Чтение онлайн

— Остаётся надеяться, что Селименора услышит меня и даст знак. — Проговорил Драм, укладываясь спать. Он в последний раз взглянул на серебряный диск луны и повернулся на бок, накрывшись собственным плащом.

— Добро пожаловать в Дракенталь. — Простуженным голосом буркнул привратник, затворяя городские ворота за тремя путниками. Один из них, тот, что в капюшоне, показался старому часовому подозрительным, от него будто веяло холодом. Но мало ли подозрительных личностей пересекает городскую черту за день? Каждого допрашивать — у ворот очередь выстроится до самых предместий! Торговля встанет… Да и нелепо лишать ребят работы, в конце-концов чтобы страже платили за ловлю воров и карманников, эти самые воры и карманники должны быть. А как им попасть в город, как ни через ворота? И старый часовой пустился в пространные размышления, подпирая смотровую башню, как многие годы до этого…

Трое путников направились, нет, не в таверну, как многие вновь прибывшие в поисках работы. Не на рынок, как фермеры-торговцы с предместий. И не в замок лорда дракентальского, как чиновники, выполняющие придворные поручения. Один из них, рыжий и худощавый махнул куда-то рукой, и все трое отправились в указанном направлении, а именно в башню городской стражи.

— И где же гарантии, что стражники не выпнут меня в грязь, приняв за вконец обнаглевшего попрошайку, сунувшегося прямо в казармы стражи? Предварительно выпустив кишки ему? — Таринор указал на глядевшего из-под капюшона на собственные сапоги Драма.

— Брось, попрошайки в этом городе одеты лучше тебя, а эльф больше пригодится им живым… — Беззаботно ответил Игнат, но осёкся, наткнувшись на угрюмый взгляд наёмника. — В общем, они нас не тронут. Обещаю.

— Как ты можешь обещать? Им может взбрести в голову всё, что угодно! Это же стражники, тупоголовый народ.

— Я давно знаю его и доверяю ему. Он часто приходил в «Хворост и Факел». Пил, рассказывал байки, был душой компании. Так и подружились.

— Доверяешь ему? — Проговорил Драм задумчиво. — Тем, кто предал мой дом, я тоже доверял когда-то. Никогда не знаешь, когда доверие сменится кинжалом в спину, мальчик.

— Да что вы заладили! Бьорну я доверяю как себе. Кстати, мы почти пришли. Вон она, башня стражи, я не раз бывал здесь.

Добравшись до башни, Игнат вновь обратился к спутникам.

— Так, говорить буду я. Если всё пройдёт хорошо, то у нас будет стол и кров.

— В твоих интересах, чтобы всё «прошло хорошо», парень. Думаю, в случае чего, мы найдём себе место в таверне. За тебя поручиться не могу.

Игнат толкнул дверь и вошёл в башню. Таринор и Драм последовали за ним. В комнате оказалось полно стражников, по-видимому, отдыхавших после смены.

— А вы кто ещё такие? Оборванцам сюда нельзя, проваливайте! — Рявкнул сидевший за столом толстый стражник.

— Я ищу Бьорна Талота, командующего западной стеной.

— Ну так валил бы на западную стену, он как раз должен быть там…

— Постой, ты случаем не сын той рыжей девки с речной улицы? — Прищурился другой стражник, привстав со скамьи.

— Я… — Начал было Игнат.

— Слушай, а ведь точно! — Перебил Толстяк. — Как её звали? Сирена кажется? Эх, что надо девка! Берн частенько к ней наведывался, да и я тоже, помнится у ней бывал. Гля, парни, к нам потаскухин сын пожаловал! Видать, папку своего отыскать решил! — Стражники захохотали. — А что это за оборванцы с тобой? Твои любовнички?

Игнат покосился на подсвечник слева от двери. Пламя свечи заколыхалось.

— Проваливай и не мешай отдыхать! И мамаше своей передай, что мы скоро к ней наведаемся.

Внезапно Игнат подскочил к толстому стражнику. В его худощавой руке в нескольких дюймах от лица толстяка полыхало пламя. Остальные тут же метнулись к оружию.

