Чтение онлайн

Стрелок в башне уже целился в неё, но услышать гул вращающейся башни Иффат смогла и быстро отпрыгнула в сторону. Тем временем Дик выбрался из машины и, запрыгнув в броневик, выпустил в стрелка несколько пуль из револьвера.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом.

— Как только приблизимся к посту, открывай огонь, — послышался из динамика голос Дика. В броневике была связь между кабиной и башней, чтобы стрелку не приходилось постоянно покидать свой пост, каждый раз пытаясь расслышать, что же от него хочет командир.

— Вас понял, — ответил Гил.

Граймс получил ранение в область печени. Он был слаб, но потерю крови удалось избежать. Хорошо это или плохо, Гил не знал. Пуля оставалась в теле и риск нагноения оставался. Сейчас он лежал на заднем сидении броневика и за ним ухаживали Мияко и Иффат. Диана сидела впереди и иногда поглядывала на него. Граймс, встретившись взглядом с Дианой, старался ей улыбаться. Она, конечно, переживала, но старалась не подавать виду. Граймс, по сути, был ей как отец. Когда девочка была маленькой, он учил её фехтованию и обращению с оружием. Алоис фон Штанмайер не любил этого, конечно, он считал, что Диана должна расти как настоящая леди, а не как сорвиголова какой-то. Но ей нравились занятия с отцовским другом, который несколько раз в год приезжал погостить к ним. Дэвид и Алоис учились вместе в одной военной академии. Только отец Алоиса, дедушка Дианы, отправил его туда с целью воспитания характера, а не построения военной карьеры. Дэвид же решил посвятить свою жизнь армии. Так это и произошло.

Забрав запасы угля и воды из санитарной машины, Диана решила гнать, что есть силы до нейтральных земель. Кроме поселений нескотов, там есть так же небольшие города пилигримов — поселенцев из различных стран, которые решили жить по своим законам, вдали от цивилизации. Но при этом они активно пользуются плодами цивилизации. И, как это ни удивительно, там не процветает анархия или беззаконье.

До одного из таких поселений и планировала добраться Диана, где они и смогут оказать медицинскую помощь Граймсу. Но для начала надо было пересечь границу испанских колоний. На броневике и с раненым на борту это сделать невозможно. Поэтому решено было просто пойти на таран пограничного поста. В колониях к границе относились с крайностями. Либо это неприступная стена, либо шаткий штакетник и небольшой будкой пропуска.

К рассвету броневик доехал до пограничного поста, который был похож на обычный двухэтажный дом. От него в обе стороны шел невысокий деревянный забор. Этот же забор и разделял дом на французскую и испанскую стороны. То есть, чтобы попасть из одной колонии в другую, пешему путнику надо было просто войти в дом на французской стороне и выйти на испанской. Транспорту же приходилось проходить проверку снаружи и проезжать через ворота, которые сейчас были закрыты.

Первая заря только озарила горизонт, как броневик начал разгоняться. Сонные солдаты, что дежурили на крыльце французской стороны, с интересом смотрели на приближающийся броневик. Возле ворот стоял старый военный грузовик. Видимо, другой транспорт французские власти не смогли выделить на заставу.

— Стреляй по грузовику, а потом по солдатам! — произнес Дик. Гил ему не ответил, направив башню в сторону грузовика, и открыл огонь. Очередь лишь вскользь прошла по нему. Проезжая мимо солдат, которые услышав выстрелы, переполошились, Гил снова нажал на гашетку. В этот раз результат был намного лучше, все трое солдат были убиты.

— Вот же! — выругался Гил. — У него башня плохо крутиться!

— Бывает, — ответил Дик. — Механизм надо было смазывать!

Броневик как раз снес ворота и несся уже по испанской территории.

— Я не могу проводить операцию в таких условиях, — дрожащим голосом произнес хирург.

— У вас нет выбора, сеньор, — произнесла Диана, держа его на прицеле. — Либо так, либо вы труп.

Сейчас они были в больнице небольшого городка, где захватили хирурга и несколько медсестер. Остальной персонал пришлось связать, чтобы не мешал и не позвал кого-нибудь на помощь. Гил был в операционной, вместе с Дианой. А Мияко, Дик и Иффат следили, чтобы сюда никто не сунулся. Было около шести утра, так что посетителей, если верить табличке, ранее восьми утра ждать не стоит.

Городок был вообще крохотным. В нем было всего четыре большие улицы. Центральная, тянущаяся от одного въезда в город к другому и три пересекающие её. Конечно, в нем были и мелкие улочки, переплетающие городок словно паутина, но они были узкими и там с трудом развернулись бы две повозки. Дома в нем были бревенчатые и двухэтажные. Исключением была церковь с высокой колокольней и городская управа с четырьмя этажами. Больница, находилась практически в центре города, на второй «поперечной» улице.

— Мы не готовы провести операцию! — возмутился хирург. — Операционная не готова!

— Инструменты на месте, — осмотрев операционную, произнесла Диана, — лампы здесь, персонал здесь. Начинайте?

— Помещение не стерильно! — протестовал хирург.

— Мистер Марлоу! — произнесла Диана по-английски. Гил схватил одну из медсестер и засунул дуло револьвера ей в рот. Испугавшись, девушка визгнула, но не сопротивлялась.

Живой клинок висел в ножнах за спиной, но использовать его парень не хотел. Это как стрелять из пушки по воробьям: припугнуть можно и револьвером.

— Если мой друг, — произнесла Диана по-испански, глядя на опешившего хирурга, — сейчас нажмет на спусковой крючок, то выстрел слышен не будет. Так, негромкий хлопок, как будто упал мешок с зерном. Никто и не заподозрит ничего, так что решайтесь: или вы оперируете, или… у вас там еще есть медсестры.

Зажмурившись, хирург манул рукой и подошел к операционном столу. Улыбнувшись, Диана подала знак Гилу, и тот отпустил перепуганную медсестру. Как она и полагала, хирург мог наплевать на свою жизнь, но когда они прямо угрожали его подчиненным, решил сдаться. По сути, без хирурга толку от медперсонала нет: четыре медсестры и две санитарки. Видимо, для ночной смены этого достаточно.

— Скальпель, — произнес хирург, осмотрев рану. Медсестра дрожащими руками протянула инструмент врачу.

Диана с Гилом отошли от стола, чтобы не мешать хирургу.

Испанцы попытались преследовать команду на лошадях, но Гил быстро разобрался с тремя всадниками. Механизм вращения башни был в ужасном состоянии, за ним явно давно не следили. Хотя роли это не играло, Диана планировала бросить машину в ближайшем поселении, где найдется новый транспорт. Рассекать по испанской земле на угнанном у французов броневике дерзко, но рискованно.

Граймсу становилось все хуже. Рана опухла, он температурил и уже не приходил в сознание, тяжело дыша. Поэтому они добрались до ближайшего городка и нагло ворвались в больницу. Сонный персонал толком ничего не успел понять, как был заперт, а хирург с двумя медсестрами отправлен в операционную.

— Тампон, — произнес хирург. — Здесь уже гной. Давно его ранили? — последнюю фразу он произнес через плечо Диане.

— Часов семь, восемь назад, — ответила Диана.

— Паршиво, — произнес хирург и продолжил операцию. Гил и Диана наблюдали за действиями врачей, держа их на прицеле.