления: «Тр. крас. дев. на раб. и вод. с авт». Кому надо, тот поймет.

Сам Варакин, понятно, понял.

«Вод. с авт. требуется?» – выдерживая деловой стиль, солидно подышал он в трубку. – «В самую точку! – ответил мужской голос. И поинтересовался: – Авт. у вас какой?» – «Да подходящий авт. Новая «Девятка», не битая». – «Стекла затемнены?» – «А кого мне бояться?» – «Надо затемнить». – «Договоримся, – солидно согласился Варакин. – А работа?» – «Работа обычная, крутить баранку, – хмыкнул мужской голос. – Но каждый день. Ближе к вечеру. Будем вызывать вас по телефону. Как понадобитесь, так и вызовем». – «А по какому телефону? Я ведь вам еще не представился». – «А по тому, с которого говорите, – ответил мужской голос. – Мы же работаем с определителем номеров. Информационные каналы у нас налажены. У нас надежная фирма. – Тогда так все говорили. – Если боитесь жены, вызывать вас будет мужчина». – «Да не боюсь, – ответил Варакин. – Пусть вызывает женщина. Так даже приятнее. Вы про работу мне растолкуйте». – «Работа простая, но ответственная, – растолковали Варакину. – Вызывают по телефону, выезжаете. В условленном месте в ваш авт. садятся крас. дев. Может, три, а может, все четыре. Диспетчер по телефону сообщает адреса, вы развозите крас. дев. Но аккуратно развозите, с уважением. Улыбок не жалеть, это наше правило. Сами в квартиры не входите, это совсем не ваше дело, клиенты встречают крас. дев. у ворот, так сказать. Там их и отдаете». – «Крас. дев.?» – «Ну, не себя же! – упрекнули Варакина. – Отдаете крас. дев. клиентам, а сами связываетесь по автоматической связи с диспетчером, чтобы получить следующий адрес». – «Что значит, по автоматической?» – «Ну, по телефону-автомату». – «Понял! Все понял! – бодро откликнулся Варакин. И спросил: – А охрана?» – «Какая охрана?» – «Ну как? Со мной крас. дев. Две, а то и четыре». – «У нас надежная фирма, – еще раз объяснили Варакину. – У нас компьютерный контроль клиентов. Но, конечно, если клиент сильно пьян, не отдавайте ему крас. дев. Сразу уезжайте и связывайтесь с диспетчером». – «А зарплата?» – «С каждой крас. дев. будете иметь определенный процент. Это совсем неплохо. Плюс премии. Плюс бензин».

Варакин рассказывал весело.

В голосе его чувствовалась необыкновенная легкость, не совсем понятная Сергею. То ли Варакин давно и всерьез простил все обиды веселому и поганому российскому рынку, то ли что-то такое особенное давало ему право легко говорить о серьезных вещах. Людей же ведь много, весело махал Варакин руками, а общество одно. Человек к человеку, вот тебе и общество. А хороший человек или плохой, это уже неважно. Общество состоит из разных людей.

Разведя руками, он заключил: «Из-за крас. дев. жизнь моя и поломалась».

– Да ну, – покачал головой Сергей, мучительно пытаясь понять, что же все-таки такого нового появилось в Варакине. – При чем тут бабы? Мы сразу тебя предупреждали.

– Не спорь, не спорь, бабы!

Жесты Варакина стали чуть замедленней.

Если верить, то работа с крас. дев. оказалась для него только первым толчком. Это потом его несло и ломало, не разбирая дороги, и выбросило, наконец, как неудачливого гонщика с трассы.

Однажды летом в ночном клубе «Эльдорадо» Варакин назначил деловое свидание. Что-то там не сложилось, партнер не пришел. Не сильно расстроившись, Варакин заказал ужин и с удовольствием прислушивался к уютной музыке, одновременно с интересом поглядывая на соседний столик, за которым красиво угнездилась некая симпатичная и одинокая крас. дев. Вообще-то она не походила на проститутку, но, понятно, и домохозяйкой не выглядела. Изящная, можно сказать, стильная. Рядом с ее столиком шуршал фонтан, окруженный каменными вазами, из которых торчали седые перья каких-то декоративных растений.

Лучше бы Варакин не поглядывал в ее сторону.

Но выглядела крас. дев. неплохо.

Очень даже неплохо.