— Захлопни пасть, свинопас, или я обжарю твоё лицо до хрустящей корочки!

— Это что ещё тут происходит? — Раздался громкий хриплый голос из-за спины Таринора. Обернувшийся наёмник увидел стоявшего прямо перед ним светловолосого человека с щетиной на морщинистом лице, хмурившего брови, глядя на стражников и непрошенных гостей. — Вы ещё кто такие? Игнат? Что ты здесь делаешь, чёрт побери! А вам пора в караул, у тебя, Ульф, вообще две смены подряд, хватит расхолаживаться! Марш на стену! Что же до вас… — Мужчина перевёл взгляд на юношу. — Что ты здесь забыл, парень? Или я снова оставил что-то у вас в трактире? Кстати, как поживает Берт? Старый пройдоха всё так же разбавляет пиво?

— Нет больше Берта. Это долгая история. Я пришёл попросить ночлег для меня и моих спутников.

— Вот дела… Неужто разбойники? Я отправлю туда лучших ребят и подонков вздёрнут на площади!

— Нет, Бьорн, есть вещи пострашнее разбойников. Я расскажу.

— Постой-ка, Игнат, а этот что с тобой делает? — Бьорн, перевёл взгляд на наёмника. — Ты знаешь, что это за человек?

— Полагаю, достопочтенный командующий поведает нам, кто же я такой. — Таринор встретился со стражником взглядами, подняв бровь.

— Ты — Таринор Северянин, наёмник и проходимец, также известный как Гирландский Богатей и Чёрная рука лорда Ориса…

— Покойного лорда Ориса, прошу заметить. Я более ему не служу. — Перебил Таринор, взглянув на удивлённого Игната.

— Верно. Покойного лорда Ориса из Мейерана. Говорят, ты причастен к его упокоению.

— Это всё грязные слухи.

— Ты знаешь, что желающие тебя повесить есть в трёх городах на юге и двух на севере? Я знаю тех, кто может хорошо заплатить за твою голову. — Бьорн прищурился, нахмурив брови.

— Я слышал также, что в одном городе далеко на востоке с меня желают содрать кожу живьём и подвесить у городских ворот гнить под палящим солнцем. К счастью, это довольно далеко и не вредит моей репутации здесь.

— Я думал, твоей репутации пришёл конец после истории с Эдриком Рихтенштальским.

— Пьяным рыцарем?

— Да, и не последним человеком в Ригенской империи. Он умер в Атеруне прошлым летом, когда ты служил его телохранителем.

— Меня подозревают и тут? Всем известно, что сэра Эдрика отравили, а яд оружие женщин и трусов. Я похож на труса? — Рука Таринора легла на меч. Командующий поступил тем же образом. На несколько секунд повисла гнетущая пауза, которую нарушил Бьорн.

— Нет. На женщину. — Ответил он, оскалив зубы. Наёмник и стражник смотрели глаза в глаза ещё несколько мгновений, и Игнату показалось, что они вот-вот выхватят мечи и устроят драку прямо здесь, в башне стражи. Юноша никак не мог решить, кому же помогать в этой ситуации и смотрел неотрывно на горящие у двери свечи, как вдруг тишину нарушил громогласный хохот. Таринор и Бьорн стояли, хлопая друг друга по спине с такой силой, будто хотели проломить хребет друг другу.

— А ты потолстел, северный пёс! В нашу последнюю встречу ты был огого, а сейчас совсем заплыл жиром! Небось, всех свиней в Гирланде обглодал? И облапал всех девок! — Бьорн снова расхохотался.

— А ты бы вёл жизнь праведника, будь у тебя столько золота, сколько у меня тогда, Бьорн? — Смеялся Таринор.

— Разумеется, нет! — Улыбаясь ответил стражник, после чего его лицо приняло неожиданно серьёзное выражение. — Я бы, несомненно, раздал всё бедным.

Наёмник и командующий стражей с секунду глядели друг на друга серьёзными взглядами, после чего вновь залились хохотом.

— Что ж стоите, присядем за стол, в ногах правды нет. — Предложил Бьорн.

— И то верно, старина. — Согласился наёмник, присаживаясь на скамью. — Сколько лет? Два года? Три? Пять?