Это не только Варакин разглядел, но еще и какой-то вдетый амбал. Известно, счастливые трусов не надевают. Хорошо вдетый амбал начал разбухать, как кролик, случайно заглотивший удава. Терпел, терпел, а потом поднялся и, покачиваясь, проследовал к столику крас. дев., где грузно рухнул на свободный стул:

«Не возражаешь?»

Сидя почти рядом, Варакин отчетливо слышал каждое слово.

Ему было страшно интересно, что ответит вдетому такая вот стильная крас. дев.? Вообще-то он понимал, что перед ним раскручиваться самая обыкновенная, даже слишком обыкновенная история, но, к его удивлению, стильная крас. дев. сухо ответила:

«Возражаю».

«Ты не ломайся, – заржал амбал. – Ты же – Софка, знаю, мой корешок тебя заказывал. Про тебя всякие чудеса говорят. А если занята, нет проблем, я договорюсь».

«Уйдите, пожалуйста!

«Ну, ты даешь, – удивился вдетый. – Я о тебе много слышал. Ну, это, сама знаешь. Парень девушку та-та, хочет познакомитца!»

И заржал уже совсем нагло и откровенно.

«Пожалуйста, уйдите!»

«Ментов вызовешь?»

Стильная крас. дев. беспомощно оглянулась, но никто ее не слышал. Завсегдатаи «Эльдорадо» смотрели кто куда, только не в ее сторону. Они выпивали и закусывали. До поры до времени они вообще ничего не хотели слышать. А счастье было так возможно, вздохнул Варакин. И так возможно, добавил он, и так, и даже вот этак. Но никто и глазом не повел. Только взгляд Варакина женщине удалось перехватить.

И Варакин встал.

Он сам удивился: зачем сделал это?

Во-первых, он никогда не отличался воинственностью. Пошуметь – это да, это он любил. Но не драться. А во-вторых, вообще не умел он разбираться с такими вот вдетыми. Ну, обмануть, перемошенничать, это куда ни шло, но не драться же!

Тем не менее, Варакин встал.

Может, потому что разглядел лицо женщины.

Ничего особенного в нем не было, просто бледное красивое лицо. Такие лица бывают и у проституток. Даже вполне возможно, что она была проституткой. Тем не менее, Варакин встал и подошел к амбалу, который, обернувшись, уставился на него с вполне издевательским любопытством.

«Вам, кажется, предложили уйти».

«Не свисти, хохол, девок не будет».

«Вы меня не поняли?»

«Тебя-то? – удивился амбал. – А чего тут понимать?»

И сам спросил:

«На что жалуешься, козел?»

«На ваше неэтичное поведение», – красиво ответил Варакин.

«Да ты, наверное, Софку защитить хочешь! – не поверил амбал. – Так она же шлюха. У меня на нее виды».

Краем глаза Варакин увидел официанта, деловито махавшего рукой охране. Это его приободрило. «Наплевать мне на ваши виды, – твердо заявил он. – Вас просили уйти, и вы должны уйти». Варакин, понятно, надеялся, что охрана «Эльдорадо» ему поможет.

Но амбал поднялся и сразу оказался на голову выше Варакина. И кулаки у него оказались как гири. Втянув голову в мощные плечи, он выставил перед собой эти тяжелые кулаки, сделал шаг к Варакину и… упал.

Грохнулся, точнее.

Как чугунная башня.

Со стороны это выглядело так, будто его ударили, но на самом деле, он просто споткнулся о ковер. Но упал ужасно: дурной головой прямо на каменную вазу.

Варакин замолчал. Видимо, эта история и сейчас ему не нравилась.

– И где теперь тот амбал? – осторожно спросил Сергей.

Его снова подташнивало от резких приступов возвращающейся головной боли, от сухого воздуха, от запаха гари. Несколько раз он оглядывался на дверь. Он понимал, что пока его не хватились, надо уходить. Но уйти не мог.

– Далеко… – протянул Варакин.

– В Томске?

– Ох, дальше.

– На лесоповале?

– Если бы, – вздохнул Варакин: – Так получается, Рыжий, что убил я того скота.

– Но ты же к нему не прикасался.

– Ну и что? Некоторые завсегдатаи «Эльдорадо» точно показали, что я первым его задирал. И мол, подсечку провел. И Софка показала то же самое. Подошел, мол, придурок, и ну давай руками махать! Унизил, мол, всяко, и все такое прочее, кто ж выдержит? Не понравился я ей. Говорю ж, бабы. Короче, свидетели подтвердили, что я первый начал унижать вдетого.